Вверх страницы
Вниз страницы

Marvel & DC: School's Out

Объявление

ИНФОРМАЦИОННОЕ

Добро пожаловать в кроссоверную вселенную Marvel и DC, где большинство персонажей все еще являются подростками!
В игре: 15-28 мая 2017 года [календарь событий].
К сведению местных жителей:
• Вот уже почти полгода ровно в полдень и в полночь в городе на 5 минут пропадает вся связь: не работают телефоны, Интернет, телевидение и пр. Продолжает работать лишь местная радиостанция. Причина до сих пор не найдена.
• В Смоллвилле нарастает волна антимутантских волнений. Обстановка в городе нестабильна. Подробнее...
• Полиция продолжает регистрировать случаи пропажи людей; теперь пропадают не только дети, но и взрослые.
• Отдельным поводом для беспокойства становятся крысы, которых слишком часто начинают замечать на улицах города.


01.09.17 Отмечаем трехлетие школы :з
ПОЛЕЗНЫЕ ССЫЛКИ


ПОСТ НЕДЕЛИ

"- Привет. Без проблем, места на всех хватит, - он улыбается и пододвигает учебник к ней поближе. Все же откладывает свою книгу, которую все равно не мог нормально читать. Вновь бросает быстрый взгляд на дверь и обеспокоенно покусывает нижнюю губу. Его нервозность вполне оправданна – в школе происходят то взрывы, то драки, то обрушения, и никто не может гарантировать, что Баки не окажется поблизости в очередной раз. И как только умудрялся? Роджерс активно ему советовал быть осторожнее, да только разве он послушает? Вот и сейчас… где только шляется? До урока осталось совсем ничего…"
>>>читать пост<<<
ЦИНИК МЕСЯЦА



Rogue Carlyle

БАННЕРЫ


LYL Красная зона

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Marvel & DC: School's Out » А что, если... » Fear us


Fear us

Сообщений 31 страница 32 из 32

1

http://i.imgur.com/qNO6CqG.jpg http://i.imgur.com/5kMUlbi.jpg
Название: Fear us
Участники: Пэм Айсли, Джонатан Крейн; в эпизодах: Брюс Беннер, Уилл Айсли, Барни Бартон, Брюс Уэйн
Время и место: май 2027 года; Готэм
Краткое описание: Альтернативное развитие событий основной игры. Спустя пять лет после трагедии, коренным образом изменившей судьбы двух человек, они встречаются снова. Но смогут ли вернуться потерянные воспоминания и если смогут - к чему это приведет?

Отредактировано Jonathan Crane (08.04.2016 14:21:18)

+8

31

Бэкки была очень, очень голодна. Как и любое примитивное животное, она была движима инстинктами и не могла терпеть голод долго. Можно было сколь угодно долго рассуждать о её более человеческой составляющей, но это никак не отменяло того, что она с ума сходила от чувства пустоты в животе и обязана была предпринять хоть что-то - и желательно сию минуту.
Завладев драгоценной склянкой, девушка отпрыгнула в сторону от места преступления, но времени или желания искать укромный уголок у неё совершенно не оставалось. Так что она замерла прямо здесь, посреди подвала и оборудованной в нем лаборатории - и откинула голову, занося над губами пробирку. Запах из склянки будоражил вкусовые рецепторы, да и на вид жидкость казалась приятная, продолжала аппетитно бурлить.
Впрочем, её чаяниям не суждено было сбыться. Откуда не возьмись появился мужчина и схватил за руку, выхватывая пробирку. Даже властно скомандовал "нельзя", и хотя она принципиально игнорировала этот его тон - в это мгновение моментально осознала степень своей вины. Они договорились не нарушать установленные границы и не брать вещи, что принадлежали оппоненту, а она сама все это едва не обесценила одним необдуманным поступком.
- Прости, - очень, очень виновато пробормотала. Рыжая не так давно выучила это слово и уже вполне осознавала, в каких ситуациях использовать. Не то чтобы оно могло ей пригодиться, но сейчас показалось очень кстати. К тому же человек выглядел весьма подавленным, когда демонстрировал ей разъедающие свойства жидкости из пробирки, так что она внутренне похолодела.
"Кислота?"
Пожалуй, желай он до сих пор навредить ей, мог бы просто не останавливать. И она закончила бы все это сама. Но он.. Появился здесь, будто герой, и спас её от неминуемой беды. Может, этот раствор и не навредил бы ей, но все равно выглядело не очень приятно.
Замерев на месте точно у оплавленной крошечной кромки, куда приземлились ядовитые капли, Бэка впала в лёгкий ступор. Внутри неё боролись противоречивые эмоции. С одной стороны, она давно перестала бояться мужчину. Но и не доверяла ему целиком, окончательно. Теперь же, зная о том, что он сделал для неё, она могла бы - должна была! - поменять свою позицию. С другой стороны, как тот, кто проиграл их схватку давным давно и стался покоренным, побеждённым, он обязан был выказывать предусмотрительность и считаться с сохранностью победителя, то есть её. А значит все, что сейчас произошло, было закономерно и логично - и не требовало её благодарности или изменений в отношениях, и все же рыжая испытывала потребность в выражении своих эмоций..

Лёгкий укол в палец привел её в чувства. Она почти забыла, зачем сюда пришла и сколько времени прошло, но человек рядом копошился и вёл себя нервозно, так что ей пришлось вернуть ситуации своё внимание.
- Ай.., - не очень импульсивно и даже чуточку запоздало среагировала на ранение. У нее был достаточно высокий болевой порог по сравнению с обычным человеческим, особенно если дело касалось физических повреждений, а не прочих, но она видела в старой волшебной коробочке с картинками и даже читала в книжках, что так необходимо реагировать.
Впрочем, её больше интересовала не ранка, которая уже активно затягивалась, а то, откуда она взялась. Настороженно притянув повреждённую ладонь к себе, Бэкка недоверчиво покосилась на суетливо копошащегося человека. Таким встревоженным и озабоченным она его давненько не видела, в последнее время он все чаще сидел в своём подвале и наверх поднимался уставший, опустошённый, вымотанный и будто оставивший свои мысли где-то далеко. Это не мешало ему обсуждать с ней книги и некоторые интересные и познавательные истории из жизни людей, но все же - он был далеко, не здесь. И это означало, что в конкретный данный момент он не опасен, так что рыжую все устраивало.
Сейчас же что-то изменилось. Мужчина все ещё был расфокусирован и явно думал о чем-то ином, когда промакивал её палец ваткой, и все же Бэкка ощутила непривычное чувство дежа вю, смесь тревоги с волнением. Даже отступила на пару шагов, когда он склонился над своим столом, глядя в микроскоп (она уже знала это название благодаря прочитанному).

Он все смотрел - а она стояла сбоку, с тревогой наблюдая. Сердце испуганно сжималось, словно в предвкушении, а внутренний голос подсказывал убираться да подальше. Но ведь.. Это её территории! И они давно научились сосуществовать в ограниченном пространстве. Они не вредят друг другу. И она сумеет одолеть его ещё раз в случае опасности, просто.. Что-то в этот раз было иначе.
Мужчина вдруг рухнул на пол и принялся смеяться. Нездорово, гортанно, хрипло. Безумно.
Вздрогнув, рыжая отшагнула ещё немного, но так и не побежала. Она не знала, отчего. Но теперь ее вниманием тоже завладел несчастный микроскоп - точнее, то, что там происходило. Странное ощущение чего-то забытого накрыло её с головой. Что-то важное, что-то упущенное. Чувство горечи вперемешку с надеждой. Будто она уже сотни раз смотрела в эту спину, согбенную над аппаратами и реагентами, на что-то надеясь и замирая всякий раз, когда все в комнате задерживали дыхание в едином порыве, лишь бы не спугнуть положительный результат, но..
Ничего не случалось.
Зато случилось теперь.
И Бэкки не знала, как реагировать. Что ей делать. Мужчина на полу все смеялся, давясь воздухом и слюной, почти каркал и казался настоящим психом. Это должно было испугать и спугнуть её, но внезапно она ощутила лишь жалость к этому бьющемуся на полу человеку. А ещё неожиданную гордость за его достижения, ведь у него "получилось", он сам так сказал.

Замерев на месте, словно каменное изваяние, рыжая терпеливо ждала, покуда приступ пройдёт. Человек смеялся, выкрикивая бессвязные замечания, после принялся бормотать формулы и неведомые объяснения чему-то важному. Он ползал, скрёб что-то по полу, вскакивал и бегал из угла в угол, падал и снова поднимался, хватался за колбы и меловое перо у доски. Спешил выплеснуть все то, что открылось ему в этот момент. И наверняка ему было не принципиально, чтобы его поняли. Ему было важно, чтобы его услышали.
И она слушала, не меняясь в лице, притихнув в своём углу. Лишь изредка смотрела на склянки на столе. На микроскоп с тем, что так потрясло мужчину. На записи, что испещряли каждую доску вокруг. Весь этот мирок, наполненный формулами и запахом химикатов, трещал и раскачивался, грозя исчезнуть в безумии, охватившем их создателя.. Но вскоре он затих. И Бэка только теперь заметила, что её натуральным образом колотит. Не от страха - хотя частично и от него, конечно - но от чего-то бОльшего. Чего она пока не могла понять.
Сложно было признаться, но покуда человек бесновался, ей словно тоже что-то открылось, настигло размытыми вспышками под аккомпанемент его голоса и бессвязных бормотаний. Она видела домик. Видела измятые подушки. Пикающий громоздкий аппарат, гонящий куда-то воздух. Точно такие же склянки и точно такой же неразборчивый мелкий почерк на бумагах и маркерной доске. Спины неизвестных ей людей, которых она никогда не встречала.
Или не помнила.
Лиц она так и не увидела. Мест не вспомнила. Но зато осознала кое-что, что теперь размашисто чертила мелком прямо поверх неровных записей, словно забывшись, словно одержимая, не осознавая себя. Писать она раньше не пробовала, поэтому непривычная рука дрожала, мелок то и дело срывался, линии выходили неровные, но все же..
Бэка отступила, с ужасом и волнением рассматривая огромные буквы. Они расплывались и не сразу сложились для неё в короткое "will", очень сложное к прочтению и ещё более сложное к восприятию. Что это? Откуда оно? Понимая, что не может вспомнить или понять, рыжая задрожала лишь сильнее, роняя мелок. Зачем она это написала и откуда оно взялось? Лучше бы ей вообще этого не знать.

Человек на её пути что-то растерянно бормотал. Может, пытался понять значение написанного слова. Или извиниться за произошедшее, ведь уже понемногу приходил в себя и теперь выглядел растерянным, то ли подзабывшим все случившееся от сильного потрясения, то ли испуганным и вымотанным недавним приходом.
Ловко увернувшись от его рук, Бэкки преодолела расстояние до лестницы в один прыжок, а потом ещё в пару скрылась наверху, вскоре запираясь в своей комнате. Произошедшее и напугало, и расстроило её. Теперь ей даже не хотелось есть. У неё никак не получалось сформулировать чёткие вопросы, чтобы искать ответы, и это удручало лишь сильнее. Почему дело в ней, почему она ничего не помнит до реки, что такое "will", кто те люди из смутных воспоминаний и, главное, какую роль во всем этом играет безумный человек из подвала, встреченный в подземке, что пытался отравить своим смертельным газом население целой планеты? Отрывистые вопросы и ещё более отрывистые вспышки с картинками и очень короткими проблесками понимания полностью вымотали её к вечеру, так что рыжая без переходов провалилась в ночной режим, поутру из которого так и не вышла. Ей требовалось время, чтобы восстановиться, чтобы унять ту бурю, что посетила её наравне с соседом.
Возможно, ей следовало поговорить с человеком. Чтобы вместе поставить правильные вопросы и методично искать верные ответы. Но ей совершенно не хотелось говорить. Не хотелось даже из комнаты выходить, где она и дремала несколько дней подряд, замкнувшись на случившемся, покуда постепенно это не выветрилось из головы и не подернулось дымкой забытья, что выбелила и обезличила прошлые переживания и воспоминания. Возможно, ей не стоило забывать, но она не способна была долго об этом помнить, это знание словно изматывало и опустошало ее. Поэтому Бэкки прислушалась к шелестящему лесу внутри себя - и отпустила тяготившие тревоги, позволив всему течь в привычном неторопливом ритме естественного хода вещей. В конце концов, она не была человеком в полном смысле этого значения и не могла ощущать весь положенный спектр эмоций и переживаний. Так и сейчас, к примеру, все лишнее и ненужное, все то, на что она не могла повлиять, просто отложилось куда-то очень далеко, эмоции сгладились, переживания улеглись. Остались лишь голод и безумная усталость, но по крайней мере как бороться с этим Бэкки вполне понимала.

***
Черно-белая картинка расплывалась и рябила, искажалась по углам, а в центре шла длинными черными полосами. И все же это никак не отбивало рыжей охоту смотреть на движущиеся картинки. Там даже звук был, но она не любила человеческие голоса, так что предпочитала выкручивать тумблер звука на минимум. К её счастью, картинки сопровождались массой текста, а читать в последнее время она любила все сильнее.
Картинки бывали разные. Бывали короткие веселые заставки, где все плясали, пели и показывали что-то полезное или вкусное. Это называлось рекламой. Бывали длинные, в пару часов, особенно в вечернее время, когда она уже засыпала, и там люди летали на другие планеты и побеждали всяческих монстров. Это называлось кино, боевик или фантастика, Бэкки не очень хорошо пока разбиралась.
А были картинки, которые назывались сериалы. Их показывали почти весь день, так что рыжая могла наслаждаться ими весь процесс фотосинтеза, покуда грелась на солнышке и от нечего делать не знала, чем себя занять. Книги, конечно, знатно её развлекали, но с сериалами тем было не сравниться.
Иногда сериалы прерывали быстрые новостные сводки. Их Бэкки не любила, потому что они были скучные и не понятные. Впрочем, в этот раз ей оказалось кристально понятно. Под новую застройку горожан вырубали десятки гектаров леса. На веселых черно-белых картинках валили деревья, расчленяли, выкорчевывали, сжигали, кидали в причудливые машины, что сжирали стволы прямо вместе с листьями, перерабатывая в труху за считанные секунды.
Так страшно ей ещё никогда не было!
В подвал Бэкки влетела с огромными, расширенными от ужаса зрачками. В дневное время её было не вытащить из сада из-под солнышка, к тому же в подвал после случившегося она больше никогда не спускалась, да и с мужчиной постаралась ограничить всяческие контакты, но сейчас.. К кому ей было пойти?? Он был единственным живым существом в округе, который мог бы понять.
- Там! Там!! Они все портить! Убивать!
Казалось, Бэкки забыла человеческую речь, так сильно было ее потрясение. Чем больше книг она читала, тем более грамотной становилась и в последнее время говорила уже почти без ошибок, способная складывать длинные, сложные и осмысленные фразы. Но с мужчиной после недавнего инцидента они почти не общались, так что ввиду отсутствия практики это могла быть банальная регрессия, но дело было не в том. Бэка была напугана, а потому излагала информацию быстро и в более привычной ей форме.
- Лес! Он стонет! И люди.. Кругом люди с жуткими машинами. Убивают.
Она никогда не пришла бы к нему, но в отчаянии сама себя не осознавала. К тому же, что сближает лучше внезапного горя? В конце концов, враг твоего врага - твой друг. Бэкки ненавидела лесорубов, а мужчина ненавидел весь мир; похоже, их интересы, наконец, пересеклись в единственной возможной точке.

[AVA]http://s017.radikal.ru/i443/1606/13/9b95b1e411c6.jpg[/AVA]
[NIC]Becky Albright[/NIC]

Отредактировано Lillian Isley (20.09.2017 19:41:58)

+4

32

Восторг и волнение из-за внезапного открытия так взбудоражили ученого, что на некоторое время эмоции захлестнули его с головой. В такие моменты он сам себя не помнил и не отдавал себе отчета в своих действиях. Крейн метался по подвалу, бессвязно что-то выкрикивал и ненадолго даже забыл про Бэкки. Вернее, он смутно сознавал, что она все еще рядом, все еще в лаборатории, однако не обращал внимания на то, что она делала или не делала. Возможно, его поведение пугало ее, однако он был не в состоянии задуматься об этом.
Приход закончился так же резко, как и начался. Отдышавшись, Крейн внезапно обнаружил, что смотрит на доску, на которой поверх его формул и расчетов (когда он успел все это написать?) жирными неровными линиями было накарябано одно-единственное слово.
Will.
Не оставалось сомнений в том, кто мог написать это, но... какую мысль она пыталась выразить? Какой смысл заключало в себе это слово? "Will" - "воля"? Или же - "будем"? Будущее время? Или же оно означало нечто совершенно иное?
В памяти что-то тяжело заворочалось. Простое, казалось бы, слово, вызывало неясную тревогу. Внезапно Джонатан понял, что то самое другое его значение некогда было ему известно. Оно несло в себе горечь и... вину? Нет. Сожаление? Возможно. Его воздействие было столь сильным, что Крейн машинально попятился от доски.
- Я... Я не... - он запнулся. Что он пытался сказать? Он "не" что? Он не знал и сам.
В этот момент он углядел краем глаза зеленую тень, метнувшуюся вдоль стены к лестнице.
- Бэкки!
Что ее напугало? Его приступ закончился несколько минут назад, и все это время она находилась рядом и не спешила убегать; теперь же порскнула прочь, точно вспугнутая птица. Могло ли дело быть в том, что она тоже что-то вспомнила?
Джонатан кинулся за ней следом. Во что бы то ни было остановить ее, не дать ей уйти!
Наверху хлопнула дверь. Ученый резко остановился посреди лестницы, тяжело дыша. Она не собиралась убегать из дома. Просто спряталась в своей комнате, как маленький зверек прячется в свою норку. Уже спокойным шагом он добрался до ее половины и несколько раз негромко окликнул по имени, постучав в дверь согнутым пальцем. Однако Бэкки не отзывалась. Приложив ухо к двери, Крейн прислушался, пытаясь разобрать, что происходит внутри. Но за дверью стояла полная тишина. Он был сейчас достаточно вменяем, чтобы не начать ломиться внутрь, поэтому просто опустился на пол, привалившись спиной к двери, и прикрыл глаза. Сколько он просидел так, он и сам не знал; Бэкки, впрочем, не появилась ни через час, ни когда коридор полностью утонул в вечерних сумерках. Убедившись в бесполезности ожиданий, он встал и убрел обратно в лабораторию. В ней все оставалось как было, однако теперь, когда волна возбуждения схлынула, все казалось чужим и каким-то незнакомым. Как будто не он чертил здесь мелом на доске химические формулы, не он смешивал реактивы, делая невероятные открытия одно за другим... А что он, собственно, открыл? В этом еще предстояло разобраться. Взволнованный тем, что именно кровь Бэкки спровоцировала нужную реакцию, Джонатан мог с уверенностью сказать лишь одно: это не было случайностью. Все те неясные тревожащие чувства, что заставляла его испытывать Бэкки, возникли не на пустом месте. Теперь он точно это знал. Их связывала одна тайна - его, потрепанного жизнью ученого из развалюхи на окраине города, и ее, вольнолюбивую дикарку с зеленым цветом кожи и необъяснимой силой повелевать растениями. Казалось, между ними не было и не могло быть никакой связи. И тем не менее, она была: это загадочное "will", которому не находилось ответа. Однако ключ к пониманию этой тайны был по-прежнему затерян в недостижимом прошлом. Именно там находились ответы на все вопросы. Возможно, Бэкки могла бы пролить свет на часть из них, но сейчас, пока она отсиживалась в своей комнате, взывать к ней было бесполезно. Она ничего не скажет. Крейн уже достаточно хорошо ее знал. Оставалось лишь ждать. Возможно, она будет более разговорчива утром. Ведь, как известно, утро вечера мудренее...

Наутро Бэкки не вышла к завтраку. Это было на нее непохоже: она никогда не пропускала приемы пищи. Тем более, что вчера она осталась голодной, и следовало ожидать, что к утру голод пересилит вчерашние потрясения и выгонит ее из комнаты на поиски еды. Однако этого не случилось. Джонатан оставил для нее на столе нетронутый завтрак, однако она не появилась и к обеду. Это начинало тревожить его. Он несколько раз поднимался к ней, стучал и звал ее, но она не откликалась, а в ее комнате царила мертвая тишина.
Бэкки не показывалась несколько дней. Ее друзья-растения вели себя пассивно, как когда она спала или уходила из дома, однако Джонатана все равно одолевало беспокойство. В конце концов, он не выдержал. У него были дубликаты ключей от всех комнат, о чем он, конечно же, не сообщал девушке. И сейчас он собирался нарушить данное ранее слово не заходить на ее половину дома и, возможно, выдать себя, вскрыв комнату прямо у нее на глазах, но не видел другого способа узнать, все ли с ней в порядке.
Бэкки спала. Ему повезло - она не услышала, как ключ поворачивается в замке. Бесшумно ступая, Джонатан добрался до ее кровати и задумчиво навис над девушкой, вслушиваясь в ее ровное дыхание. Она выглядела вполне мирно, тихо сопела, свернувшись калачиком. Что ему было делать с ней? Разбудить? Что-то подсказывало Джонатану, что это - плохая идея. Вероятно, таков был ее способ бороться со стрессом. Ее организм сам определит, когда ей следует проснуться. Лучше ему удалиться тихонько и сделать вид, что его здесь никогда не было.

Произошедшее в подвале не прошло бесследно. Теперь Джонатану снились сны. Неясные, обрывочные, полные размытых образов, упорно ускользавших из фокуса, и событий, которые мгновенно улетучивались из памяти, когда он просыпался. Это выводило из себя не меньше, чем неудачи в его химических опытах. И даже больше, потому что среди преследовавших его образов был кто-то хрупкий и рыжеволосый, но он никак не мог определить, какую роль она играла во всем этом и имели ли эти сны вообще хоть какой-то смысл.
С самой Бэкки он по-прежнему не мог это обсудить. В конце концов, она покинула свое убежище, однако теперь она избегала его. Она не демонстрировала страха или недовольства по отношению к нему, она просто... предпочитала не находиться с ним рядом. Послужила ли тому причиной сцена в подвале? С большой вероятностью - да. Ее больше не привлекали научные беседы за едой, она забирала свою порцию и уединялась вместе с ней на своей половине дома, вновь превратившись в нелюдимую дикарку, как в самом начале их знакомства.
Подобные перемены в ее поведении Крейну не нравились. Он томился и не находил себе места. Бесцельно шатался по дому безмолвным призраком, взяв привычку словно бы невзначай проходить мимо гостиной, в которой стоял допотопный телевизор. С недавних пор Бэкки - кто бы мог подумать! - пристрастилась к телепередачам, и теперь от рябящего экрана ее было и клещами не оторвать. Гостиная теперь больше напоминала цветущий сад, поскольку все растения старались перебраться поближе к своей госпоже, и она нежилась среди них, сама как яркий экзотический цветок. На бродящего по дому Крейна девушка не обращала внимания (возможно, даже не замечала, увлеченная очередной черно-белой картинкой), и он, по крайней мере, имел возможность лицезреть рыжую макушку, торчавшую из-за спинки продавленного кресла. Этого было мало, слишком мало, но все же лучше, чем ничего.
Постепенно, впрочем, бесцельные блуждания привели Крейна обратно в подвал. Ему требовалось чем-то занять себя, и самым очевидным стало возвращение к научной работе. Наука отлично вытесняла из головы все лишние и ненужные мысли, и Джонатан предпочел отдаться ей полностью, чтобы прекратить свои терзания.
Теперь он мог критически оценить результаты своих последних изысканий и осознать, что, в общем-то, для него они бесполезны. Зачем он вообще бился за этот результат, как безумный? Полученное соединение обладало способностью воздействовать на структуру человеческого ДНК и направленно совершенствовать его. По сути, на его основе можно было создать чуть ли не универсальное лекарство от всех болезней - но Крейну это было не нужно. Возможно, некогда это действительно было его целью, раз весь ход исследований казался настолько знакомым, однако сейчас он потерял к ней всякий интерес. Он не стремился избавлять человечество от страданий - напротив, по-прежнему жаждал утопить мир в страхе. Да, он немного сошел с курса, отвлекшись на дикарку, но раз его отношения с ней зашли в тупик, можно было, по крайней мере, вспомнить о своих изначальных планах.
Ему пришлось вернуться немного назад в своих расчетах, чтобы вывернуть в нужную сторону. В конце концов, и полученная формула могла ему пригодиться, если использовать один из промежуточных ее результатов. Она обладала удивительными свойствами, была своего рода универсальной переменной, которая легко вставала в любое уравнение, позволяя быстро добиваться нужных результатов. Это было поразительно.
Крейн увлекся. Работа шла теперь легко. Пожалуй, стоило потратить немного времени на обходные пути, чтобы теперь иметь в своих руках такой потрясающий инструмент. Вдобавок ко всему, у него был теперь образец крови Бэкки и можно было попытаться выяснить, что же все-таки делало ее невосприимчивой ко всем видам токсинов. Хотя вряд ли это имело значение, ведь ее генотип был уникален. Но Крейну было просто любопытно.
Однако он не успел закончить все приготовления, когда в его опыты внезапно вторгся отвлекающий фактор. Некоторое время Крейн просто стоял и смотрел на Бэкки, которая в невероятном возбуждении пыталась донести до него некую ужасную новость. Кого бы там ни убивали, ему это было безразлично, однако сам визит девушки в лабораторию определенно заслуживал его внимания. Он так давно ее не видел, так давно не говорил с ней, что сейчас, казалось, просто впитывал в себя ее присутствие и звуки ее голоса, надеясь восполнить тем самым некий опустевший внутренний резерв.
Наконец, он соизволил сфокусироваться на самой проблеме. Был только один вариант, из-за чего Бэкки могла так распереживаться, и ее последующие слова подтвердили его первоначальные догадки. Конечно. Заметка о расширении одного из спальных районов за счет вырубки участка леса недавно попадалась Джонатану в одной из газет, но он изучил ее лишь мельком. Новость не удостоилась даже первой полосы и в целом не представляла из себя ничего особенного на фоне вооруженных конфликтов с африканскими странами, убийством крупного политического деятеля в Метрополисе и приезда на гастроли в Готэм некой мега-звезды. Он бы и вовсе проигнорировал ее, если бы общение с Бэкки не научило его обращать внимание на все, что связано с растениями. Джонатан тогда еще подумал, что Бэкки непременно расстроится, если услышит эту новость - и только благодаря этому она сейчас всплыла в памяти.
Бэкки действительно расстроилась. И разгневалась не на шутку. Как только причина ее паники стала ясна, Крейн позволил себе сухую усмешку. Она избегала его, но именно к нему пришла за помощью. Разве не иронично?
- Ну, а чего же ты хочешь от меня? - спросил он, зловеще поблескивая стеклами очков. - Остановить вырубку? Это довольно амбициозная задача. Уничтожь лесорубов - на их место придут новые. Если уж люди наметили себе цель, их не так-то просто будет отвадить.
Однако Бэкки не желала слушать никаких аргументов. Убийцы леса должны были быть наказаны - и точка!
Крейн бросил взгляд на небольшой баллон, стоявший на столе. В баллоне находилась его новая разработка - совершенно новый токсин страха, который только и ждал подходящего момента. Возможно, у него получилось бы убить одним камнем двух зайцев: протестировать токсин и вернуть расположение Бэкки?
- Возможно, я смогу кое-что сделать, - задумчиво сказал он. - Мы отправимся на место вырубки и заставим этих убийц корчиться от ужаса подобно дождевым червям. Мы превратим это место в район-призрак, куда ни один человек не отважится сунуться. Твои деревья ведь не боятся привидений?
О, да! Он сделает это для нее! Быть может, тогда она сменит гнев на милость.
- Мне нужно собраться, - в движениях Крейна появилась собранность и деловитость. - А ты пока найди свой балахон. Мы не должны привлекать к себе внимания, пока не доберемся до места.
Примерно через час они оба были готовы. Крейн был вновь облачен в костюм Пугала, все это время терпеливо дожидавшийся своего часа; зловещая маска, как обычно, покоилась в кармане длинного плаща, скрывавшего все обмундирование. Критическим взглядом оглядев Бэкки, спрятавшей свою экзотическую внешность под глубоко надвинутым на лицо капюшоном и низко опущенными рукавами толстовки, он удовлетворенно кивнул. До сих пор ему не доводилось вершить свои дела с напарницей. Это было... особенно волнительно.
Он давно уже не выходил никуда дальше местного супермаркета. Сейчас им вновь предстояло окунуться в самую гущу города, жившего и дышавшего миллионом человеческих существ. Сам воздух, казалось, был отравлен их дыханием и без всяких токсинов. Обычно Джонатан презирал толпу, но сейчас от осознания того, что с ним была Бэкки, им овладело странное чувство мрачного торжества. Тем не менее, он не забывал поглядывать на свою спутницу, чтобы проверить, как она там. Пока что девушка держалась спокойно, хотя было заметно, что в таком скоплении людей она чувствует себя неуютно. А ведь им еще предстоял самый сложный этап - поездка на метро. Крейн не любил подземку, но это была их единственная возможность быстро добраться до нужного района.
Они спустились вниз. Здесь спрессованность человеческого потока достигала своего пика. Шагая в толпе людей и стараясь не потерять в ней Бэкки, Крейн чувствовал уколы раздражения, надолго оставлявшие после себя зудящий след. Он распылил бы свой газ страха прямо здесь, в этой омерзительной безликой массе, однако следовало быть терпеливым. Сейчас у них была определенная цель, на которой он должен был сосредоточиться. Сперва они избавятся от лесорубов, а затем он убедит Бэкки в том, что подобное необходимо сотворить со всем человечеством. Человечество само по себе было угрозой ее драгоценным растениям; без людей Земля превратится в царство растений и она сможет жить в гармонии с природой, не беспокоясь более о том, что кто-то может эту гармонию нарушить...
От размышлений Крейна отвлек сильный толчок в плечо. Какой-то человек не вписался между идущими навстречу людьми, пихнул Джонатана, а после налетел на чуть подотставшую Бэкки.
- Смотри, куда прешь! - грубо бросил он. - Глаз, что ли, нет?
Крейн резко остановился и медленно обернулся. Подобное поведение не сулило грубияну ничего хорошего.
[AVA]http://forumfiles.ru/files/0014/0d/06/97167.jpg[/AVA]

0


Вы здесь » Marvel & DC: School's Out » А что, если... » Fear us


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC