Вверх страницы
Вниз страницы

Marvel & DC: School's Out

Объявление

ИНФОРМАЦИОННОЕ

Добро пожаловать в кроссоверную вселенную Marvel и DC, где большинство персонажей все еще являются подростками!
В игре: 15-28 мая 2017 года [календарь событий].
К сведению местных жителей:
• Вот уже почти полгода ровно в полдень и в полночь в городе на 5 минут пропадает вся связь: не работают телефоны, Интернет, телевидение и пр. Продолжает работать лишь местная радиостанция. Причина до сих пор не найдена.
• В Смоллвилле нарастает волна антимутантских волнений. Обстановка в городе нестабильна. Подробнее...
• Полиция продолжает регистрировать случаи пропажи людей; теперь пропадают не только дети, но и взрослые.
• Отдельным поводом для беспокойства становятся крысы, которых слишком часто начинают замечать на улицах города.


01.03.18 Нам 3,5 года!
ПОЛЕЗНЫЕ ССЫЛКИ


ПОСТ НЕДЕЛИ

"- Здесь что-то не так, босс, - предостерегает он, когда они добираются до другого конца поля. Как и в прошлый раз, Сардинки не торопится покидать кукурузные заросли, хоть его нос и не находит поблизости источников угрозы. - Это то самое место... Но я не чую того, что чуял вчера.
Казалось бы, это... хорошо? Однако Сардинки обеспокоен и озадачен. Он и сам не может объяснить, почему ему так не нравится исчезновение того, что таилось здесь. Ин-ту-и-ция? А может быть, дело в том, что он знает, что на самом деле опасность не исчезла, а просто переместилась в другое место?"
>>>читать пост<<<
КРИМИНАЛИСТ МЕСЯЦА



David Singh

БАННЕРЫ


LYL Красная зона

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Marvel & DC: School's Out » Сбывшееся » [Ноябрь 2016г] Научи меня.


[Ноябрь 2016г] Научи меня.

Сообщений 1 страница 24 из 24

1

http://forumuploads.ru/uploads/2014/03/03/bates11.gif

Название: Научи меня.
Участники: Lillian Isley, Bruce Banner
Время и место: Смоллвилль Хай, все ближайшие кафе, антикварная лавчонка и любое другое удобное место для того, чтобы почитать умные книги.
Краткое описание: Заниматься в хим кружке с двумя лучшими умами Смоллвилля (а, возможно, и не только) - это весело и серьезно, забавно и по-взрослому. Но неминуемо наступает момент, когда Пэм не чувствует в себе достаточно знаний, чтобы успевать за этими двумя. Поэтому она вынужденно просит Брюса помочь ей подтянуть свои химические и не только навыки, когда что-то начинает происходить.

+5

2

Пэм рационально подходила к решению проблем. Если ей что-то не удавалось, она просто прикладывала больше усилий. Если ей что-то было не по зубам, она даже не начинала. Ее жизнь, словно жизнь мотылька, была коротка, так что ей не хотелось размениваться по пустякам или тонуть в глобальностях. Ей хотелось, чтобы все получалось легко и ярко, чтобы ей было, что запомнить и о чем вспомнить в свой последний момент.
Занятия в кружке химии поначалу были для нее развлечением. Девушка ввела некоторые новшества в процесс занятий, познакомилась с интересными ребятами, понахваталась умностей и даже стала частью театральных репетиций, где ее изредка приглашали на сцену. Серая будничная жизнь вдруг обрела смысл, раскрасилась красками - в основном в цвета тех маркеров, которыми они с Беннером и Крейном писали на доске.
Они строили планы. У них были огромные цели! Вместе с тем, они не забывали отвлекаться - ходили вместе в кафе, один раз даже зашли на фильм. Казалось, что так будет всегда, но.. Эти двое были умны. Они были безумно хороши в прикладных науках! Пэм иногда казалось, что Брюс и Крейн - гении. И чем больше времени она проводила с ними, тем больше убеждалась, что это не просто мальчишки из старших классов, их ум и талант были гораздо больше и обширнее, чем могла взрастить школьная программа.
В какой-то момент все это перестало быть шуткой. Они говорили о важных вещах. Болезни, вирусы, человеческая ДНК. У Пэм голова шла кругом! Ей казалось, еще немного - и можно будет надевать белый халат и идти в медицину. Чтобы спасать жизни, несомненно. Эти двое могли перевернуть весь мир! Могли изобрести то, что спасает и лечит, просто стоило подождать, пока они вырастут и покончат с нудной школьной волокитой.
Иногда ей казалось, что и для нее эти ребята сумеют придумать волшебную вакцину.
А потом это стало испытанием. Каждый раз, встречаясь в хим кружке, Пэм ощущала себя малолеткой среди взрослых. Ребята сыпали терминами, они понимали друг друг с полуслова, им не нужно было объясняться, чтобы понять, что теперь делать. Процесс между ними был налажен, а она.. Отставала. Выпадала, не успевала, не понимала до конца. И чем дальше - тем сложнее становилась работа. И тем больше та подвергала ее (немалые!) знания проверке.
Пэм была под давлением. Встречи в кружке больше не были для нее развлечением. Следуя простой логике, ей следовало оставить это дело. Но она не хотела! Привязавшись к Джонатану и Брюсу, девушка уже не могла помыслить свои будни без них. вместе с тем, она прекрасно осознавала, что стоит ей забросить кружок, и у них не останется ничего общего, а все общение за неделю сойдет на "нет". Но, несмотря на прикладываемые усилия, она все еще безнадежно отставала.
Что ей было делать?
Пэм задумчиво грызла ручку, глядя куда-то мимо доски и распинающегося учителя. Иногда она просто "выпадала", но чаще всего незаметно для окружающих. Школьная программа не была сложной для таких, как она или те двое из хим кружка, поэтому им даже не приходилось стараться. В такие моменты девушка думала о своем, крутя ситуацию в голове так и эдак. Посему выходило, что как бы она не старалась - ей не угнаться за двумя гениями.
Так что же ей было делать?
Брюс попался ей на глаза случайно. Они всегда были одноклассниками, так что волею судьбы проводили больше времени вместе. Он внимательно слушал урок, и Пэм стало немного совестно, что она отвлекается. Он вот, несмотря на весь свой гениальный интеллект, продолжал усердно учиться, даже несмотря на бесполезность школьной программы. А она - то и дело витала в облаках. Может быть, ей стоило быть чуть более серьезной?
Тогда ее и посетила эта простая, но вместе с тем гениальная идея.
Стягивая учебники в руки (рюкзак привычно занимал баллон, так что книги приходилось носить так) лишь стоило прозвенеть звонку, Пэм решительно обошла парту и застыла точно перед парнем. Чаще всего они сидели вместе или где-то поблизости, но сейчас ей было важно смотреть ему в лицо. И не дать сбежать. Если нужно - она станет умолять.
- Мне нужна твоя помощь, - как обычно серьезно начала.
На мгновение проснувшаяся совесть кольнула ее, ведь нельзя было так просто отнимать чужое время, но ведь.. Это было важно! Важно для них всех.
- Не мог бы ты уделить мне минутку? - вздыхая, все же пошла на сделку с собой. Если Брюс свободен, они могут поговорить прямо сейчас, воспользовавшись переменой. А если же нет.. Что ж, при желании всегда можно найти удобный для обоих момент.

+8

3

Иногда для того, чтобы все незаметно, но кардинально изменилось, достаточно всего лишь одного человека. Всего одного. Брюс никогда не был сторонником фразы "и один в поле воин", но после знакомства с Пэм был вынужден признать, что исключения случаются. Несмотря на дальнейшую командную работу, именно она смогла объединить и подтолкнуть вперед его и Джонатана. Да и не только это. Обустроить их замкнутый мирок, настроить работу и упрямо не позволять всему этому свернуть с верного направления или даже затухнуть. Именно она все это время являлась тем самым центром, вокруг которого построились новые, но уже такие привычные отношения. Беннера и Джонатана нельзя было назвать особо общительными и социальными ребятами, но в кругу друг друга они вполне нашли и друзей, и напарников, и помощников. Это было нечто новое, но настолько увлекательное, что занимало Брюса ничуть не меньше их совместной работы. И порой занимало настолько, что он задумывался настолько, что переставал видеть и слышать окружающий мир. Хорошо еще, что ненадолго...

-... вследствие диссоциации на ионы, что происходит... - голос учителя ворвался в голову совершенно неожиданно. Беннер едва не вздрогнул, вскидывая чуть расфокусированный взгляда. Но уже через мгновение он молча ругал себя за собственную невнимательность. Да, он понимал, что достаточно умный и способный, чтобы даже закончить школу в любой момент, но также он искренне считал, что "повторение - мать учения", порой в самых элементарных вещах может быть сокрыто нечто, что может тебе открыть глаза и позволить сделать новые выводы. Как думаете, сколько раз до этого Ньютон видел падающие яблоки, листья деревьев и прочее? Но лишь однажды он открыл закон всемирного тяготения. Здесь такой же принцип. Ему не стоило отвлекаться и витать в облаках во время занятий, нужно было продолжать усердно заниматься и просто пытаться самому себе усложнить задачу даже в простых школьных заданиях. Учиться спустя рукава - точно не про него.
Тщательно записав все домашнее задание, Брюс принялся неспешно собирать тетради и учебники, привычно чуть нахмурившись, что выдавало его задумчивость. В последнее время Беннер ловил себя на том, что не помнит, о чем именно он думал в такие моменты, но пока это происходило не так часто, чтобы начать искренне об этом волноваться. Он просто думал, будто обо всем и ни о чем, пока тихий голос рядом не привлек его внимания. Вскидывая чуть рассеянный взгляд, Беннер неловко поправил очки и улыбнулся. Это уже буквально было рефлексом, ему даже не нужно было стараться, улыбка сама появлялась на лице, стоило увидеть Пэм. Еще один плюс к ее невообразимым способностям.

- Конечно, без проблем. Сколько потребуется, - сразу же откликается Беннер. Ему явно не требуется время даже поразмыслить. Какие здесь могут быть вопросы? Готов помочь со всем, что в его силах и даже немного больше. - В чем дело?
В его голосе - ненаигранное беспокойство и заинтересованность. Он уже привычным жестом ловко перехватывает у нее книги, чтобы помочь донести, куда скажут. Наверное, у них с Джонатаном даже это вышло как-то молчаливо и сообща - тут донести книги, подвинуть стул, захватить последний пудинг с зеленым чаем, придержать дверь, поделиться яблоком или подержать баллон, пока она роется в сумке, чтобы найти упавшие на самое дно ключи. Беннеру это казалось правильным, именно так и должны вести себя молодые люди, и он невольно радовался каждый раз, когда Пэм позволяла проявить о себе заботу. Но когда она сказала простые слова "мне нужна твоя помощь", он почувствовал нечто иное, нечто несореизмеримо большее... Но, как он ни старался, он не мог бы дать определение этому чувству. Это все еще было не под силу даже его IQ.

+8

4

Брюс во многом был полной противоположностью Джонатана. Он достаточно часто улыбался, любил разговаривать и что-то обсуждать, не испытывал заметной тревоги при близком контакте и проще шёл навстречу новым веяниям. Пэм достаточно было просто появиться на периферии, и парень начинал улыбаться; ей стоило лишь сказать "А!", а он уже понимал, разделял и поддерживал. С ним было достаточно просто, даже несмотря на то, что по сути своей он тоже был немножечко социофобом, как и Крейн. У них было очень много общего - нелюдимость, увлечение сложными науками и гениальный интеллект - и все же они были разными.
Пэм невольно тоже улыбнулась, заметив улыбку на его лице. Хотя она была напряжена, готовясь к важному разговору, уже через мгновение расслабилась. Напрягаться рядом с Брюсом просто не получалось, он словно умудрялся её умиротворять одним своим присутствием, хотя - как и у Крейна - его коммуникативные навыки оставляли желать лучшего.
- О, н-не стоит, - мигом начиная смущаться, поспешила уверить его Пэм. - Все в порядке, я справлюсь!
И все равно книги уже оказались у Беннера в руках. Девушка удивлялась, как у него выходит так ловко? И каждый раз обещала себе, что в следующий раз этот фокус не пройдёт! И все равно Брюс почти всякий раз носил её учебники.
- Н-ну, я.. - секунду назад в её голове был чёткий план и почти спланированная речь, но теперь Пэм растерялась. Медленно потянувшись вслед за убегающими к другому кабинету (следующая - история) одноклассниками и подстраиваясь под шаг парня, чтобы дойти вместе до следующего класса и использовать это время для разговора, она вздохнула и потеребила в пальцах медную прядь, спадающую с плеча. - Я подумала, что торможу вас с Крейном. Наверное, мне стоит оставить химический кружок и найти занятие себе по силам.
Вообще, она не это хотела сказать! Слова вырвались сами. И были честными, если по правде. Она действительно это думала, просто Брюсу хотела преподнести иначе. Что просто хочет знать больше или позаниматься дополнительно. Однако, сказанного было не воротить, и девушка ощутила себя не в своей тарелке. Украдкой покосилась на парня - ну как считает её дурой? Или, что ещё хуже, сочтёт её идею приемлемой и порадуется? Ведь наверняка они с Джонатаном тоже ощущают это - третий в их команде отстаёт, что тормозит их всех. До весенней выставки оставалось не так много времени, и Пэм просто не могла позволить себе растрачивать их время впустую.
- То есть, я не хочу сдаваться! И не хочу уходить. Я не об этом. Не думаю, что удел всех девочек печь кексы и вышивать крестиком. Я вполне могу справиться! Просто - мне нужна помощь.
Стараясь успеть уверить Брюса в своих серьезных намерениях, Пэм заспешила, почти тараторя себе под нос. Начало разговора казалось неудачным, поэтому она немного растерялась. Может, стоило продумать все немного лучше, прежде чем отвлекать Беннера своими глупостями? Был бы здесь Джонатан, он бы точно раздавил её своим строгим и осуждающим взглядом. Рыжая даже украдкой оглянулась по сторонам, будто опасаясь быть пойманной на месте преступления, а после притормозила парня за локоть и увлекла чуть в сторону от основного потока учеников, чтобы они смогли поговорить с глазу на глаз.
Переведя дыхание, Пэм постаралась начать заново:
- Было бы здорово, если бы ты позанимался со мной вне занятий.
О, это была просьба - и самая серьёзная. Не шутка, не развлечение, не попытка бесцельно потратить время и труды одноклассника. Она будет стараться изо всех сил ради них всех, чтобы не отставать и остаться в проекте с ними.
- Не знаю, как у тебя со свободным временем после уроков? - уже напряженнее добавила, заглядывая за стекла очков в глаза напротив. Она знала о химическом кружке, что посещал Брюс, а ещё репетициях в театральном и занятиях в физическом, кажется. Именно по расписанию Беннера она в первую неделю занятий выбирала себе кружок, а значит - он сам посещал их все? Или все же нет? Пэм отругала себя за то, что так мало знает о парне, что считала своим - пускай пока не другом - но близким приятелем.

+7

5

Быть честным, Брюс понятия не имел, что может попросить у него Пэм. Она всегда была очень самостоятельна, несмотря на свою болезнь, никогда не унывала и умудрялась поддерживать боевой дух еще и в нем с Джонатаном. Можно было сказать, что это скорее она им постоянно помогала и поддерживала, а они просто неловко пытались проявить заботу в ответ. И Брюс сейчас действительно волновался - ему хотелось помочь Пэм, по-настоящему помочь, а не просто носить ее книжки или взглядом провожать до дверей дома. И хотя он даже не подозревал, что девушка может попросить, уже был готов. А потому он совершенно не ожидает услышать то, что она говорит. Ему даже кажется, что у него на несколько мгновений зазвенело в ушах от слов "мне стоит оставить химический кружок". Брюс еще рефлекторно делает несколько шагов, а после все же останавливается, растерянно смотря на девушку. В глазах - весь спектр удивления и смятения. Он уже и представить себе не может как это - вдруг снова оказаться в их кабинете и...без нее. Почему-то кажется, что это все изменит. Хотя к дружбе не должно иметь никакого отношения, но ведь тогда...у них будет еще меньше времени, которое они могли бы провести вместе. А Брюсу кажется, что его и так чертовски мало...

Испугаться окончательно и впасть в ступор Беннер все же не успевает. Пэм быстро понимает, что и как именно она сказала, и тут же уверяет, что не совсем это имела в виду. Но теперь так просто до Брюса не достучаться. Он все еще искренне напуган, а потому слушает ее настороженно, будто Пэм в любой момент может снова уверенно заявить, что уходит из важной части их общей жизни. И теперь он не просто готов ей помочь, но и сам предлагать всевозможные варианты, только бы она осталась и даже не задумывалась о том, чтобы уйти. Тем более, по такой странной причине...
- Мы с Крейном никогда так не думали! - Брюс понятия не имеет, как все же приходит в себя и даже начинает говорить. Но спешит не хуже самой Пэм. Тут и невооруженным глазом видно, как он сбит с толку даже просто предположением девушки, что она может мешать или тормозить их. Совсем наоборот! И Беннер уверен, Джонатан бы подписался под каждым его словом. - Без тебя бы ничего это и не было. Ты - часть команды. Незаменимая часть команды...

У Беннера все еще очень плохо получается подбирать слова. Он, может быть, и гений, но явно не в межличностном общении. И он очень надеется, что Пэм верно его поймет. Услышит и обязательно выкинет из головы подобные мысли. Ведь он понятия не имеет, как доказать ей, что без нее совсем никак. Что она слишком недооценивает собственную роль... Все, что он может, это только быстро закивать на ее просьбу. Если это действительно поможет, если так она останется, он готов заниматься с ней сколько потребуется и даже больше! Хотя и знает, что она и так более, чем умна. А уж ее смекалке и умению добиваться своих целей впору позавидовать. Но Беннер нутром чует, что все это сейчас не стоит говорить. Нужно просто согласиться. И уже на этих дополнительных занятиях он сможет показать и доказать, что Пэм способна на большее, чем думает.

- Конечно, никаких проблем! - поспешно отвечает Брюс. В уме он уже судорожно просчитывает, когда они могут начать. Кружок физики уже давно не кажется важным, а ближайшие несколько дней еще и не предвидится репетиций в театре, так что сейчас действительно можно считать удачным временем. Да и потом, впервые Беннер готов торопиться - нельзя тянуть, вдруг Пэм поменяет свое мнение и все же уйдет? Тогда можно будет смело считать, что это была его вина.
- Я свободен эти несколько дней. А после мы можем просто составить расписание, - Брюс себе не изменяет, у него все разложено по полочкам, чтобы не сбиться и не запутаться. И пусть Пэм оказывается неожиданностью, но, как и при первой встрече, она просто в одно мгновение оказывается частью его мирка. И сейчас просто занимает чуть больше места, чуть больше времени. И Беннера это радует. Даже не так... Он чувствует воодушевление после пережитого страха. Пэм не станет меньше. Нет. Теперь у него есть возможность видеться с ней даже чаще. И отчего-то это кажется таким важным, что внутри груди разливается непривычное тепло.
- Если ты готова, можем начать прямо сегодня, - Брюс окончательно отмирает. Все же доводит девушку до класса и придерживает дверь, чтобы она вошла первой. После аккуратно складывает учебники на ее столе, неловко улыбаясь. - Или завтра, как тебе будет удобнее.
Он не настаивает, но и не хочет тянуть. Присаживается за парту перед ней и выжидательно смотрит. В глазах еще видно беспокойство, но сейчас, когда у него есть план действий, становится спокойнее. Он знает одно - он не даст Пэм покинуть их. Он будет очень стараться. Но она останется с ними. Это...было очень важным. Важнее всего остального. Даже его грандиозных планов.

+10

6

Кажется, Пэм в самом деле промахнулась с формулировкой. Брюс заметно напрягается, а когда волнуется он - она тоже на автомате ощущает беспокойство. У них будто синхронная эмоциональность, и девушка достаточно чутко реагирует на настроения одноклассника: улыбается она - улыбается и он, тревожно ему - и она не в своей тарелке.
Теперь Пэм ощущает вину за то, что встревожила Беннера. И хотя они быстро расставляют точки над i, между ними все равно скользит напряжение. Даже когда они оказываются в классе, парень беспокойно ёрзает за соседней партой и торопливо заверяет её в своей помощи, смотрит преданно и с надеждой, будто она в каждую минуту может встать и показательно уйти - и рыжей кажется, что сейчас он очень похож на брошенного бездомного пса. Ассоциации немного веселит её, и она виновато улыбается:
- Я не уйду, пока не попытаюсь, - достаточно бодро заверяет, надеясь, что этого хватит для утешения. - Спасибо за твою помощь.
Брюс пока ещё ничего не сделал, но и согласия для Пэм более, чем достаточно. Она точно знает, что этот парень слов на ветер не бросает, а значит - внеклассным занятиям быть. Очень удачно, что у него находится уже сейчас немного свободного времени, так что рыжая решает не упустить свой шанс.
- Давай прямо сегодня? - с заметным облегчением принимает его версию. Устраивается за своей партой поудобнее и раскрывает учебник по истории: - Найдем после занятий свободный кабинет и попробуем найти все дыры в моем образовании, чтобы дальше представлять себе фронт работ и количество необходимого времени.
Сейчас Пэм кажется, что все не так и плохо. Вдвоем им точно будет легче заплатать все бреши. А она в свою очередь постарается побыстрее усвоить весь новый материал, чтобы Брюсу не пришлось слишком долго с ней возиться.

До конца основных занятий ещё два урока, и Пэм с трудом дожидается их окончания. Все её мысли сосредоточенны только на внеклассных занятиях, она строит планы и никак не может сосредоточиться на учебе. В голове прокручиваются сложные моменты из их обсуждений в химическом кружке, которые ей не всегда были понятны, так что она планирует начать расспросы с них - а дальше уж как-то само пойдёт, одно за другим.
Иногда Пэм смотрит в затылок спереди. Брюс чаще всего сидит сбоку от неё или впереди, так что она часто за ним наблюдает. Он, как и всегда, сосредоточен на уроках и выглядит очень серьёзно, и девушка улыбается - он ещё не представляет, какая беда его ждёт сегодня вечером! Уж она точно завалит его самыми разными вопросами, так что мистер всезнайка так просто не отделается.

И, наконец, звонок!
Пэм сдерживает порыв вскочить из-за парты и первой нестись сломя голосу в поисках свободного кабинета. Впрочем, вероятно, они могут остаться прямо здесь, все равно учитель и одноклассники уже торопливо разбежались. Собирая тетради и учебники, девушка выжидающе смотрит на Беннера, в каждый момент ожидая, что он откажется или у него появятся внезапные срочные планы. Но он, вроде, спокоен и не собирается уходить. Может, ему в самом деле не лень возиться.
- Останемся прямо здесь? - неуверенно предлагает, высматривая парту поближе к доске. - Или попытаемся занять кабинет хим кружка? Сегодня там нет внеурочных занятий, наверное.
Пожалуй, в этом плане Брюс осведомлён лучше неё. В конце концов, это именно у него имелся почти полный список всей внеклассной деятельность Смоллвилль Хай. Думается, ему лучше знать, что где и как сейчас имеется подходящее под их нужды.
А пока парень собирается с мыслями, Пэм между делом начинает "каяться" в своих огрехах, рассказывая о тех аспектах обсуждений, что ей были не понятны в ходе реализации их научного проекта.

+6

7

Брюс все же испытывает облегчение от слов Пэм. Она выглядит уверенно и явно настроена по-боевому. И это придает уверенности самому Брюсу - так просто они оба не отступят, а, значит, у них все обязательно получится! Он не может даже думать о том, что Пэм больше не будет рядом в столь важной для него и Джонатана части их жизни. Более того, он всегда был уверен, что для девушки это тоже нечто особое и обязательно важное. И что она просто всегда будет рядом. Стоило ей появиться, как ее отсутствие уже воспринималось как нечто поистине катастрофическое. Да, в подростковом восприятии, но какая разница? Каждому свое, на каждый возраст свои проблемы и переживания. И прямо сейчас Брюса куда больше волнует первое занятие с Пэм, чем новое химическое соединение, которое ему хотелось обсудить на следующем собрании хим.кружка.

После того, как девушка соглашается позаниматься прямо сегодня, Беннеру очень сложно сосредоточиться на занятиях. Он хмурится, старательно слушает учителей, но все равно мысли слишком далеко. Записывает, отвечает и решает задания Брюс исключительно на рефлексах. Да, его сообразительность и ум действительно позволяют ему учиться без каких либо усилий, но все же он предпочитает уделять внимание и всегда быть сосредоточенным. Сегодня просто пришлось заключить небольшую сделку с совестью. По-другому все равно бы не вышло, ему правда было слишком волнительно. Во-первых, он никогда не чувствовал в себе хоть какой-то талант к преподаванию. Скорее наоборот - некоторые вещи казались ему настолько очевидными, что было даже удивительно, что это приходится объяснять и изучать, растрачивая драгоценное школьное время. И как при этом доступно объяснить, если это знание у тебя просто есть? Вот это действительно задачка... Ну и во-вторых, это была Пэм. Брюсу не просто хотелось ей помочь, он искренне переживал и боялся ударить в грязь лицом. Что, если у него не получится? Ей не понравятся их уроки? Или он лишь больше ее запутает? О, у Брюса Беннера множество способов опростоволоситься. То, что ботаники умеют лучше всего - это попадать впросак, так что...

Ладно, нужно было взять себя в руки. И надеяться, что хотя бы не станет хуже, и он сам не подтолкнёт девушку к быстрому побегу из их кружка. В этом случае он сам побежит к Джонатану и в свою очередь попросит помощи. В конце концов, это в общих интересах. Но пока он честно постарается сам. Тем более, что Пэм в него верит и ждет помощи. Подвести при первой же просьбе - совсем не по-мужски.
- Сегодня свободен кабинет биологии. Сюда могут набежать историки, - Беннер вновь перехватывает у девушки книги и первым выдвигается из класса, ведя ее за собой. Он и правда в курсе всех ближайших расписаний в школе, так что хоть в этом плане на него можно положиться. - А там никто не помешает ближайшие пару часов.
Брюс прекрасно помнит об ограниченности времени, а потому очень внимательно слушает девушку, делая себе мысленные пометки, где они так поспешили, что не заметили, что их вдохновитель и вообще, в итоге, душа всего проекта, вдруг почувствовала, что отстает и чего-то не понимает. Это, безусловно, исключительно их ошибка, и Беннер очень постарается все исправить. Тем более, что пробелов не так много, как Пэм хотелось показать. Ее вопросы предельно точные и четкие, она сама прекрасно понимает, где ей стоило подтянуться, поэтому о такой ученице только мечтать. Главное, самому оказаться не слишком плохим учителем...

- Я постараюсь все объяснить, - обещает Беннер, заходя в кабинет и складывая книги на первую парту. Сам он пристраивается у доски, хоть и чувствует себя из-за этого очень глупо. Одно дело отвечать и писать формулы, а когда вот так объясняешь под внимательным и пытливым взглядом зеленых глаз... Брюс неловко переступает с ноги на ногу, берет мелок и в задумчивости трет лоб. Начать - всегда самое сложное.
- Самое главное тут понять, что всегда есть закономерность. И не так много разновидностей реакций, как кажется на первый взгляд. Во-первых... - Беннер не объясняет общепринятыми понятиями и школьными книжными фразами. Он действительно давно вывел для себя собственные правила и закономерности, тем более в химии. Так было проще расфасовывать  свои знания, разложить по полочкам и нужным папкам. Он понятия не имел, подойдет ли этот метод Пэм, а потому говорил с осторожностью, очень тщательно подбирал слова и отвечал на каждый вопрос вдумчиво и стараясь подбирать как можно более простые формулировки. Радовало, что у них уже выходил диалог, хотя и рано было судить, насколько все успешно, нравится ли Пэм такие объяснения и готова ли она продолжать их уроки. Самому Беннеру казалось, что это полный провал. Но он обязательно поработает над собой! И в следующий раз все пройдет намного лучше! Если, конечно, Пэм согласится продолжать и дать нерадивому умнику еще одну попытку...

+9

8

Брюс забирает ее учебники в очередной раз, и вместе они неторопливо бредут к кабинету биологии, который должен быть свободен в это время. По пути Пэм импульсивно рассказывает о "темных" пятнах в своем образовании, но Брюс выглядит спокойным, будто это его не смущает. Для него это наверняка примитивные вещи, а еще он наверняка не понимает, как можно этого не понимать, так что рыжая ощущает себя полной дурой и распаляется в своих объяснениях лишь больше, под конец начиная даже немного размахивать руками.. Но лишь стоит им оказаться в классе и запереть дверь, как она сдувается. Серьезно. Для кого это представление? Брюсу это не нужно, да и ей самой - подавно.
Кончики ушей у нее горят от неловкости. Но когда Беннер становится у доски с мелком в руке и начинает объяснять, это звучит.. неплохо. Пэм ожидала худшего, конечно. Что он станет смеяться или объяснять с таким видом "как можно этого не знать?", но парень не строит из себя заучку и даже старается избегать терминов, излагаясь доступным языком. И внезапно это.. доступно. Ей все понятно. В какой-то момент Пэм даже шлепает себя ладонью по голове - очевидно же! Как она умудрилась запутаться в такой легкотне?
- Я запишу это, погоди! - когда они переходят непосредственно к практике, девушка торопливо распахивает тетрадь и записывает "лекцию" мелким почерком.
Так, переговариваясь, задавая вопросы, что терзали ее, и слушая простые ответы, Пэм не замечает, как проходит час, а за ним еще один. Она увлечена такой простой - но такой важной лекцией, и совершенно думать забывает о времени. А когда, наконец, приходит в себя, испуганно ойкает и вскакивает из-за парты. Обычно именно в ее обязанности входит следить за временем, но сегодня она сплоховала.
- Отличный урок, доктор Беннер, - виновато улыбаясь, искренне хвалит. Брюс точно однажды вырастет каким-нибудь доктором наук, так что у нее срывается с языка - и, внезапно, ей нравится как это звучит. Хотя, конечно, "кандидат наук" будет посолиднее.
Пакуя тетрадки и учебники снова, Пэм старается собрать мысли в кучку. У нее еще столько всего крутится в голове, ей столько нужно спросить и узнать! Но вместе с тем не стоит забывать о личном времени одноклассника, она и так неприлично долго заняла его.
Во всей этой мешанине терминов и формул обычные человеческие слова совсем не идут на ум, и девушка некоторое время возится молча, а потом устало вздыхает. Нужно что-то сказать, но как же тяжело! И она начинает с малого:
- Спасибо, что уделил мне время. С меня угощение в знак благодарности.
О, это малое, чем она может откупиться. Ей думать страшно, сколько важных вещей сегодня он пропустил из-за нее. Как и Крейн, Брюс весьма идейный и вечно чем-то занят внеурочно. Это бесспорно круто, но вместе с тем - когда же свободное время для таких вот простых вещей: прогуляться, посплетничать, поболтать или помочь товарищу с домашкой? Ведь все это тоже нужно, а они лишь дети. Впрочем, возможно, это обыватели вроде нее думают о подобных глупостях, а вот Брюс - он ведь совсем другой.. Вероятно, ему такое и не нужно. Скорее всего, его интересуют исключительно знания в чистом виде, и он трудится не покладая рук во имя всей науки и своего великого будущего включительно. Что ж.. она может оправдаться лишь тем, что никакого будущего у нее нет и стараться не обязательно.
Веселея от этой глупой мысли, Пэм смеется себе под нос.
- Надеюсь, я тебя не утомила.. У меня осталась куча вопросов, так что.., - она просяще заглядывает в глаза напротив, - если у тебя снова выдастся свободный час после уроков, дай мне знать, идет?
Быть честной, она согласна не только на час и не только после уроков, но не решается уточнять или настаивать. Ей так отчаянно нужна помощь, что она готова вставать в пять утра и заниматься перед началом уроков, или же встречаться после всех внеурочных дел Брюса и слушать его лекции хоть до трех ночи! Но, конечно же, это будет звучать странно, так что она молчит. И, собравшись, шагает рядом с ним по опустевшему школьному коридору, торопливо переваривая полученные знания, которых ужасно-ужасно мало! И ей нужно доза научной инъекции еще - и как можно скорее. Ощущая себя наркозависимой, рыжая передергивает плечами; никогда бы не подумала, что будет маяться подобной чушью. И все же.. Это ее жутко бодрило. Как будто не было иного смысла, нежели погрызть этот невкусный гранит науки.
Пэм сама не помнит, как они доходят до знакомого перекрестка, где обычно прощаются все втроем. То, что их двое, непривычно, но сейчас вся ее голова занята исключительно химией, так что о глупостях ей не думается. Вместо этого ей безумно хочется поскорее закрыть все висящие вопросы и подтянуть теорию на требуемый уровень, так что она сама не замечает, как решается:
- Я живу вон там, - показывает рукой на крыльцо в отдалении. Брюс наверняка и сам знает, потому что тысячу раз видел ее с этого самого перекрестка. - Отца допоздна не бывает, так что если надумаешь еще разок попробовать себя в роли учителя, я угощу тебя чаем.
Это вовсе не попытка заманить юношу в гости, Пэм смотрит строго и серьезно. Ей просто действительно не хватает школьного времени для занятий, и - вполне вероятно - вот он, ее шанс. Но она не настаивает, конечно же, и быстро сдается, вскидывая на прощание ладонь, оставляя составление расписания их дальнейших занятий за парнем.
- Еще раз спасибо - и до завтра, Брюс, - оглядываясь вокруг, чтобы не угодить под машину, она перебегает дорогу. - Увидимся.

+6

9

Брюс чувствует себя очень и очень неловко. Может, объяснения и даются ему легко, но роль наставника точно не его. Пэм смотрит так внимательно, что Беннеру очень хочется опустить голову и начать бормотать себе под нос. А еще она тщательно все за ним записывает, и от этого он переживает лишь больше. Нет, он говорит все верно, даже все еще придерживается темы, и все же все это непривычно. Он был рад помочь Пэм, а уж вдвойне рад, что она обратилась именно к нему. Хотя, наверное, у Джонатана бы вышло лучше… В конце концов, он режиссер театрального кружка, так что знает, как все обставить, чтобы не было слишком скучно или заумно. Брюс, конечно, старается, чтобы вся информация была доступной, но не уверен, что справится с этой задачей до конца. Быть честным, любая информация была для него простой для понимания, но их определенно спасало то, что Пэм была очень умной девушкой. И, возможно, ее стоило лишь самую малость подтолкнуть, и дальше бы все пошло, как по накатанной. Беннер знал, что она ничуть не уступает им с Крейном. А во многом и превосходит двух ботаников. Так что им бы тоже следовало у нее поучиться… Вот хотя бы уметь просить и спрашивать. Сам Брюс все никак не решался задать терзающий его вопрос… И сегодня явно не решится тоже. Несмотря на яркий пример перед глазами.
Несмотря на всю свою неловкость, Беннер легко увлекается. И совершенно не следит за временем, хотя они уже трое давно научились это делать. Нельзя слишком задерживаться, нельзя оказаться слишком далеко от дома Айсли, если они замешкались в кружке. Это стало и их привычкой тоже, но сегодня и он, и она как-то упустили этот момент. Брюсу бы хотелось верить, что это от того, что ей не было слишком скучно. Сам он наверняка бы от самого себя нос повесил…

- Скажешь тоже… - неловко улыбается Брюс, помогая Пэм собрать учебники. До доктора ему очень далеко, а то проведения действительно отличных уроков и подавно. Однажды он, конечно, рассчитывает стать профессором и вести собственный курс в именитом университете, но пока он всего лишь школьник в маленьком провинциальном городке. Впрочем, сегодняшний день можно считать первым шагом на пути к исполнению одной из мечты. Одна ученица к него уже есть. И она даже бодро выглядит после его блеяний у доски. Можно считать за успех. – Думаю, это я тебя утомил. И это мне нужно принести угощение, чтобы в следующий раз было что-то более… радостное.
Он и сам не знает, почему говорит про следующий раз. Пэм еще и словом не заикнулась, что оно ей это надо, а он уже распушился… Впрочем, почувствовать себя вновь глупо он не успевает, потому что Айсли действительно просит дополнительное задание! И Беннер смотрит так, будто его только что назначили ректором Гарварда. Да он найдет кучу свободных часов, чтобы провести их с Пэм. Например, ему совершенно необязательно посещать то огромное количество внеклассных занятий. Некоторые можно и пропустить. Как и посвятить несколько вечеров, которые чаще всего тратятся на прочтение все новых и новых книг. Но сейчас самое главное, чтобы Пэм осталась. И… потом… Беннер и правда хотел бы проводить с ней немного больше времени, чем выделено школьными занятиями.
- В любой удобный день. Завтра после театрального кружка? – на удачу предлагает. Они почти никогда не пропускали репетиции Джонатана, так что это само собой разумеющееся. Но после они могли бы снова спрятаться в каком-нибудь классе. Беннер бы пригласил ее к себе, у него такая комната, что сойдет за аудиторию, но это лишь причинит ей неудобства. Таскать лишний баллон, чтобы побывать у него дома? Та еще перспектива. Он и сам это прекрасно понимает.

Вот что не любил Беннер в обратной дороге от школы до дома Пэм, что она очень быстро заканчивалась. Перекресток всегда возникал внезапно, и ему оставалось только следить за тем, как девушка добирается до своего дома и исчезает за дверью. Почему-то они всегда останавливались именно здесь. Даже когда шли втроем – никогда не подходили ближе к дому. Даже странно, если подумать. Что им мешало проводить ее до крыльца? Даже мозг Беннера не мог найти ответа на этот вопрос.
- Если я не показался тебе слишком ужасным, то я всегда к твоим услугам, - обещает Брюс, давая понять, что у него всегда найдется время для нее. Быть честным, он бы воспользовался ее приглашением прямо сейчас, но он слишком застенчив, чтобы напроситься на чай. Поэтому остается на месте и машет ей рукой, как всегда провожая взглядом, пока она поспешно взбегает по крыльцу. Ему бы уже развернуться и направиться к себе домой, но он почему-то не двигается. Логичных причин для этого нет, но они ему и не нужны. Сердце отчего-то отчаянно колотится - они встретятся завтра, а после уроков они отправятся к ней, чтобы позаниматься чуть дольше. И от этого ожидания так нервозно, что впору удивляться самому себе. Беннер ловит себя на том, что совершенно глупо улыбается, он даже мотает головой - ну что за наваждение? Но почти сразу взгляд натыкается на молодого человека, что частенько возится с машинами в гараже семейства Айсли. Здесь открылась мастерская, такие новости быстро разлетаются даже среди подростков. Но вот чего Брюс не ожидает, так это пристального и колючего взгляда этого парня. Тот смотрит в упор, не мигая. И Беннер невольно отступает и поспешно покидает перекресток. Странный какой... И чего так смотрел? Будто... с угрозой... Но Брюс не может думать об этом слишком долго. Он слишком ждет завтрашний день. И посвящает остаток вечера тому, что готовится к собственному уроку. Он сам делает небольшие записки, которые помогут Пэм освежить некоторые знания. Делает закладки с формулами, чтобы они частенько попадались на глаза - так проще запомнить. И, конечно же, выделяет отдельную тетрадку, где рисует необходимые графики и придумывает задачки. Он отдаст ее Пэм, чтобы в удобное для себя время она могла позаниматься и порешать примеры самостоятельно. И только после этого он все же падает в кровать и забывается беспокойным сном. Почему-то завтра ему кажется особенно важным. Очень-очень важным.

+8

10

Каждый вечер, возвращаясь домой, Пэм вынуждена играть в слепую. Мало того, что у нее в легких слизь, так еще и зрение подводит. Да за такой набор кто угодно бы удавился! Девушка лишь усмехается и, взбегая по ступенькам крыльца, смотрит себе под ноги.
Барни и сегодня возится в гараже. Но он ее не окликает и в целом никак не досаждает. Она даже готова биться об заклад, что он тоже отводит взгляд, когда она возвращается из школы; но не может знать наверняка - потому что почти никогда не смотрит и сама.
Они не разговаривают с лета, если только по крайне важному делу. Готовит девушка по-прежнему на четверых, однако циркачи в последнее время заходят на огонек очень редко. Она и рада, потому что этот порочный круг давно пора было разорвать. Впрочем, ей жаль Клинта, которого ей хотелось опекать до сих пор - мальчишка был ни в чем не виноват. Просто его брату не доставало мозгов, так случается.
Закончив с делами и процедурами, Пэм забирается в кровать и перечитывает перед сном то, что записала со слов Беннера. Дотягивается до справочника и сверяет некоторые вещи, чтобы завтра задавать более конкретные вопросы. Делает пометки на полях. Может, она не гениальный мальчишка и всего-навсего девчонка (многие считают, что настоящим выдающимся ученым женщина быть не может, разве что в соавторстве с более гениальным мужчиной), но она готова стараться и добиваться поставленных целей.

Пэм засиживается допоздна за конспектом, так что встать из кровати поутру для нее настоящая пытка. Отец к этому времени уже поднялся и с кем-то вяло переругивался по телефону. Очевидно, очередной поставщик задерживал сроки, а для их крошечного бизнеса это было очень важно!
Стараясь не мешаться, девушка торопливо принимает душ и завершает процедуры, а после готовит завтрак. Задумавшись, она жарит целую гору блинчиков, а когда приходит в себя - то сбоку от плиты высится целая башня из ароматных панкейков. Что ж, не беда.. Им с отцом этого не съесть, но сегодня после уроков занятия в театральном кружке - отнесет туда.
- Я ушла! - с крыльца кричит вглубь дома, не уверенная, что отец ее слышит. В последнее время он редко завтракает вместе с ней, погруженный в дела бизнеса, но Пэм не обижается. Лишь сожалеет, что не может помогать ему больше, чем обычно.
Свою выпечку она несет в нескольких кульках. Один оставляет под дверью гаража, второй вручает Клинту уже в школе - тот вечно голодный и его необходимо кормить. Мальчишка учится классом младше вместе со своим циркачом-подельником, так что в их кульке блинов чуть больше, ровно чтобы хватило на двоих.
Благодарности она не ждет, просто.. делает, как делается.
- Ты с обедом? - подсаживаясь на привычное место сбоку от Беннера, Пэм придвигает кулек с парой панкейков и к нему. - Спасибо за вчера. Это компенсация.
Она заметно веселится, но выглядит серьезно. Брюсу откровенно положено не ломаться и принять обед, если он в самом деле не хочет увидеть мисс Айсли в дурном настроении.
- На самом деле я пожарила слишком много, - уже легче добавляет. - И это вовсе не взятка.
Конечно, как и любая девочка, она могла бы подкупить внимание Беннера. Наварить ему спагетти или нажарить стейков. Зазвать домой, накормить до отвала и заставить читать научные лекции в своей гостиной, но.. Это было бы слишком! Представив себе эту картинку, Пэм смеется в кулак.
- Надеюсь, на вечер у нас все в силе?
Пэм смотрит чуть взволнованно, потому что любой перерыв в их дополнительном обучении кажется ей провалом. Она все позабудет, после не соберет в кучу и вообще.. Где-то внутри она понимает, что утрирует ситуацию и накручивает саму себя, однако ей очень хочется быть уже к их следующему занятию в кружке хотя бы на уровень повыше! Чтобы они оба это заметили. Чтобы даже Крейн удивился! Нет, она не эгоцентрик, просто считает, что им всем не повредили бы приятные новости.

Большинство уроков они с Брюсом проводят вместе, на обед она тоже увязывается следом. Исключительно, чтобы поделиться джемом к блинчикам, конечно же. Но втайне следит, чтобы он все съел.
После уроков у них в расписании театральный кружок. Покуда Беннер работает за сценой, Пэм собирает актеров и раздает им остатки блинчиков. Те уже остыли, но так даже вкуснее! После обеда прошло уже достаточно времени, а до ужина еще не скоро, так что небольшой перекус должен вернуть им силы и желание сыграть получше. Возможно, после панкейков даже Крейн станет добрее? Один блинчик рыжая оставляет для мистера режиссера, который как всегда пунктуален и собран, являя свой лик в актовый зал. Подкормив местную звезду с рук, Пэм убирается на задний ряд выжидать.
Репетиции ей в самом деле нравятся. Здесь всегда весело и царит интрига. Масла подливают в огонь амбиции и чаяния игроков, иногда свои пять копеек из-за сцены вставляют Беннер с Нэштоном. Со стороны все это выглядит жутко забавно! Пэм улыбается, наблюдая. Здесь ей легко и хорошо.. Если бы Джонатан так не злился все время, пожалуй, было бы совсем идеально.. Когда он переживал, она переживала тоже. Жаль, что нельзя было заразить его своим спокойствием прямо с этого места..
Впрочем, репетиция неминуемо заканчивается. Возвращая рюкзак на плечо, Пэм дожидается, пока работники за сценой завершат свои работы и спустятся в зал.
- Пока! Покааа, - размахивая ладонью, прощается рыжая. - Пока, Таби. Пока, Эдди. До свидания, мистер Крейн, - о, она вовсе не смеется и всегда его так называет на официальных сборах театралов, чтобы поддержать его репутацию и указать на беспрекословный авторитет.
В конце концов, Джонатан тоже многое делал для нее. Ей хотелось поддержать его тоже.
- Идем, - Пэм не замечает, как берет Брюса за ладонь, чтобы вывести прочь. Иначе они здесь застрянут надолго. Крейн раздает последние указания перед окончанием репетиции, а Эдди вертится вокруг и задает глупые вопросы. Это неминуемо плохо закончится.. Хихикая, девушка уводит своего лектора до того, как случился взрыв.
По пути она снова убирает руку, кажется, так и не заметив этого, и держится за лямки рюкзака. По дороге рассказывает, что успела прочитать на ночь и какой материал усвоить. Беннер должен понимать, что не тратит свое время впустую и его воспитуемая не безнадежна.

Сегодня они должны заниматься у нее.
Еще от перекрестка ее преследует неописуемое чувство ненормальности происходящего, но Пэм лишь улыбается сама себе. Никогда Брюс не ходил с ней дальше светофора, но сегодня, определенно, знаменательный день! Он приглашен в гости и увидит ее быт, это.. немного волнительно.
- Я попрошу тебя снять кроссовки. Но дам тапочки, - по пути объясняется Пэм. Она заметно волнуется и ощущает себя будто во сне. Словно вот-вот проснется и поймет, что лишь спала, потому что взаправду такого просто не могло происходить!
- Не волнуйся, у меня чисто. Грязь.. ну.. убьет меня.
Пэм хихикает. Что за глупости она болтает? Попытка укомфортить Брюса заранее кажется ей глупой. Она ведь не резать его будет. А уж без кроссовок он как-нибудь переживет. Тем более что за свою аккуратность она была железно уверена.
Однако, стоит им достигнуть дома, как все ее чаяния разбиваются. Посреди двора, взрыв шинами аккуратный газон, стоит грузовик, притулившись задом вплотную к крыльцу. Опаздывающий поставщик, догадывается Пэм и поджимает губы. Как невовремя. Конечно, это не должно им помешать, особенно если закрыться в одной из верхних комнат, но рыжая по себе знает, что станет нервничать и отвлекаться на суету в доме. К тому же, Барни снова здесь и помогает водителю заносить громоздкие старинные вещицы; он не смотрит, но Пэм кожей ощущает, что он ее тоже заметил.
- М.. может, перенесем? - поднимает несчастный взгляд на Брюса. Она и сама растеряна. - Думаю, в такой обстановке позаниматься нам не удастся. Нужно было остаться в школе..
Теперь она ругает себя за то, что потащила одноклассника домой. Нужно было просто оставаться в классе! Просто.. дома были справочники и учебники, ей хотелось показать их Беннеру. Угостить чаем за его труды и старания, извиниться за неудобства. Но сейчас получалось еще хуже!

Отредактировано Lillian Isley (06.06.2016 16:00:03)

+7

11

Беннер нервничает. Обычно он всегда очень спокоен, говорит тихо, действует неспешно и с таким выражением на лице, будто уже очень давно постиг дзен. Брюс никогда не задумывался, когда из активного и шумного ребенка он вдруг превратился в стандартного ботаника, хотя с легкостью бы нашел ответ, если бы только задал себе этот вопрос. Но несмотря на внешнюю сдержанность, он оставался подростком. Бывали моменты, когда он подсознательно злился или раздражался. Бывало, что он переживал из-за какой-то глупости, хотя и старался делать вид, что его не волнует. Вот и сейчас… В школу он собирается, как никогда раньше. Несколько раз меняет однотипные футболки, в кой-то веки не хватая то, что просто под руку попалось. Он даже тщательно причесывается, перепроверяет, все ли необходимое взял, и только после этого совсем нерешительно отправляется на занятия. А думает только об одном – он пойдет в гости к Пэм. Он пойдет в гости к Пэм. И это кажется главным событием его жизни в Смоллвилле.

Когда же он видит Пэм, то вот тогда начинает нервничать по-настоящему. Утром это он так, напрягся слегка. А сейчас же он улыбается так, будто не гений, а последний дурак. Он смущенно перенимает пакет с угощением, даже не посопротивлявшись для приличия. Просто Пэм говорит, что это ему и надо взять, поэтому он протягивает руку и берет. Он совершенно не в себе сегодня…
- Спасибо, - все же выдавливает и поспешно прячет пакет в рюкзак. До обеда еще несколько занятий, так что… - Даже если это взятка, я бы не смог отказаться.
Иногда язык Беннера работает быстрее его мозгов. Пожалуй, только это его порой и спасает. Молчи он сейчас, точно бы показалось, что с ним не все в порядке. И даже если это сущая правда, то ведь Айсли это совсем необязательно знать, верно? И так чудо, что они смогли подружиться, так что совершенно не хотелось все испортить.
- Да, конечно! Я все подготовил для занятий, - уже бодрее отзывается, хотя до сих пор не уверен, что из него хороший учитель. Возможно, Джонатан сгодился бы на эту роль куда лучше, но Брюс рад, что Пэм обратилась именно к нему. И действительно будет очень стараться, чтобы ей было интересно и все понятно. Не зря же он половину ночи корпел над всякими карточками, которые обязательно помогут ей разобраться в химии на раз-два. Ну… так кажется самому Беннеру. И оставалось надеяться, что он не ошибается.

Занятия да и сама школа стали куда как более интересными, когда в его жизни появились Пэм и Джонатан. Идти поутру туда, где тебя будут ждать друзья – это все еще было чем-то новым и чертовски хорошим. Теперь Беннер знал, что ему будет с кем поговорить на перемене. Или чем заняться после занятий, кроме самих уроков и книг. Ему было с кем поздороваться в коридорах школы или провести обед. То, что для большинства – привычная норма, для Брюса - настоящее открытие. И от того, что Пэм весь день оказывается рядом, Беннер все же немного успокаивается. Они вместе едят блинчики на обед, обсуждая планы на вечер и грядущую репетицию, отсиживают последние уроки, иногда переглядываясь и тайком улыбаясь, пока не видит учитель. А после все так же вместе спешат на помощь Джонатану. Здесь Брюс настоящий член команды, что тоже для него все еще в новинку. Он особо не общается с другими ребятами, но все же ощущает некую общность, ведь они делают общее дело. Он очень старается помочь своему другу, чтобы все было идеально хотя бы в плане спецэффектов и декораций, поэтому почти не выходит из-за кулис, где колдует над своими изобретениями. Но все же не удерживается, чтобы порой не подглядеть. Не за актерами. За Пэм. Она умудряется влиться в любую компанию за считанные секунды. Ее любят, это видно сразу. Она смеется и улыбается, окруженная людьми, совсем не похожая на самого Беннера… И, пожалуй, это очень здорово. Он рад, что тоже смог оказаться в числе тех, кто может быть с ней рядом.

Несмотря на переживания, или благодаря им, день пролетает слишком быстро. И вот Брюс уже стоит в проходе между креслами, прощаясь с театральной труппой. Наверное, немного неловко, что они с Пэм сегодня уходят вдвоем, не дожидаясь Джонатана, но они достаточно спешат, ведь впереди еще добровольные дополнительные занятия. Беннер неловко прощается с другом, а после и вовсе теряется, когда Пэм берет его за руку. Он рефлекторно сжимает пальцы на тонкой ладошке и ощущает, как начинает краснеть. И вот это уже вполне можно объяснить, а не оправдываться перед самим собой, что понятия не имеет, что происходит в его голове. Или в сердце… Он знает, давно понял, просто признаться себе не мог. Да и сейчас это не так-то просто. Брюс думает, что он может быть хорошим другом. Но даже в самых смелых предположениях не дает себе ни шанса, что они с Пэм могут стать кем-то большим. Он из той породы людей, которые предпочитают синицу в руках, чем журавля в небе…

Впрочем, стоит Пэм отпустить его руку, как Брюс чувствует легкое разочарование. Ему нравится чувствовать ее тепло так близко, но самому смелости не хватает, чтобы удержать и чуть крепче сжать пальцы. Зато он тоже хватается за лямки рюкзака, словно за спасительную соломинку. Осознание того, насколько ему действительно нравится Айви пришла в очень неподходящее время. Сегодня в первый раз, когда он придет к ней в гости и наверняка не сможет и трех слов связать. Конечно, он очень надеется на то, что возьмет себя в руки и все обязательно будет хорошо, но почти чувствует облегчение, когда Пэм останавливается, даже не дойдя до крыльца. У ее дома частенько паркуются грузовики, носятся тяжелые вещи и производятся тяжелые работы. Это и правда не самое удачное время, чтобы сосредоточиться на учебе. И Беннер решает, что это самое провидение. Им и правда стоит перенести на следующий раз. Но думает он так исключительно лишь пару мгновений. Пока не опускает взгляд и не натыкается на ее несчастные глаза. И он совершенно точно не может поступить иначе.
- Мы можем пойти ко мне. Это недалеко, - голова совершенно пуста, но речевые функции работают отменно. – Но на всякий случай возьми новый баллон. А после я провожу тебя обратно. Идет?
Брюс хочет заботиться об этой девушке. Но максимум, что может сделать сейчас, это обратить внимание на быстро используемый кислород и пригласить в свою комнату, которая отлично подошла бы для сериала «Теория большого взрыва». Наверное, ему будет чертовски стыдно… Но он упрямо шагает по направлению к своему дому. У него в первый раз будут гости. И это еще более волнительно, чем он мог себе представить.

Дом у Беннера небольшой. Но очень уютный и теплый. Его комната разительно отличается от почти плюшевой гостиной, белой деревенской кухни и общей атмосферы чего-то семейного и домашнего. Его комната опрятна для парня его возраста, но это и понятно. На подоконнике распушились растения под колпаками, обвитые проводками и датчиками. Шкаф заставлен книгами, а по полкам расставлены самые настоящие коллекции – от звезды смерти «Звездных воин» до сборных моделей молекул. На столе ровным рядком расставлены мензурки, реагенты и прочие радости маленького ученого. Будь он хоть немного неряшлив, то давно бы отправил спалил дом. Но, что важнее, испортил бы свои эксперименты, так что Пэм можно было не волноваться. Здесь она точно не задохнется от пыли и не будет погребена под тоннами комиксов.
- Проходи… - Беннер неловкий, он словно путается в своей комнате, не зная, куда бросить свой рюкзак и что делать дальше. Он несколько раз проходит взад-вперед и только после этого останавливается и фокусирует взгляд на Айсли. – Я… принесу чай и печенье. Тетя как раз испекла этим утром. И начнем заниматься. Да… я сейчас… прости.
Пожалуй, Брюс не особо хороший хозяин, но он отчаянно старается. И надеется, что Пэм все понравится. Не хотелось бы облажаться в такой момент.

+8

12

Пэм не успевает расстроиться, потому что Брюс спешит предложить свой вариант. Быть честной, это немного смущающе, потому что после переезда девушка еще ни разу не была ни у кого в гостях.. Но она не из робких, а потому молниеносно соглашается, покуда парень не успел передумать.
По правде, ей дюже любопытно посмотреть, чем живет Беннер, так почему бы не использовать подвернувшуюся возможность? Вероятно, после ей будет стыдно, что она вынудила одноклассника сделать это, но прямо сейчас считает, что ее вины в случившемся нет. К тому же, утешает она себя, это всего лишь официальный визит заради учебы, ничего лишнего.
- Я быстро! - на глазах расцветая, послушно кивает рыжая и пулей уносится в дом, чтобы сменить баллон, оставить учебники и взять пару справочников, в которых делала перед сном пометки и хотела показать Брюсу. Увлеченная сборами и волнительным предвкушением, она даже забывает о том, что чертов грузовик испортил все ее планы на вечер.. Который грозил статься лишь лучше.

Брюс и впрямь живет не очень далеко. Они не соседи, конечно, но тащиться на другой край города не приходится. И это просто чудесно, потому что ей совсем не хочется тратить лишнее время на путешествия по изученным улочкам, лучше скорее приступить к обучению!
Впрочем, в этой части города Пэм еще не бывала, поэтому старательно запоминает дорогу. Беннер обещал проводить ее обратно, но она из любопытства осматривается, составляя и дополняя внутреннюю карту своего Смоллвилля. Вдруг ей придется бродить здесь одной? Знать новые закоулки всегда полезно.
- Какой дом! - когда они подходят ближе, восторженно бормочет девушка.
Зеленая аккуратная лужайка, резная беседка, просторное, незахламленное крыльцо, светлые чистые окна. Жилище не новое, но тщательно поддерживаемое в приличном состоянии. Просто домик с открытки! Как-то так она представляла себе их с отцом дом в Смоллвилле, пока они не переехали и не получили "это". Рыжая улыбается себе под нос, мысленно обещая, что однажды и они доведут свой барак до ума!
Стараясь вести себя сдержанно и прилично, как и подобает подобному домику, Пэм торжественно забирается на крыльцо - и, не удержавшись, вертит головой. Светлая гостиная, просторная кухня, занавески на окнах и диванные подушки во всех углах. Везде и всюду ощущается незримая хозяйская рука, хотя определенного стиля в оформлении и нет. Девушка даже успевает порадоваться, что они пошли к Брюсу, а не к ней - после такого дома ей было бы нечем похвастаться. У них с отцом местами все еще царит свалка и неразбериха, никакого стиля и упорядоченности.. Фух, да этот грузовик ее просто спас!

Брюс тихий и зажатый, он откровенно нервничает. Пэм тоже ощущает себя неловко, но даже смущение не мешает ее поистине безграничному любопытству. Она беззастенчиво вертит головой и, хоть убейте, не находит и причины комплексовать. Живи она в таком доме, точно бы таскала весь их кружок на чай с печеньем к себе под крышу всякий удобный или не очень раз.
- Спасибо. Было бы замечательно, - тем временем они достигают комнаты одноклассника, и рыжая соглашается с его предложением. А что? Вкусняшки не повредят, к тому же еда поможет им немного расслабиться. Она почти в норме, а вот Беннеру явно не повредит.
- А я пока осмотрюсь, - добавляет ему вслед, тем самым спрашивая разрешения.
О, здесь есть на что посмотреть! Вообще-то она представляла себе комнату парня гораздо скучнее. Книжки, справочники, набор юного химика.. Но у него  свет явно не сходится клином на научной практике. Здесь есть фигурки, модельки, Пэм даже замечает на полках пару цветных обложек - явно комиксных - и тянет одну за корешок, с любопытством пролистывая. Книжица в плотной глянцевой обложке и совсем новая, очевидно коллекционная и бережно хранимая.
С ходу зачитываясь многочисленными облачками, девушка задумчиво бродит из угла в угол, на ходу поправляя сдвинутую опасно к краю полки фигурку штурмовика, а после замирает у подоконника, где под колпаком устроен цветник. Пытаясь одновременно изучить несчастные тестируемые растения и дочитать историю на аляпистых страницах, девушка почти не замечает, как возвращается одноклассник. Время в этой "пещере чудес" летит незаметно.
- У тебя много увлечений, да? - с сожалением отрываясь от недочитанной истории, с улыбкой уточняет. - Это здорово. Раньше я тоже любила собирать всякие памятные вещицы, но с переездом о коллекционировании пришлось забыть.
Ей так жаль выпускать комикс из рук! Она сто лет не держала подобных изданий в ладонях.. Но ей все же приходится это сделать, и книжица возвращается на свое место на полке - точно туда, откуда и была вынута. Пэм уважает чужое пространство и не собирается сеять хаос и смуту своим появлением.

Стратегически занимая присмотренное ранее кресло, у которого широкие подлокотники и просторное сидение, так что ей удается втиснуть свой баллон и рюкзак позади себя без ущерба комфортности, Пэм получает чашку душистого чая с печеньем и пристраивает на одном из подлокотников. Сказать по правде, она почти ничего не знает о Беннере, и на некоторое время желание узнать его получше пересиливают жажду научных познаний.
Они уже достаточно давно общаются в рамках школьной программы, так почему бы не узнать друг друга немного получше?
- Ты живешь с тетей? - аккуратно начинает, готовая в любой момент свернуть с неудобной темы, если заметит, что Брюсу неприятны ее расспросы. Смотрит то на парня, то вокруг, каждый раз подмечая новую деталь. Комната достаточно пестрая ввиду разнообразных интересов хозяина, но смотрится уютно и гармонично. Ну, по крайней мере, здесь нет комочков пыли в углах и забитых под кровать грязных носков, а книги на полках выстроены строго по высоте.. Беннер удивительный чистюля для парня. Или же его тетушка заботится о внутренней чистоте пространства, не брезгуя прибирать и за племянником? Но так как визит рыжей спонтанен - она сомневается, что к этому можно было успеть подготовиться. Значит, здесь чисто всегда.. Не удерживаясь, она спрашивает снова:
- Ты сам поддерживаешь порядок в комнате или тебе помогают?
Глупый вопрос, просто она не успевает себя притормозить. Этот парень неспроста живет с тетушкой, и даже если за ним прибирают - нет ничего удивительного, ведь он увлеченный научный деятель.. Такие всегда немного не от мира сего, таких мало волнует материальный мир вокруг. И все же она почти уверена, что Брюс рьяно блюдет свои территории.
Цепляясь взглядом за крошечное фото в углу одной из полок, которую раньше не замечала, Пэм спонтанно интересуется:
- А это кто?
И почти сразу догадывается, кто это. Лицо мужчины на фотографии почти копия лица самого Брюса, а глаза женщины достались ее сыну. Спутать их сложно, Беннер действительно ребенок своих родителей. Но.. почему он живет с тетушкой и куда подевались его мама с папой? Ответ на этот вопрос она осознает тоже почти молниеносно, а потому не решается повторить свою ошибку.
- Прости.., - неловко бормочет, ощущая себя малолетней дурой, которой не знакомо чувство такта. В ее семье тоже есть своя трагичная история, о которой им с отцом до сих пор больно вспоминать. Что же в таком случае ощущает Брюс, потеряв всю семью? Рыжая не смеет загадывать, а потому (мысленно проклиная себя) спешит сменить тему:
- Классный чай.. Сам приготовил?
"Идиотка, - тут же увещевает себя. - Не так же откровенно!"
Пэм ощущает себя загнанной в угол мышкой и, тратя последние силы на маневр, сдавленно пищит:
- Кажется, мы в доме одни.. Ты точно заваривал сам.
Ну да, подсказывает собственный голос в голове. Сам заваривал, эка невидаль, с этим ведь не справится ни один парень из Смоллвилль Хай, а - возможно - и на целой планете. Давай теперь расхвали его за то, что он не криворукий. Или расскажи ему о стереотипах насчет мужчин на кухне, он точно порадуется - также сильно, как и ты, когда речь заходит о стереотипах касательно женщин в науке.
"Господи, я все порчу," - отставляя чашку, Пэм обессиленно растирает ладони о подол платья, копя энергию на новый рывок. Нужно как-то все исправить.. Учебники, точно!
- О! - будто только сейчас вспоминая о пожитках, что прихватила с собой, рыжая копается в рюкзаке и раскладывает справочники по свободному подлокотнику. - Мой отец раньше преподавал в городском университете. Помнишь, я рассказывала? Он одолжил мне пару книг к изучению. И кое-что мне не совсем понятно.. Здесь, - развернула пальцем ближайшую закладку. - И вот здесь. Начнем занятие отсюда?

Отредактировано Lillian Isley (27.07.2016 16:23:08)

+8

13

Брюс никогда не обращал особого внимания на дом, в котором живет. Тетя наверняка приложила немало усилий на то, чтобы здесь было уютно и хорошо, чтобы хотелось возвращаться и при этом чувствовать себя в безопасности. Но Беннер уже давно не считал, что мой дом – моя крепость. Самые ужасные вещи могут случиться там, где ты счастлив. В первую очередь они могут случиться именно там… Так что это было просто место, где он спал, занимался и проводил почти все свободное время. Но, как ни крути, ему импонирует, что Пэм здесь нравится. По крайней мере, не стоит волноваться хотя бы об этом. И он лишь поспешно кивает – конечно, она может осмотреться, если ей интересно. Такому, как Беннер, совершенно нечего скрывать. Он не хранит какие-нибудь пошлые журналы и запретные кассеты. Может, только последняя коллекция о дикой саванне Дискавери…
- Я быстро, - откликается Брюс и исчезает за дверью. На кухне он чувствует себя так же свободно, как и в хим.кружке. Тетя частенько задерживается на работе, ведь ей нужно обеспечивать не только себя, так что парень быстро привык заботиться о себе и своих потребностях. Дома всегда есть душистый чай, который он тщательно заваривает. Подхватывает тарелку с печеньем и даже делает несколько небольших сендвичей, чтобы потом не отвлекаться на мелочи. Но прежде, чем снова подняться наверх, он пару мгновений стоит возле лестницы. Хотя и сам не может понять, почему… Смотрит на второй этаж и ощущает, как бешено стучит сердце. Пэм у него в гостях… В этом не должно быть чего-то особого, но это настоящее событие. И ему так не хочется ударить в грязь лицом…

Глубоко вдыхая, он все же поднимается и заползает обратно, отставляя поднос с угощениями на стол так, чтобы он не мешались. Девушка в это время увлеченно листает комикс, и Брюсу немного неловко. Будто это недостойное увлечение для столь взрослого и увлеченного парня, но что есть, то есть. Он действительно любит эти глупые и нереальные истории, как, пожалуй, и все молодые люди его возраста.
- Иногда нужно передохнуть от учебников, - смущенно отвечает, провожая взглядом яркую обложку. – ты можешь взять почитать, если хочешь. Тут целая серия. И можно не волноваться, что придется оставить. Эта полка всегда здесь.
Пожалуй, это не самое лучшее предложение для девушки. И поэтому Беннер тут же затыкается, со слишком серьезной миной разливая чай. Несмотря на весь его ум, порой язык оказывается все же быстрее. И он никак не может с этим совладать. Хотя уже очень давно следовало бы. Как говорится, у каждого есть свои недостатки…

Протягивая чашку Пэм, Брюс садится на край кровати, чтобы быть поближе. Он греет ладони о фарфоровые бока, хотя совсем не замерз. Говорить в собственном доме вдруг оказалось сложнее, будто нужно специально искать тему и при этом не выглядеть глупо. Хорошо, что у Пэм нет подобных проблем, она всегда легко находила общий язык со всеми и, казалось, что может поддержать любую тему. Вот только Брюс не мог. Особенно ту, что вдруг всплыла в их неловком разговоре.
- Да. Переехал к ней из Дэйтона. Та самая колыбель авиации, - зачем он добавил последнее, Брюс понятия не имеет. Поэтому просто затыкает себе рот чаем, стараясь не обжечься. Ненадолго. – Боюсь, что если тетя постарается убраться в моей комнате, то может нахимичить небольшой локальный взрыв.
Он тихо смеется, собираясь рассказать про тот случай, когда она случайно опрокинула одну из колб и сожгла подол любимого платья, после чего комната юного ученого стала табу. Но Пэм опережает. Ее взгляд цепляется за фотографию. Ту самую фотографию. И Беннер не успевает взять себя в руки. Улыбка сразу гаснет. В глазах на мгновение испуг, странно перемешанный со злостью. Он словно привык не замечать это фото. С одной стороны как напоминание, каким нельзя становится. С другой – просто так принято. Но никто никогда не обращал на это внимания. Потому что никого здесь не бывало…

Беннер протягивает руку и очень тихо переворачивает рамку, пряча изображение. На несколько томительных мгновений он возвращается в тот самый день, когда все произошло. Такое не забывается и не стирается из памяти, даже если тебе всего девять. Или как раз поэтому… Он потерял всех и разом. Они не умерли из-за болезни, не разбились на машине, и с ними не приключилось несчастного случая. Нет. Просто однажды его отец проснулся и убил его мать. Вышел во двор, чтобы покончить с сыном, и лишь чужое вмешательство остановило разъяренного мужчину. Брюс знает, кто в этом виноват. Он. Именно так сказал отец. Именно это он слышал в перешептывании за своей спиной. И именно с этим научился жить, хотя отголоски прошлых оглушающих криков мамы и полицейских сирен оставили свой отпечаток. И ему просто нужно вынырнуть…
Брюс моргает, будто сонный. А после смотрит своим обычным взглядом на Пэм, только чуть виновато. Он не должен выливать на нее подобные откровения. Ей совершенно необязательно знать, какие скелеты таятся в семействе Беннеров. И он не должен был так реагировать на простой вопрос… В конце концов, Пэм бы могла хотя бы постараться его понять. Хоть он и понимает, что это никому не удастся в полной мере.
- Нет… это ты прости. Их просто нет, - показательно ровным голосом откликается. Да, так лучше. Они когда-то были, но исчезли из его жизни, даже если отец все еще жив и доживает свой век взаперти. Просто Брюс остался один, и его приютила неравнодушная тетя. Это может быть обыденной и просто историей, если не вдаваться в подробности.

Кажется, Пэм тоже чувствует себя неловко после заданного вопроса. Но Брюс совершенно точно не знает, как это исправить. Он замечает ее нервные жесты и сам ерзает по кровати. Первый визит к нему совершенно точно не задался…
- Особо многого я не умею. Но сендивичи и чай – это вот мое, - пробно улыбается Беннер, чтобы показать, что неудобная тема осталась позади. Он не обижен и не злится, им просто не стоит к этому возвращаться. А еще лучше – они могут просто начать заниматься. Но Пэм опережает его и здесь. Она уже вовсю копошится в свое рюкзаке, выуживая на свет божий просто кладезь для изучения. И вот прямо сейчас Брюс и правда готов забыть о своем прошлом, потому что у него есть только будущее. Научное, интересное, увлекательное. А прямо сейчас с ним Пэм, и он просто не может испортить все лишь больше. Это уже выйдет за грань.

- Да это же настоящее сокровище, - воодушевляется Брюс и придвигается ближе. Он с интересом смотрит на заметки Пэм, в который раз удивляясь, как это гармонично все в ней сочетается. Яркая внешность, легкий характер, острый ум. Беннер был когда-то уверен, что таких людей не существует. Но нет… Вот она, прямо перед ним. Смотрит открытым взглядом, улыбается легкой улыбкой. И Беннер понимает, что начинает отчаянно краснеть… Сердце начинает стучать еще быстрее, и ему определенно не хватает свежего воздуха. Но он вовремя вспоминает о собственных заметках и «шпаргалках», которые подготовил для Пэм. И это его спасает.
Брюс поднимается и подхватывает со стола все, что подготовил с вечера. Еще раз тщательно проверяет и лишь после возвращается – немного успокоенный, но все еще немного красный. Хотя уже и не чувствует этого.
- Смотри, я кое-что тоже приготовил. Так будет легче это понять, - он протягивает ей карточки и устраивается рядом.  Вопросы у Пэм всегда по существу, и в итоге оказывается, что на них просто отвечать. Она копает всегда очень глубоко, и порой они вместе копошатся в отцовских справочниках. По пути делают уже совместные заметки и вновь увлекаются так, что Брюс забывает про чувство времени. Конечно же, он намерен проводить ее, как только они закончат, вот только ему совершенно не хочется, чтобы этот час настал. Ему сейчас очень комфортно. Жевать сендвичи, хрустеть печеньем и пить остывший чай, сидя уже вдвоем на кровати и заглядывая в одни учебники на двоих. Брюсу кажется, что он просидел бы так вечность. Если бы она у них была…

+6

14

Начало их встречи не ладится, но постепенно все выравнивается. Разговор ни о чем, о чае и бутербродах их спасает, после они самозабвенно занимаются и боятся отвлечься, будто от этого зависят их жизни.
Пэм сосредоточена, слушает Беннера и записывает за ним некоторые детали, делая пометки в тетради. Сейчас ей почти не удаётся подумать о том, что она узнала в этом доме.. Реакция Брюса на вопрос о родителях смутила её. Девушка до сих пор видит, как гаснет его улыбка; слышит нарочито холодный голос, поставленный спокойный тон; ощущает лёгкую дрожь до мурашек, когда он опускал рамку фоткой вниз на полку. Все это не просто боль по умершей родне.. Это было чем-то более глубоким, что поневоле западает глубоко в самую душу, но поразмыслить об этом в момент лекции почти невозможно. Все её мысли заняты лишь научными пояснениями, поэтому рыжая сосредоточивается на обсуждении, решив оставить догадки на вечер.

За окном незаметно темнеет. Поначалу они зажигают лампы, чтобы иметь возможность заниматься и дальше, но когда часы показывают ближе к девяти вечера, Пэм вынужденно начинает собираться. В компании Беннера достаточно комфортно (даже несмотря на его странную реакцию на некоторые вопросы) - и все же ей пора. Ещё отца кормить.. Процедуры перед сном делать, баллон менять. Всякие такие девчачьи мелочи..
Складывая учебники обратно в рюкзак и стараясь уместить их рядом с баллоном, Пэм протягивает один справочник парню.
- Вот, возьмёшь почитать? Принесёшь потом на занятия. А я возьму у тебя книжку с комиксами, идёт? После торжественно обменяемся.
Она просто не может удержаться! А потому, едва получив разрешение, кидается к полке с разноцветными обложками и, чуть поколебавшись, выбирает себе один из томов. Быстренько пролистывает, чтобы убедиться, что это - то самое, что ей нужно, и сама себе кивает. Краем глаза замечает злосчастную рамку, опущенную на полку, и тревожно покусывает губу. Что-то в этой истории было тревожным и пугающим, она вновь вспоминает взгляд Беннера и всю ту мешанину эмоций, что на мгновение промелькнули за стёклами очков - и снова ощущает покалывание мурашек.
- Вот эту, - стараясь разогнать собственные выдумки звуками, подает голос и возвращается обратно к рюкзаку, запихивая похищенную книжицу. - Обещаю вернуть в целости и сохранности!
"Верну в целости и сохранности," - вспоминает чужое обещание и встряхивает головой. Выжидающе смотрит на одноклассника, что обещал её проводить. На улице уже совсем темно, и от компании Пэм бы ни за что не отказалась, хотя и не любила все эти стереотипы о слабых беззащитных девушках..

Возвращаются они неспешно, по инерции болтая о пустяках. С Брюсом достаточно просто и почти не нужно подбирать темы для беседы. Устав от учебы, она пытает его на предмет комиксной коллекции, узнает о новинках и кается о том, что последним прочла и на чем закончила. Кажется, она невозможно отстала, но тем лучше - будет, что навёрстывать очередным летом, когда весенняя научная ярмарка, наконец, минует, и им больше не придётся учиться, как одержимым.
- Ну вот, почти и пришли, - за разговорами почти не замечая, как возвращаются, Пэм кивком головы указывает на свой дом. Он совсем не такой красивый, как у Брюса, а в темноте выглядит ещё и кособоким. Одна радость, фургон уже уехал, а крыльцо подсвечено злосчастным фонарем, который соизволил сегодня работать. Хоть ноги не сломает на ступеньках, слава богу.
Получая свои учебники назад, которые её спутник галантно тащил за неё всю дорогу, Пэм медлит пару мгновений, силясь совладать с порывом, но ей никак не удаётся. Испуг и злость Беннера там, в его комнате, когда они заговорили о родителях.. Девушка никак не может забыть об этом. В свете того, что они (дружат?) общаются уже пару месяцев и учатся вместе, а ещё что он так сильно помогает ей с учебой, размягчают сердце рыжей. И, поддаваясь импульсу, она придерживает свободной рукой его ладонь, на мгновение стискивая пальцы очень крепко.
- Моя мама умерла, - серьезно делится. Она не знает, чего Брюс боится в смерти родителей, а отчего злится, но она почти уверена, что сможет это понять. Может, её история не такая, но кое-что их роднит с парнем. Они оба потеряли.. И они могут понять.
- У меня наследственное. Её убило то же, что и меня. Она.. Оставила мне это, но мне все равно.
"Пожалуйста, не бойся поделиться со мной," - просит взглядом, но не настаивает. Она не хочет обязать его к ответной искренности своим признанием, но оставлять его наедине с подобным тоже кажется неправильным.. У неё остался отец, у Брюса же не было никого, именно поэтому ей было проще, а его никто не мог понять в целом мире и уже очень давно. Пэм привыкла видеть парня улыбающимся, неконфликтным, позитивным.. И внезапно подсмотренные тараканы в его комнате теперь беспокоили её не на шутку. Она не хотела навязываться, но вместе с тем.. Она хотела бы знать. Возможно, он злится оттого, что родители оставили его. Или не забрали с собой. Да мало ли, на чем можно зациклиться в подобной ситуации? Когда-то и она злилась на мать за все случившееся, а были моменты, когда ненавидела и себя, и даже отца - но это прошло. Пройдёт и у Брюса, лишь нужно выговориться и довериться.

Подержав его ладонь еще немного, Пэм пару раз сжала и разжала пальцы, пытаясь показать свою поддержку. Заглянула в лицо, мягко улыбнувшись.
- Пэм! - зовет отец издалека. Неужели поджидал?
Вздрагивая, девушка отпускает чужую ладонь и отступает.
- Мне пора, - виновато прощается. - Если сможешь, давай поговорим об этом? Тебе не обязательно быть одному.
О, это не подсмотренная в кино фраза или вычитанная в книге. Пэм действительно понимает, каково ему, и хочет помочь. Но не собирается давить, давая парню время, а потому машет ладонью и спешит вернуться в дом к тревожащемуся родителю. Впрочем, если завтра в школе она заметит, что Беннер боится говорить о родителях, она сделает вид, что никогда ничего и не знала, только бы не тревожить его. Просто отныне Брюс - хотя бы подсознательно - будет знать, что не один, что его готовы понять, принять и поддержать. И иногда это гораздо важнее.
Засыпается Пэм плохо, она постоянно ворочается и в целом никак не может перестать думать. Не об учебе, а о том фото; о том, что увидела в чужих глазах. Но со временем усталость берет своё, и девушка засыпает, чтобы во сне подсознание красочно показало ей пару версий на свой вкус, так что просыпается рыжая рывком и очень рано, долго дышит и больше не может уснуть, проводя остаток времени до побудки глядя в потолок. Привычные утренние процедуры занимают у неё гораздо больше времени, чем обычно, но вместе с тем Пэм использует его, чтобы отделаться от навязчивых ощущений после сна. Жалеть Беннера, когда он не просил, ей не хочется. Так что она прикладывает все усилия, чтобы этим днём общаться с ним, как и прежде, но на большой перемене не выдерживает и подходит к парню с небольшим листочком, вырванным из угла тетрадки, с написанным ровным номером на нем.
- Будем держать связь? - как можно более невинно предлагает. Обмениваться номерами телефонов раньше никому будто бы и не приходило в голову. К тому же, они учились вместе и виделись каждый день, но.. Вдруг бы что-то случилось? И они смогли бы созвониться. А ещё они могли бы писать друг другу после уроков, и тогда Беннеру больше не пришлось бы быть одному в этом огромном доме с тикающими часами и печальной фоткой на полке.

Отредактировано Lillian Isley (07.08.2016 17:59:07)

+5

15

Законы физики непреложны. Как жаль, что это касается и времени тоже. Брюс почти не замечает, как за окном начинает темнеть, но подсознательно чувствует, что скоро придется прощаться. У них обоих есть своя зона ответственности, от которой нельзя откреститься. Да и далеко не бесконечный баллон с воздухом играет не последнюю роль... И все же, несмотря на то, что Беннер все прекрасно понимает, окончание их домашнего репетиторства оказывается едва ли не неожиданным. Когда Пэм начинает собираться, Брюс разочарованно косится за окно. И правда, уже поздно, а у них еще и домашних дел никто не отменял. И потом, немного времени у них все же есть - Беннер все еще намерен проводить девушку до дома. Пусть дорога и коротка, но они смогут еще немного побыть рядом.
- Да, конечно. Звучит здорово, - Брюс благодарно кивает на предложение Пэм. Почитать эту книгу с толком, с чувством, с расстановкой - звучит просто потрясающе. Пожалуй, он даже готов пожертвовать коллекционными выпусками... Хорошо, что он все же умудряется оставить эту мысль при себе. Прозвучало бы просто ужасно. Поэтому он поспешно поднимается с кровати и, неловко улыбаясь, уважительно кивает. - Отличный выбор. Это начало перезапуска вселенной, так что история с нуля. Самое оно, чтобы вернуться в мир графического романа.

С любой другой девушкой наверняка подобный диалог был бы обречен на полное фиаско. Но Пэм была не просто умной и образованной девушкой, она была безумно интересной и разносторонней. Легко могла поддержать любой разговор, а если не знала тему, то всегда живо интересовалась, задавая наводящие вопросы. И сейчас, после нескольких часов занятий химией, они болтали о вымышленных персонажах, истории которых были слишком увлекательными, чтобы не читать их. Беннеру нравилось, что можно не чувствовать себя странным гик-ботаном рядом с ней. Пэм действительно была удивительной. Пожалуй, он понял это с их первой встречи... Просто не задумывался об этом особо, пока не осознал, что его поспешная привязанность значит нечто большее, чем он думал.
- Спасибо за вечер, Пэм. И сегодня уже никакой химии. Лучше узнай, как Радиоактивный человек получил свои силы, - наставительно советует, с улыбкой передавая ей учебники. Строгого учителя из него не выходит, поэтому он просто неловко взъерошивает волосы на затылке и отступает. Прощаться он не мастак. Да и не особо любит в последнее время. Но если бы мог предугадать то, что последовало после, точно бы ретировался куда как поспешнее.

Они с Пэм и Джонатаном друзья. Они сошлись очень быстро и вряд ли уже могли представить, что было время, когда они не общались. Но они никогда не касались в разговорах слишком личных вещей. Они просто знали, что Джонатан и Брюс не живут с родителями, а Пэм больна кистозным фиброзом и живет только с отцом. На этом познания о семьях друг друга у них заканчивались. Они что-то логично додумывали, оставались при своих теориях, и на этом все. Пожалуй, Брюс не был готов к взаимным откровениям. Потому что вряд ли после его истории кто-то еще захочет поддерживать отношения с сыном свихнувшегося физика-ядкрщика.
Но это не означало, что он не готов слушать. Ему было очень жаль, что в семье Айсли случилось подобное, что именно такому светлому и открытому человеку выпало подобное испытание. И ему было стыдно, что он не мог открыться в ответ. Хотя и был ей благодарен за участие. Пэм просто старалась помочь, оказать поддержку и, возможно, стать тем человеком, кому не страшно доверить тайну, потому что и у самой хватает подводных камней. Но...это не отменяет того, что ситуации слишком разные. Возможно, когда-нибудь, когда мысль об этом не будет вызывать столь бурных негативных эмоций...
- Я понимаю, - заторможенно отвечает Брюс. Смотрит в теплые и обеспокоенные глаза напротив. - Родители порой оставляют после себя то, чего ты не просил.
Зря он это сказал. Очень зря, но этого уже не воротишь. Он только нервно поправляет очки, выдавая собственную нервозность. Он не должен был, это все должно остаться внутри семьи. Точнее, того, что от нее осталось.

- Еще раз спасибо, Пэм. Может быть, однажды, - все же откликается и отступает. Ей действительно пора, да и ему тоже. Он не успел сделать домашнее задание, да и новую книгу хотелось бы прочитать, и еще столько всего... Беннер старается себя отвлечь. Только и всего. Он это прекрасно осознает, но это сейчас единственно возможный вариант, чтобы не думать о том, о чем не стоит. Потому что теперь непрошеные мысли все равно будут пробиваться. Чтобы полностью от них избавиться, понадобится время. Это как с брошенным камнем в воду - потревоженная гладь долго идет кругами... У Брюса так же. Слова и вопросы Пэм вернули к привычной точке отсчета. Пункт А - он снова вспомнил все до мелких деталей. Пункт Б - это лишь прошлое, которое осталось в прошлом. И между этими двумя пунктами неизвестный временной промежуток. Но это ничего.... Такое случается. Он научился справляться. Хоть и не всегда правильно.

Тетя была уже дома, но предусмотрительно не заходила к нему в комнату. Очень редко, но такое случалось - моменты, когда ему нужно было побыть одному. Тщательно оберегаемые книги несколькими движениями рук оказались на полу. Комиксы веером легли на стол и стулья. Выпотрошенный рюкзак валялся в углу комнаты, а поверх смятые рубашки. Брюс сидел посреди этого хаоса, где, пожалуй, лишь склянки да злосчастная рамка с фото оставались на своем привычном месте. Он тяжело дышал от недавнего погрома собственной комнаты, снедаемый уже не приступом злости, а лишь стыдом. Он не должен был, это так глупо, так...похоже на того, кого он презирал всей душой. И от этого так тошно, что хочется забыться. Об уроках и прочем Беннер уже и не думает, падает как есть на подушку, да так и остается лежать. И даже в темноте будто видит фотографию, с которой улыбается семейство Беннеров. Еще нормальное. Адекватное. И без страшных секретов, известных на весь мир...
Этого Брюс боится больше всего. Что однажды кто-то случайно найдет новость о некоем молодом талантливом ученом, который оказался домашним тираном для своего ребенка, умудрившемся ревновать его к матери настолько, что просто заколол ее утром на кухне, а после едва не исполосовал собственного сына. Город Дэйтон, Брайан Беннер, ныне помещенный в психиатрическую больницу для особо опасных преступников. Выживший Брюс Беннер исчез из поля зрения прессы после усыновления тетей... Он читал все это. Новость давно утихла, но если вдруг... Он никому не интересен, просто случайности иногда происходят. Беннер лишь верит, что в Смоллвилле про это даже не слышали, а подростки слишком заняты сами собой, чтобы копаться в старых криптоватых историях...

Так Брюс и засыпает, смотря на семейное фото. И, что логично, совершенно не высыпается. Ему снятся кошмары, которых он не помнит, но они вымотали за ночь достаточно, чтобы в школе он больше походил на моль, нежели на самого себя. Но он все равно собран и готов не только к занятиям, но и к дополнительным часам химии. Хотя и чуть смущен, когда Пэм подходит к нему в школе. Будто она может знать, что он умудрился учудить вечером в комнате.
- О... Это отличная идея. А я даже не подумал, - неловко улыбается, перенимая листок с ее номером телефона. Вскидывает руку и проводит ладонью по лохматым волосам. - Теперь ты можешь задавать мне вопросы в любой момент.
Брюс действительно рад, чего и не особо скрывает. Тут же забивает ее номер в свой телефон и делает пробный звонок, чтобы она скинула и сохранила. Это кажется очень важным, ведь друзья так и делают, а это означает, что они шагнули в своих отношениях еще чуток вперед. И снова не с его подачи... Нужно было это как-то исправлять, но опыта у Брюса никакого, поэтому и приходится быть лишь ведомым. Как неловко это не звучит.
- Пэм, слушай... - тихо начинает, смотря извиняющимся взглядом. - Мы можем сегодня позаниматься у тебя? У меня...небольшая заминка с комнатой, так что...
Все это вполне объяснимо, учитывая, что он проводит опыты в собственном доме, так что звучит вполне себе сносно. И он очень рад, что девушка не обижается и соглашается на его предложение. И пусть он будет смущен своим первым визитом, но это все же намного лучше, чем возвращаться в полный беспорядок. Он понятия не имеет, как объяснить именно его...

Дом у Пэм тоже особенный. Как только заходишь, сразу виднеются стеллажи со старинными вещами, чувствуется запах старых книг, переплетающийся с ванильной ноткой домашней выпечки. Казалось, что тут все должно быть старым и пыльным, атмосфера обязывала, но вокруг царит образцовая чистота, и сверкают новенькие шкафы с глухой подсветкой. Беннер завороженно осматривается, пока в гостиной они не натыкаются на мужчину, что сидит на диване с молодым человеком. Они склонились над какими-то бумагами и что-то активно обсуждали, но при появлении Пэм и Брюса замолчали, внимательно осматривая пришедших ребят. И если с мужчиной все быстро разрешилось, и Беннер, наконец, познакомился с мистером Айсли, то со вторым не заладилось. Тот лишь мрачно его оглядел, перевел вопросительный взгляд на Пэм, а после и вовсе уткнулся обратно в бумаги. Эта странная атмосфера порядком давила, но одноклассница быстро уволокла его за собой в комнату. И теперь уже была очередь Брюс "немного осмотреться"...

Так у них и повелось. Они ходили друг к другу в гости едва ли не каждый день. Брюсу нравилось заниматься в уютной спальне Пэм, где не было ничего лишнего, но чувствовалась ее рука - мягкий зайка в углу кровати, книга рецептов на полке с учебными, крохотная шкатулка у зеркала, приоткрытая книга Азимова на прикроватной тумбочке с забавной закладкой, да и периодически меняющийся журнал комиксом на кресле, будто и Беннер принял непосредственное участие в этой домашней обстановке.
Но визитами все не ограничилось. Сначала смс были исключительно по делу - занятия, уроки, встречи. А после Брюс и сам не заметил, как они стали все чаще переписываться просто так, словно болтали обо всем и ни о чем. Редкие звонки перестали быть неловкими и смущающими, а не получить перед сном "спокойной ночи" уже казалось нарушением традиции. Единственное, о чем они больше никогда не говорили - это о его родителях. Тема, без лишних выяснений, просто стала табу. И после того единственного вечера все вернулось на  круги своя. Нет... Все стало ощутимо лучше. И Беннера это больше не пугало.

+6

16

Обмен телефонами проходит гладко, и вот спустя пару минут у Пэм в контактном листе добавляется ещё один. Она даже усаживает Беннера поудобнее и велит не шевелиться мгновение, чтобы сделать его фото и забить в новый профайл. Показывает ему, добивается одобрения и теперь его лицо возникает на мониторе всякий раз, когда он звонит или пишет, чуть растерянное и неловкое, с взъерошенной челкой и тоскливым взглядом из-за стёкол очков. Но так даже лучше, так он выходит совсем настоящим.
В очередной раз заниматься к нему в гости они не идут, но это и понятно. Пэм ожидала чего-то подобного. Брюс больше не поднимает тему родителей, а ещё не спешит повторить вчерашнее предложение. Но это ничего, она понимает, а потому с легкостью приглашает в ответ посетить её гнездо. Сегодня не ожидается никаких поставок, так что им никто не должен помешать.
К концу уроков они собираются и дружно шагают к перекрестку, на котором обычно прощаются. Но сегодня - как и вчера - вновь минуют его вместе, чтобы взобраться на знакомое крыльцо и укрыться в её комнате. Вообще-то Пэм планировала заниматься в гостиной, потому что комната девочки, все же, не совсем то место.. Однако гостиная занята отцом и Барни, которые планируют очередной стеллаж под новый привоз. Собрать самим гораздо дешевле, чем заказывать хотя бы в Икее, и девушка это понимает, но все равно ей неловко, что отец продолжает так тесно общаться с бывшим.
- Это мой отец, Уилл Айсли, - представляет она гостю главу семейства. - Это Барни, он.. помогает.
Неловко было бы проигнорировать сидящего рядом с отцом, это неминуемо вызвало бы вопросы. Поэтому Пэм старается придать голосу бесстрастность, но сама смотрит поверх чужой головы. Это просто разнорабочий, что помогает им по делам, ничего больше.
- А это Брюс, мы учимся вместе, - холодно завершает сеанс знакомства и спешит увести парня с глаз долой. Несмотря на то, что они лишь занимаются после занятий и едва-едва дружат, ей все равно неудобно после взгляда Барни. Впрочем, его мнение не волнует ее уже вот как пару месяцев. Или она пытается себя в этом убедить.
Сперва они делают вместе чай (Беннер в этом профи!), а после поднимаются в комнату. Сегодня им больше никто не мешает, поэтому они занимаются своей абракадаброй всласть. Пэм рада познакомить Брюса со своим бытом, надеясь, что это поможет ему доверять чуточку больше и подпустить её ближе, но он все равно ничего не рассказывает ей о своей семье. Ни сегодня, ни завтра.
Они активно переписываются, начинают с малого, но вскоре смсят друг другу по поводу и без. Поначалу Пэм весьма неловко отвлекать его, но после это входит в привычку. Она и раньше общалась по сети с подружками, но ни разу - с парнем. Оказалось, это не так и сложно. А местами гораздо веселее. У него, как и у Крейна, сложно с чувством юмора, однако постепенно они настраиваются на одну волну - и вскоре девушка и помыслить не может дня, чтобы не получить от него весточки или не написать какую-нибудь спонтанную глупость самостоятельно. Им почти не нужна тема, чтобы писать друг другу, и вскоре регулярная переписка становится правилом, нежели исключением. К тому же, в тексте Брюс кажется более раскрепощённым, хотя на уроках по-прежнему выглядит неловким и смущённым, и эта разница нравится Пэм. В сообщениях он словно не боится рассказать какую-нибудь глупость, и после этого вживую обсудить уже гораздо проще и посмеяться. Впрочем, тему семьи они все ещё не затрагивают.

***
Ноябрь заканчивается незаметно, декабрь кажется теплым в начале, но после приходят первые морозы. Зимой Пэм живётся тяжелее. Она ненавидит все эти шарфы и пуховики, потому что трубки путаются, а ещё баллон заледеневает на морозе и кажется неподъёмным. Обычно зимой отец водил и встречал ее из школы, чтобы помогать с баллоном, но теперь с ней ходит Брюс и это становится очередной их традицией.
Они продолжают заниматься, не сбавляя стараний. Пэм ощущает себя гораздо умнее, чем то было месяц назад, но у неё все ещё имеются вопросы, особенно после каждого занятия в химическом кружке. Несмотря на то, что поначалу ей было неловко спрашивать у Брюса всякие глупости, теперь это кажется само-собой разумеющимся. У кого же ещё?

Зимой Пэм болеет чаще, ей тяжело дышать. Иногда она не досиживает до конца занятий, тогда Брюс отводит её домой во время перемены и успевает добежать обратно. Потом они созваниваются по Скайпу, чтобы поделиться новостями и домашним заданием. Оказывается, это очень удобно! Можно сидеть в постели и вовсю болеть, а школьная программа сама приходит к тебе - и даже не нужно держать лицо и встречать гостей.

Сегодня - один из таких дней. Брюс едва вернулся из школы, но уже был на связи. Пэм, хворая под двумя тёплыми одеялами и иногда украдкой сморкаясь, натужно переводила дыхание. Ей не нравилось говорить в такие моменты, а ещё не нравилось, что Беннер мог её видеть, но они условились, что иногда можно выключать камеру или звук - и это ничего. Главное, оставаться на связи.
И они были на связи почти 24 часа в сутки. Сейчас вот Брюс активно пыхтел откуда-то из угла, где ориентировочно стол шкаф, видимо, переодеваясь, и что-то бубнил об уроке обществоведения. Как и обычно, там что-то случилось, но было весело. В мониторе Пэм могла видеть только уголок стола и раскрытый недочитанный комикс, больше обзор камеры не позволял - но она и не стала бы подглядывать, а потому терпеливо ждала. Самой говорить ей не хотелось, потому что голос её в такие моменты звучал отвратительно.. Но одноклассник не настаивал и даже вроде понимал её смущение; в последнее время он научился говорить и за двоих, чем Пэм невообразимо гордилась.
Покуда он возился, девушка лениво тыкала в новостную ленту. Ничего особенного не случалось, Смоллвилль затаился в преддверии первых морозов. Пэм сползла по подушкам и нагрела себе уютную норку в постели, шевелиться в принципе не хотелось.
"Есть планы на Рождество?" - набрала она в графе сообщения одним пальцем и отправила. Когда Брюс закончит переодеваться и вернётся к компьютеру, то увидит сообщение и расскажет ей. Они делали так, когда она болела и не могла говорить. Она писала, он отвечал вслух, задавал вопросы в камеру - а она набирала текст. Когда ей было совсем плохо, она выключала камеру и шебуршилась только в микрофон; или же наоборот. Они могли даже не говорить, занимались своими делами под вид чужой комнаты или звуки чужой возни. Это казалось.. Уютным.

Стараясь занять себя, Пэм сонно поизучала вид в чужую камеру. Обзор был так себе, подглядывать ей все ещё не хотелось, поэтому она лениво побродила взглядом по полкам напротив. А вдруг появился новый комикс? Но вместо этого усмотрела злосчастную фоторамку в очередной раз. До этих пор, казалось, Брюс так и хранил её изображением вниз. Но снова поднял.. В груди сжалось. Наверное, он скучал по ним.
Какие они были?
Пальцы сами набрали в строчке поиска фамилию Беннера. Она не знала ни имён его родителей, ни дат смерти. Но некрологи должны были сохраниться.
А после затихла, читая. Ссылки было всего две или три, не так много для столь нашумевшей истории. Пэм покрылась мурашками, а после ощутила себя обманщицей. Он не хотел рассказывать, а она подсмотрела. Это казалось нечестным.. Как ей теперь в глаза ему смотреть?
Закашлявшись, девушка в полном смятении выбралась из постели и добрела до ванной, силясь продышаться. Подсмотренная история сама по себе невольно крутилась в голове. Ничего себе! Неудивительно, что Брюс не желал делиться. Все это казалось ужасным и неправильным, а ещё.. Нелепо трагичным. Она побоялась себе представлять, что он думает и ощущает по этому поводу.
"Ты должна сказать ему," - незамедлительно всплыл голосок в подсознании. Привет, совесть!
"Скажи ему! Это будет честно!"
Ага, мотнула Пэм головой. И как ты себе это представляешь? Привет, Брюс, спасибо за домашку, а ещё я знаю, что твой отец убил мать и вообще зря ты мне не рассказал, отлично бы обсудили!
По спине пробежала неприятная дрожь. Её и без того знобило, теперь стало лишь хуже.
"Скажи, - упрямо повторил её же голос внутри. - Скажи. Скажи. Скажи."
Ох, и тяжело же быть совестливой! Пэм покусала губу, но так и не решилась. Может быть, скажет, когда поправится. При личной встрече. Это будет правильно.. Не стоило ей в это лезть.
Возвращаясь в постель, она укрылась до самого носа и с самым несчастным видом глядела в камеру, ожидая своей расплаты. Но Брюс словно ничего не заметил, хотя её уши горели так, что едва занавески на окне не подожги.
"Заглянешь на чай?" - терзаемая совестью, написала в графе сообщений и долго не отправляла. Слушала, как он говорит обо всем на свете, не подозревая о ее предательстве, и корила себя почем свет стоит. Как она могла? И зачем это сделала.
"Я знаю." - набрала снова, но после стёрла. Выглядело странно. Как ей быть с этим? Глухо застонав, девушка сползла под одеяло глубже. Угораздило же её родиться такой идиоткой!
"Увидимся завтра? - снова потыкала в клавиатуру одним пальцем. Силы быстро покидали её, особенно ввиду моральных терзаний. - Умру без твоего чая."
Это было очередной неправдой, но сейчас ей показалось, что лучше бы ей загладить свою вину и немного смягчить удар. А ещё лучше - придумать заранее, как извиниться да получше. Может быть, провести с ним Рождество? Если он вообще захочет её видеть после такого..

+6

17

Брюс очень чутко замечает, как меняется его жизнь. Не так чтобы кардинально, но для него – да. Несмотря на то, что у него появились друзья и единомышленники, а школа больше не была местом, которое надо просто пережить, им чего-то не хватало. Беннер этого не понимал, пока они с Пэм не начали плотно общаться. Переписываться, созваниваться и даже болтать по скайпу. До этого им не хватало близости, возможности оказаться на связи в любой момент, совместного навыка делиться мелочами, которые становятся общими и объединяют именно вас. Наверное, им с Джонатаном не пристало вести себя так друг с другом, но с легкой подачи Пэм они тоже обменялись телефонами. Правда, их короткие смс были исключительно околонаучными и деловыми, но даже это было важно. Все, что сейчас происходило в жизни Беннера казалось чрезвычайно важным. И именно тем, чего он подсознательно ждал. Чего ждет каждый человек – близких духом, рядом с которыми все просто становится немного лучше.
Брюс и Пэм не упускают случая лишний раз перекинуться сообщением, а вскоре и вовсе почти перестают выключать дома скайп. Беннер осторожно переступает ту грань, за которой неожиданно оказывается, что вполне может поддержать разговор не только об учебе. А со временем даже умудряется научиться говорить за двоих, когда Айсли плохо себя чувствует и просто не может сказать лишнее слово. Это оказывается не так сложно, когда вас разделяет экран и расстояние, так что Брюс волей-неволей расслабляется и позволяет себе порой говорить глупости, шутить и даже порой строить выразительные гримасы. Это не мешало ему продолжать оставаться неловким ботаном в школе, но это вроде как все равно позволило стать им ближе. Еще немного. И еще чуток…

С отцом Пэм у Беннера сложились хорошие отношения, как считал сам парень. Впрочем, с мистером Айсли нельзя было не найти общий язык. Особенно таким, как он или Джонатан. Они, конечно, не злоупотребляли его вниманием, но и отказать себе в этом общении не могли. А вот с мрачноватым парнем по имени Барни, который работал в семейной мастерской и был, как оказалось, совладельцем, не то что отношений, даже разговора не случилось. При всех попытках поздороваться молодой человек его просто игнорировал, а пару раз выразительно втаптывал окурок в асфальт при виде приближающегося парня. Наверное, это была своего рода молчаливая угроза, но Брюс совершенно не понимал, по какой причине она вообще ему адресуется, да и верно ли он трактует недовольные чужие взгляды. Порешив про себя, что лучше не задумываться и уж точно не выяснять, Беннер просто старательно проходил мимо и тоже перестал здороваться с молчаливым типом. Возможно, просто человек такой… Во всем остальном, все было хорошо. И даже опасных тем в разговоре они больше не поднимали. Брюс давно прибрался в комнате и больше не крушил свои территории.

Зима вносит свои коррективы, и почти все общение с Пэм переносится в он-лайн. Иногда он забегает к ней в гости, но старается не злоупотреблять. Сам он может и не болеть, но принести с собой очередную бациллу. Так что они проявляют осторожность, и вот Беннер в который раз вещает в мерно горящий огонек камеры, пока сам, прячась за створкой шкафа, переодевается в домашнее. Он только зашел, но сразу же привычно подключился к сети и вызвал Пэм. Ему даже не нужно было смотреть, доступна ли она, ответит ли… Он лишь услышал тихое, чуть хриплое дыхание, на этом их приветствие вполне можно было считать завершенным. Он вещает о том, что было на занятиях. Обещает переслать всю домашку по почте. А еще кается, что в очередной раз провалил тест по физкультуре. Это единственный предмет, который никак не поддается юному гению, и он искренне недоумевает, почему грубая сила должна портить его аттестат… Он наверняка болтает всякую ерунду, но в такие моменты почти не обращает на это внимания. Быстро переодевается, слыша тихий писк доставляемого сообщения. Подхватывает из рюкзака недоеденный ланс и присоединяется к девушке, которая почти целиком прячется под одеялом. Это зрелище настолько умиляет, что Брюс невольно тепло улыбается. Ему очень хочется быть рядом, но он прекрасно понимает, что не может сейчас навязываться. Наверняка простуда еще не отступила…

- На Рождество? – быстро читает ее сообщение и делает многозначительное лицо, играя в бурную мозговую деятельность. Он не замечает странного смущения Пэм и уж точно не обращает внимания на ярко-красные кончики ушей. Может быть, он и бревно. Но, скорее всего, просто не ждет подвоха. – Конечно. Как и всегда. Тетя уезжает в большой город с подругами, каждый раз грозя утащить меня следом на посиделки, где даже я могу умереть со скуки. Но я предпочту остаться в доме и провести уединенный вечер с…»
Брюс подхватывает книгу и демонстрирует обложку – «…квантовой физикой для старших курсов». Звучат его планы просто отвратительно, но это ничего. Он не относится к праздникам, как к чему-то особенному, это просто очередной день, просто выходной. Ну и еще можно получить подарки и порадовать близкого человека. Как-то так… Куда больше его волновало следующее приглашение Пэм зайти в гости. Вот где действительно ждешь дня и часа, когда можно прошмыгнуть на второй этаж и пристроиться у чужой постели, отпаивая своим чаем и угощая печеньем тети.
- Если к тебе уже можно, то я с радостью приду, - поспешно откликается и привычным жестом поправляет очки. Ерзает по стулу, а после заговорщески делится. – Тетя как раз приготовила новое печенье с шоколадом и клюквой. Вкусно и полезно. И заварю тебе твой любимый чай. Чтобы наверняка.
Беннер никогда не отказывается от визита. Поэтому точно знает, что завтра вооружится коробкой, большим термосом и заявится на порог к Айсли. А уйдет только тогда, когда Пэм начнет откровенно клевать носом. Это что-то вроде их личной маленькой традиции на время ее болезни. Наверное, они с Крейном меняются, Брюс никогда особо об это не задумывался… Хотя вроде и постоянно находился с девушкой на связи, чтобы быть в курсе. Но это как-то проходит мимо него. Просто есть они втроем, а есть они с Пэм. И это... как не пересекающиеся плоскости, как бы эгоистично и странно это не звучало. И почему-то Брюс просто знает, что есть еще одна такая же плоскость - Пэм и Джон. Наверное, так и должно быть. Откуда им было знать? У них ведь было только это.

Вечер заканчивается совместным повторением уроков. На последней главе всемирной истории Пэм уже тихо сопит, и Брюс тихо зачитывает последнюю главу. А после так и ложится спать, наблюдая за заснувшей девушкой, сам не замечая, что тоже засыпает, так и оставляя камеру работать. Поутру он про нее не вспоминает, и носится по комнате, стараясь поскорее собраться. Запихивает в рюкзак последние комиксы, домашнее задание, пару тетрадок и кубарем слетает вниз. Тетя уже не спрашивает, куда он собирается таким взбудораженным, просто молча складывает в коробку печенья и протягивает своему племяннику с наказом, чтобы передал Пэм привет. Брюс едва заметно краснеет, но кивает. Сам возится с чаем и только после этого считает, что окончательно готов. Он все еще не особо причесан, большеватая ему кофта откровенно болтается на плечах, зато он с ароматным печеньем и крепким горячим чаем. Появляется на пороге комнаты еще с морозной свежестью в волосах, а потому первое время почтительно топчется на расстоянии.
- Как себя чувствуешь? - Брюс всегда начинает с этого вопроса. И ему больше важен не ответ, как голос, интонация или улыбка Пэм. Только по этому он всегда определяет, сколько он может здесь пробыть. Потому что у Пэм всегда все хорошо, даже если говорит с трудом. Она частенько лишь беспечно машет ладонью - привыкла, пройдет. Поэтому Беннер старается сам проявить заботу, а не ждать, пока на нее намекнут. - Уверен, что тебе станет лучше, как только ты узнаешь, что новый Радиоактивный человек уже у меня. И я его честно не читал. Можем заняться этим вместе. После чаепития, конечно же.
Брюс старается, чтобы его присутствие не было слишком утомляющим. Он помогает девушке сесть в ворохе подушек, разливает чай и следит, чтобы она не обожглась, когда перенимает чашку. Ставит ей на колени коробку с печеньем, а сам пристраивается в кресле рядом. Он не дает ей самой даже писать домашнее задание, выводит в ее тетради ровные строчки, сам потом собирает и относит в школу. Ему не сложно, а ей стоит копить силы. В такие моменты все получается очень легко и просто, исчезает неловкость и скованность. Рядом с Пэм Брюс будто... расцветает. Становится более открытым, общительным и улыбчивым. Он знает, что Айсли так на него влияет. Но не имеет ничего против. Более того - очень даже за.

+6

18

Несмотря на то, что над Пэм буквально неоновая вывеска горит с чистосердечной повинной, Брюс словно не замечает обмана. Впрочем, как ему догадаться? Зато рыжая лишь сильнее ощущает чувство вины, особенно когда он так добр к ней.. Но признаться не может. Не сейчас, не сегодня. Она заслужила прилюдного позора, а потому признаётся ему лично.
Они быстро договариваются насчёт завтра (Брюс делает это за них двоих) и остаток вечера повторяют уроки. Пэм честно "учится", иногда шевелит губами, беззвучно повторяя материал за парнем, но очень скоро начинает засыпать. Она больна и переволновалась, так что сама не замечает, как в какой-то момент выпадает из реальности. Хотя ей не полагалось после такого спать, а лишь всю ночь мучаться совестью.. Но она спит - и видит тяжёлые, давящие сны, которые однако поутру забывает, едва открыв глаза. Возможно, это больные лёгкие не давали лишний раз вздохнуть, поэтому сказалась нехватка кислорода, но Пэм знает, что это чувство вины пришло по её душу, а потому смиряется - она заслужила.

Утро проходит лениво. Ей нужно делать процедуры, но организм ослаб и отказывается выниматься из-под тёплых одеял и тащиться на истязания. Ещё Пэм обнаруживает, что вчера уснула с включённым ноутбуком, который стоял на краю постели и лишь чудом не сверзился за ночь. Ко всему прочему, её оппонент до сих пор был в сети - и даже онлайн. Сопел себе в своей кровати, отвернувшись носом к стенке и свесив одну руку с края постели. Пэм слышала его мерное дыхание и никак не могла выбраться из кровати сама, боясь, что своей вознёй его потревожит. Был вариант отключить звук, но каждый раз, когда она протягивала руку, то одеяло и пружины начинали так яростно шуршать и скрипеть, что она боялась разбудить Беннера.
Так они и проводят утро. Ещё слишком рано для побудки, поэтому парень самозабвенно посапывает, а она греется и понемногу дремлет под убаюкивающие звуки.
Второй раз она просыпается, когда у одноклассника хлопает дверь. Он уже собрался и куда-то умчался, Пэм в дреме пропускает этот момент. Но быстро догадывается, куда тот унёсся. К ней в гости! Вот черт, а она ещё даже не вставала! Все же усилием воли выгоняя себя из нагретых подушек, рыжая торопливо делает хотя бы минимальные процедуры и выпивает положенные лекарства - и успевает как раз вовремя к приходу гостя. Она снова в постели, Брюс привычно возится рядом. Они давно миновали тот период, когда нужно занимать посетителя разговорами и занятиями, а ещё волноваться и готовиться.. Зубы почистить, волосы причесать, майку и носки переодеть - и готово.

Горло все ещё сдавливает спазм, поэтому рыжей приходится объясняться жестами. Парень уже наловчился понимать её и без слов, иногда Пэм казалось, что он читает по губам или бегущую строку у неё на лбу.. Но тем лучше. Не приходится напрягаться и гундосить своим шикарным охрипшим басом.
"Все хорошо, - послушно усаживаясь в кровати ровнее, Пэм беззвучно отвечает одними губами и с безграничным удовольствием отпивает из предложенной чашки. Брюс часто приносит чай в термосе из дома, хотя у неё на кухне точно такие же смеси. - Скоро пройдёт, не переживай."
Он уже занят её домашкой, такой собранный и деловитый. В такие моменты она безумно ему благодарна. Он проходит с ней школьный материал, читает задания, решает вместе с ней, оформляет ответ в тетрадь. Если бы не он, после бы ей пришлось потратить уйму времени, чтобы наверстать. Но все складывается чудесным образом, ей даже не приходится просить.

От нечего делать (и чтобы занять себя) Пэм грызет печеньку. Очень вкусно, его тетушка настоящий виртуоз. В обычное время она бы тянула руку, чтобы "строгий учитель" спросил её задание; она бы в уме прикинула решение, а Беннер бы записал. Но сегодня у неё нет ни сил, ни настроения играть в школу, да и Брюс справляется без неё. Похоже, здесь все устроено лучшим образом! Если бы не одно "но"..

Стискивая кружку в пальцах, Пэм откладывает печенье. Ей очень страшно, она не знает, как начать. Но дальше так продолжаться не может.. Ей нельзя водить его за нос. Он примчался в гости, пишет ей домашку, нёс печенья и чай. И чем же она отплатила? Брюс имеет право знать, что пригрел на груди.
- Брюс.., - с трудом зовет, проталкивая слова на выдохе. Каждое слово царапает горло, ей приходится дышать носом, но он заложен, а в груди першит и чешется, будто она наглоталась песка. То ещё ощущение.. Но она должна! Она сможет.
- Брюс, оставь ты эту тетрадку.. Возьмёшь чашку?
Отдавая ему кружку, рыжая садится на краю кровати и спускает ноги. Ей хочется занять более уверенную позицию, но встать ей не хватает сил. Ей хочется смотреть смело и прямо в его лицо, но перед глазами слегка плывет от температуры и жара, а ещё она вынуждена смотреть снизу вверх.. Но это ничего.
Пэм решительно сжимает пальцы на краях тёплого, пушистого халата, который греет её каждый раз, когда она болеет.
- Прости.., - с трудом хрипит. Ей и самой непонятно, тяжело ей из-за болезни или все же из-за чувства вины. - Я не должна была.. Ты только не сердись..
Закашливаясь, девушка прикладывает руку к губам и жестом показывает подождать. Беспокоиться не о чем. Сейчас пройдёт.. Времени у неё мало, поэтому в следующий раз она спешит признаться до того, как очередной приступ кашля лишит её возможности говорить.
- Я читала некрологи. Твои родители.. Я все знаю.
Горло снова сдавливает спазмом, но она не кашляет. Замирает, будто кролик перед удавом, и смотрит не мигая. Она боится что-либо ещё сказать. И не знает, что ещё добавить. Вина целиком на ней. И даже нет оправданий. Она не хотела? Хотела. И подсмотрела осознанно, хотя знала отношение парня к этой ситуации.
- Я поступила подло, - совсем сипло бормочет, глотая слова,  и проклинает свою болезнь. Ей не хочется казаться слабой и несчастной, ей не хочется поблажек из-за хвори. Она должна понести наказание целиком, по всей строгости.
- И сожалею. Я пойму, если ты.. Обидишься. Но хочу извиниться, прежде чем..
Кашель снова возвращается - и, боясь не успеть справиться с ним, Пэм поспешно ловит одноклассника за рукав, чтобы он не убежал. Ей так хочется закончить этот разговор и расставить все точки! Пускай он ругается, пускай злится.. Но они могут с этим справиться, девушка верит.

Отредактировано Lillian Isley (17.08.2016 13:39:20)

+6

19

Брюс всегда увлекается, когда дело касается уроков. Пытливый ум с радостью хватается даже за пройденный материал, чтобы покопаться в нем еще раз. А если этим он еще и может помочь Пэм, то выходило совсем хорошо. Как только он переехал в Смоллвилль, ему пришлось экстерном сдавать последний класс, он почти не ходил в школу по понятным причинам, и он прекрасно помнит, как туго давались простейшие вещи после столь долгого перерыва. Он не хочет, чтобы Айсли после болезни тратила время на то, чтобы догнать свой класс, и снова тратила с трудом накопленные силы. И потом... Так ведь все равно веселее и лучше. Когда болеешь, кровать и ноутбук становятся единственными спутниками, так что присутствие друга должно поднимать боевой дух. По крайней мере, Брюс на это надеется...
Он как раз повторяет очередную формулу, рассказывая о том, как проще всего ее решить, когда Пэм неожиданно подает голос. Беннер вскидывает удивленный взгляд и мотает головой - ей не стоило напрягаться, он поймет и так. В крайнем случае, она ведь может просто написать на компьютере.
- Ты устала? - поспешно интересуется, откладывая в сторону учебник и тетради. Наверное, он окончательно ее утомил, стоило немного притормозить. Брюс виновато улыбается и помогает девушке сесть поудобнее. Ей бы конечно лучше не вставать, но только если совсем немного... - В следующий раз просто ущипни меня. И я сразу же заткнусь.
Беннер не ощущает, что намечается важный разговор. Более того, он совершенно к нему не готов. Тем более, к подобному...

Пэм начинает за что-то извиняться, и Брюс сразу же теряется. Не может припомнить ни единого момента, чтобы привело вот к этому. Он даже оглядывается, будто в комнате есть кто-то еще, и девушка совершенно точно обращается к нему. Но нет... Айсли зачем-то мучает свой организм из-за совершенно непонятных причин.
- Пэм, ну тише, все подождет, - уговаривает, приподнимается с кресла и подается ближе, чтобы поддержать ее за плечи. Ее так потряхивает от кашля, что у самого внутри все сжимается. Нет, так точно не пойдет, ей нужно просто лечь и попробовать поспать. А через пару дней закончат этот разговор, когда она поправится. Если вообще о нем вспомнят. Иногда такое бывает при долгой болезни, говоришь всякие глупости, а потом и вспомнить не можешь. Ну или что-то в этом роде.
Впрочем, Брюс иногда торопил события. Как и в этот раз. Потому что Пэм заканчивает фразу. Упоминает про некролог родителей. И Беннер как-то отстраненно думает, будет ли вообще этот следующий раз... Внутри на мгновение гаснет, будто свет выключается, и парень крепко стискивает пальцы на тонких плечах. Неосознанно, даже и не злясь еще. Слышит только, как в ушах стучит. И думает, что это все таки случилось. Как он и боялся. Просто не думал, что тем, кто докопается до истины, будет Пэм. Что это ей вообще понадобится.

- Тебе нужно прилечь, - глухо откликается, силой укладывая ее обратно.  Он не делает больно и уж точно не собирается проявлять грубости, скорее действует на автомате. Пэм сейчас болеет, о ней нужно заботиться, а Беннеру пора… Да, пожалуй, это самый лучший вариант. Ему стоит уйти прямо сейчас, пока привычная злость не застучала в висках. Это будет не очень-то вежливо – громить чужую комнату, когда находишься в гостях. Поэтому Беннер накидывает на девушку одеяло и принимается нарочито аккуратно собирать тетради и учебники. Он не выглядит обозленным, зато потерянным и совершенно сбитым с толка так точно. Когда-то ему казалось, что их семью обсуждают в самых концах страны. На деле, конечно, она ограничилась городом и парочкой громких заголовков в федеральных СМИ. Но он так старался оставить это в прошлом… И совершенно не хотел, чтобы здесь, в этом замкнутом Смоллвилле, кто-то хоть краем глаза заглянул в его шкаф. Тем более, чтобы это была Пэм. Больше не потому, что она поступила неправильно, все равно узнав то, о чем он не хотел говорить. А потому, что любой разумный человек постарается ограничить свое общение с человеком, чей отец был психически болен настолько, чтобы попытаться убить собственную семью. Беннер бы остерегался, пожалуй. Кто знает, не переключится ли подобный тумблер и в его гениальной голове.
- Мне пора, - закидывая рюкзак на плечо, стараясь не смотреть на девушку, Брюс все же на пару мгновений замирает у ее постели. – Любопытство – не порок. Но это… это не то, что тебе хотелось бы знать. Разве я не прав?
Он затихает на секунду. А после желает поскорее поправляться. Даже бросает привычное «увидимся позже». Он никак не может разобраться в мешанине собственных эмоций – ему чертовски обидно, отчаянно страшно, и он так зол на себя и всех окружающих, что его уход – спасение. Проветрить голову просто отличный план. Хотя и не срабатывает до конца.

Когда Брюс возвращается, он просто бросает рюкзак в угол. Сразу подходит к фото, берет в руки и долго внимательно смотрит. В детстве он часами мог вглядываться в мужское лицо, стараясь найти как можно больше отличий с собой. Другие глаза, широкие скулы, прямые волосы… Но как не старался, находил лишь все больше сходства. Он давно уже так не делал. И лучше бы даже не пробовал… Он хотел бы забыть этого человека. Он хотел бы оставить все в памяти до мельчайшей детали, чтобы не пойти той же дорогой. Он…как же он все это ненавидит!
Фоторамка прилетает в закрытую дверь, и стекло с радостным звоном разлетается по полу. Брюс устало падает на кровать – как есть, в теплой кофте и джинсах. Притыкается носом в стену и старается выровнять дыхание. Не хочется терять контроль, не хочется снова метаться по своей комнате, он должен просто полежать, просто держать себя за плечи и стараться даже не двигаться. Так злость немного утихнет. Полностью уступит место страху, а после и смирению. Он уже ничего не может поделать с тем, что история всплыла. Это ведь…
- ..не твоя вина, Брюс, - мягкий голос тети возвращает обратно. Беннер тихо вздрагивает, но не поворачивается. Тетя Сьюзан в такие моменты поднимается к нему лишь в одном случае – когда слышит, как бьется фоторамка. Случается крайне редко, но почему-то она всегда точно знает, что это именно она. Поднимает фото с пола, отряхивает от осколков и старательно прячет в карман домашнего костюма. А после приседает на край кровати племянника и вплетается пальцами в завитки волос. – Ты очень похож на маму, милый. И у тебя ее сердце. Знаешь, она бы…
- Очень расстроилась, видя, как ты коришь себя, - заканчивает Брюс, растягивая слова. Он слышал это тысячи раз. И это не помогает. – Не нужно, я все понимаю.

Вряд ли он действительно все понимает. Сьюзан еще старается напомнить, как сильно его любили. А Беннер так же легко напоминает, что именно это и стало причиной всего. То есть – он. Всем спасибо, мы вновь вернулись к исходной точке. И он снова просит – просто не надо. Это пройдет, как и всегда проходило. Но внутри теперь поселился и другой страх – он не знает, как дальше вести себя с Пэм. Не знает, как смотреть ей в глаза и что нужно говорить. Злился ли он на нее? Нет. Был ли обижен? Пожалуй, немного. У каждого есть то, что остается только при тебе. И очень неприятно, когда это вдруг оказывается в чужих руках, а ты еще не был готов поделиться добровольно. Не то чтобы Пэм была чужой, совсем наоборот… И все же… И все же. Брюс и с собой-то не был готов это обсуждать. Или в кругу оставшейся семьи из одного человека. И он просто не ждал, что однажды придется это сделать. Вот так, когда совершенно к этому не готов.
Сьюзан тихо вздыхает и уходит. Обещает приготовить ужин, но когда Брюс не спускается к нему, ничего не говорит и даже больше не беспокоит. А Беннер так и не поднимается с кровати. Знает, что так будет лучше – для него самого и его комнаты. Ничего не смотрит, не слушает и не читает. Закрывает глаза и просто лежит, пока сон не накроет. И совершенно забывая и не замечая, как сиротливо мигает лампочка так и не выключенного со вчера компьютера и камеры.

++++++++

Утро начинается с того, что он проспал. Мечется по комнате, стараясь успеть собраться и ничего не забыть. Хватает ноутбук, не глядя, захлопывает и запихивает в рюкзак уже на лестнице. Брюс впервые за последнее время не пишет Пэм утреннюю смску. Поступает не в своем характере, но просто не может себя заставить это сделать. Впрочем, в обед он тоже не пишет, даже не заглядывает в телефон, хотя явно получает несколько сообщений. К вечеру молчание становится уже просто неприличным, и он, игнорируя все предыдущие смс, просто интересуется здоровьем. А получая ответ, вновь притихает. На следующий день он все же уговаривает себя написать еще со школы. А вечером отправляет ей свои конспекты и задания по электронной почте. Их общение вновь неловкое, будто через выросшую стену. Брюс опасается девушки, беспокоясь, что она первой оборвет все отношения, потому что ей теперь неприятно общаться. И сам не замечает, как роет яму между ними. Впрочем, надолго его все равно бы не хватило… Беннер мог быть вспыльчивым. Его можно было обидеть и задеть. Но он никогда не был злопамятен. Хотя сам не заметил, как все же вновь стал аккуратным, тихим и скованным, будто в начале их знакомства.

Когда Брюс все же вновь приходит к Пэм, проходит несколько дней. Он старается быть решительным и сразу расставить все точки над i. Недоговоренности и прочее только оставят новые вопросы, а отвечать на них постепенно Беннер не готов. И совершенно точно уверен, что до добра это не доведет. Пэм узнала о его родителях не лучшим образом, потому что он промолчал. Не то чтобы она снова так поступит, желая знать нюансы, но сокрытое просто будет всегда поблизости. И это вряд ли поможет им в том, чтобы все наладить.
Брюс очень долгое время молчит, притаившись на кресле. А потом тихо просит Айсли оставить все это между ними. Он не хочет, чтобы кто-то еще знал о его отце, даже Джонатан. Возможно, когда-нибудь, но точно не сейчас… И просит не верить слишком статьям в интернете. Его мать была хорошей и любящей, она совершенно точно ни при чем. Он знает с десяток версий – от ее измены до тяжелого характера. Все это полное вранье, потому что она провинилась только тем, что любила своего сына. Отец… отец не был плохим. Он просто тоже слишком любил свою жену, чтобы делить ее хоть с кем-то. Это неприятная история, но Брюс не хочет, чтобы она стала причиной, по которой они с Пэм разойдутся. Просто… если он не хочет о чем-то говорить, то это не каприз или настроение. Это действительно должно остаться невысказанным. Хотя бы на время. Беннер надеется, что этот неловкий разговор им поможет. У них вновь все станет почти как раньше. Может, они и отшагнули назад, но ничто не мешает им вновь проделать повторный путь. Шаг за шагом. В конце концов, каждый человек имеет право на ошибку.

+6

20

Пэм послушно возвращается в кровать, притихшая и испуганная. Не нужно быть экстрасенсом, чтобы понимать, что Брюс расстроен сверх меры. На нем лица нет, а ещё он показательно спокоен и сдержан. Девушка, будто чуткий эхолокатор, ощущает царящую внутри него бурю, но уже ничего не может поделать. Теперь ей остаётся лишь ждать - и надеяться, что её вольность не испортит все окончательно. В конце концов, она могла узнать это и случайно, и рано или поздно Брюс тоже прийдет к этой простой мысли.
Одноклассник уходит, в комнате воцаряется гробовая тишина. Даже часы в углу стола словно тикают тише, почти неслышно. Уложенная крепкой рукой обратно под одеяла рыжая едва дышит, и хотя парень давно покинул её комнату да и дом в целом, она все ещё боится издать лишний звук, словно это окончательно все испортит. Перед глазами стоит его изменившееся лицо, блестящие темные глаза, нервно вздувшаяся у виска венка. Он собирался неторопливо и словно бы спокойно, но она знает, что все не так. Только теперь Пэм задумывается о том, какие демоны могут водиться в казалось бы знакомом ей человеке. На самом деле они ничего не знали друг о друге, а то, что знали, ограничивалось тем, что оппонент захотел тебе раскрыть. Брюс всегда казался сдержанным, спокойным, не подвластным мирским страстям, но сейчас девушка вдруг осознала, что это вовсе не так. Это не испугало её, впрочем, потому что любой имеет право на эмоции, какими бы сильными или неправильными они не казались, однако с этой поры она решила, что стоит повнимательнее присмотреться к своему окружению. Порой не все является таким, каким кажется.
Покуда она размышляла, Беннер достиг дома. Пэм почти забыла о камере, но та все ещё работала. Рыжая все ещё лежала смирно, не шевелясь и едва дыша. Брюс метался по своей комнате, а после замер с фотографией в руках. О чем он думал, когда смотрел на родителей? На покойную мать и её убийцу? Каково было осознавать, что родители не просто погибли, а были убиты, причём.. Одним из них же.
Пэм закусила губу и аккуратно потянулась к ноутбуку. Подглядывать ей совершенно не хотелось, это казалось очередной ошибкой. Он не разрешал ей, не доверял этого таинства, а она уже наступила на эти грабли единожды и больше не хотела.. Однако, не успев коснуться клавиатуры, чтобы выйти из программы, Пэм отдернула руку, испуганная резким звуком разбиваемого стекла. Брюс изо всей силы швырнул фоторамку об дверной косяк, так что та разлетелась вдребезги. Девушка снова затаилась, на ресницы навернулись непрошеные слезы. Это ее вина, что она расковыряла давно подсохшую болячку.. А ещё она почти физически ощущала его боль и смятение, его злость и растерянность, потому что за последнее время стала реагировать на настрой одноклассника лишь более чутко, ведь они общались каждую свободную минутку.. И, по правде, теперь Пэм ожидала чего-то более ужасного, боясь что парень не остановится на одной лишь рамке, но он.. Просто упал в постель и скрутился в комок. Пэм смотрела в монитор, наблюдала за вошедшей тетушкой и остро сожалела, что не могла быть с ними рядом. Может быть, она этого пока не заслужила, но ей хотелось бы оказаться в такой момент рядом.
Его тетушка ушла вскоре. Брюс продолжал лежать в постели и никак не выдавал себя, только тяжело громко дышал. Пэм таилась ещё немного, а после беззвучно опустила крышку ноутбука. Хватит. Сюда ее не приглашали, стоило суметь остановиться, даже если ей казалось, что она могла бы утешить его.. Ее не просили. Ей просто стоило признать тот факт, что не все в мире нуждаются в её утешении и понимании.
После этого они почти не общались. Для Пэм наступила череда серых, отягощенных болезнью дней. Телефон молчал, Брюс ей не отвечал, даже если она первая писала. Это было.. Тяжело. Только теперь Пэм поняла, насколько они сблизились с одноклассником. Он не писал ей всего сутки, а ее уже сводила с ума гнетущая пустота и тишина.
На самом деле проходит не так много времени. Уже к вечеру Брюс коротко интересуется её здоровьем. Но больше не отвечает, хотя она старается написать нарочито бодро и развёрнуто. После он присылает ей конспекты, на следующий день выжимает из себя ещё пару сообщений. Пэм тяжело переживает вынужденный игнор, но крепится. И вскоре все осторожно, аккуратно возвращается на круги своя. Они снова пишут друг другу, хотя и не так легко и много, как раньше. Но она осознает, что заслужила, а ещё надеется, что вскоре все окончательно забудется. В конце концов, это был не конец мира, а она ещё извинится и не раз.
Эти несколько дней, когда они снова будто заново притираются друг к другу, кажутся ей безумно сложными и долгими. Проходит всего несколько суток, но для её внутренних часов это растягивается в полугодие. Все осложняется тем, что она не может приходить в школу и видеть его каждый урок, тогда все стало бы проще.. Или не стало бы. Как бы там ни было, Пэм сосредотачивается на том, чтобы поскорее поправиться и снова оказаться рядом с Беннером.
Однако он сам приходит к ней первым. Пэм уже ощущает себя лучше и даже встречает его на крыльце. Ей хочется что-то делать, отчаянно суетиться и предугадывать его нужды (чай? кофе? кекс? может, полноценный обед?), но он пришёл сюда поговорить - и девушка притихает. Слушает серьезно, не перебивая, а в конце сдержанно кивает. Она все поняла. Хорошо, что он рассказал. Пожалуй, ему не нужны ее извинения больше, поэтому рыжая старается не напоминать ему лишний раз о своём промахе.
"Ты не такой, как отец," - безумно хочется ей утешить его, потому что к этому времени она передумала сотни вариантов его терзаний и пришла, наконец, к единственно-верному выводу. Вот, что - должно быть - терзало его больше всего.
"Мне не страшно рядом с тобой."
Но Пэм лишь касается его ладони своей, чуть наклоняясь вперёд. Этого достаточно, чтобы дотянуться, комната у неё не большая.
- У меня кое-что есть для тебя, - вспоминает и торопливо роется в выдвижном ящике парты, а потом достает плотную коробку с фоторамкой внутри. Она почти уверена, что он не купил новую, так что эта ему пригодится, простая, без украшений, шоколадно-деревянного цвета.
Она не собирается действовать за его спиной снова, с этого момента между ними все должно быть честно. Так что Пэм неловко упоминает о том, что у него в тот вечер была включена камера, но она отключилась сразу, как только сообразила. Впрочем, это уже неважно. Завтра она собирается прийти в школу, и все снова вернётся на круги своя.
- Зайдешь за мной утром? - просто предлагает, пытаясь нащупать изменения, отныне неотвратимо пролегшие между ними. Если Брюс захочет большей дистанции, она поймёт и поддержит, несомненно. И все же ей хочется, чтобы эта глупость не омрачала их школьные и внешкольные отношения. В конце концов, та история пылью поросла, а их будущее все ещё было впереди,  так что не стоило омрачать светлые чаяния и надежды чем-то, что уже давно не имело никакого значения.
Наутро она собирается более тщательно, чем обычно. Может, потому что давно не была в школе, а может потому что хочет выглядеть хорошо и непоколебимо, являя из себя стойкого оловянного солдатика, которого не сломить болезням и невзгодам. С собой она прихватывает отцовский старинный фотоаппарат народе Полароида - он сразу печатает снимки и выдаёт в лоток снизу. Штука тяжёлая и громоздкая, но ей не привыкать таскать металлические тяжести. К тому же, это её небольшой способ извиниться и постараться поправить то, что было испорчено.
На уроках ей приходится достаточно легко, потому что основную пропущенную программу Беннер с ней все же прошёл. Да и учителя в первый день не цеплялись к ней сильно. Дожидаясь, когда все пары закончатся, Пэм решительно надвигается на одноклассника и не даёт ему сбежать. А после за руку, словно неразумное дитя, ведёт к классам старшеклассников. Даже если Брюс все ещё злится на неё или не хочет видеть, придётся ему потерпеть.
Там они ловят Джонатана, что как обычно сосредоточен на чем-то своем и едва реагирует на окружающих. Он весьма удивлён при виде своих более молодых коллег из химического кружка, поэтому выражение его лица делается.. Забавным. Но это ничего. С улыбкой Пэм объясняет, что от ребят требуется, строит их у ближайшего окна, из которого открывается чудесный вид во внутренний двор школы, и пытается сфотографировать их всех разом, вжавшись плечом между ними двумя.
Фотография, к слову, получается кособокой и странной. У Крейна все ещё это растерянно-удивлённое выражение лица, Брюс выглядит не лучше, горизонт позади безвозвратно завален, угол обзора смещён влево. И все же это - самая прекрасная фотография из всех! Печатный лоток, пожужжав, выдаёт им три копии, которые девушка делит между ребятами.
- Вот, - комментирует она. - На память. Уверена, лет через десять посмеёмся.
Пэм смеется первой, а после прячет аппарат в рюкзак, надеясь, что тот не побьётся об баллон. Ей хочется, чтобы это осталось для них на память. Чтобы у Брюса была ещё одна фотография на полке, которая уже не будет вызывать в нем столько негативных эмоций. Возможно, она ошибается и это фото не удостоится находиться на полке возле рамки с родителями, но она хотя бы попыталась..

+3

21

Брюс Беннер в своем роде трус. Или же просто таковым себя считает. Но он совершенно точно боялся этого разговора. Когда шел сюда, когда начал говорить. Боялся собственных слов, которые могли оказаться неверными. И реакции Пэм. И даже того, к чему все это теперь приведет. Ему бы хотелось, чтобы все стало как прежде. Это иррациональное желание, потому что "как прежде" уже не будет. И только от них зависит, по какому сценарию все пойдет. Возможно, они не смогут восстановить прежнего доверия и легкости в общении. Или же наоборот, станут немного ближе, когда внутренние вопросы все же пришлось произнести вслух. Наверное, у лучших друзей все идет именно вторым путем, просто они не совсем верно начали. Брюс с молчания, Пэм с любопытства. Но если сейчас они это перешагнут, то ведь смогут действительно называться хорошими друзьями? Ведь никогда прежде Брюс не делился историей из своего прошлого. Никогда прежде не имел рядом людей, которые бы знали о его секрете. И при этом принимали и продолжали ценить. Тетя, она ведь не в счет, она... Родня, своя кровь. А кто-то со стороны... У Беннера и мысли подобной не возникало. Но раз уже случилось, то случилось. Стоило попробовать, разве нет?
Он еще заметно напрягается, когда девушка касается его руки и подается ближе. Подсознательно он ждет резких, но верных вопросов - ты считаешь, что такой же? Ты опасен, Брюс? Ты не думаешь, что тебе не стоит заводить близких знакомств? Не то чтобы Айсли способна на подобное, но собственное подсознание умеет бывать несносным. Но вместо всего надуманного, Пэм просто тихо улыбается. И протягивает ему фоторамку. И вновь говорит честно и открыто. Про тупость и невнимание самого Беннера, который умудрился даже не выключить камеру в собственной спальне. Она, конечно, не называет его идиотом, но Брюс себя таковым чувствует.

Он отчаянно краснеет и принимает рамку. Благодарно кивает, пока сам судорожно думает, не скакал ли он в одном белье перед мигающим огоньком вебки. И от этого становится еще более стыдно. Зато все остальное отступает на второй план. Пэм делает и говорит такие простые вещи, но внутри словно расслабляется натянутая тетива. Брюс просто вновь осознает простую истину - Пэм очень открытый и добрый человек. Она не будет лгать и юлить, все скажет как есть. Признается, если считает, что сделала что-то неправильно. Попросит прощение, если почувствует себя виноватой. Всегда выслушает, постарается понять и принять. Беннер может продолжать хранить свою тайну, Пэм больше и словом о ней не обмолвится, если Брюс не захочет начать этот разговор. Пожалуй, им и правда стоило считать, что инцидент полностью исчерпан. Однажды, может быть, когда оба будут к этому готовы, они смогут обсудить свои семьи. Но пока - этого вполне достаточно.
-Спасибо, она точно пригодится, - несмело улыбается Брюс. Фоторамки в его комнате меняются с завидной регулярностью. Хоть в таком и стыдно признаваться. Поэтому он поспешно убирает ее в рюкзак, а после старается сразу же перейти к теме уроков. Это уже не так неловко, и так им точно привычнее будет возвращаться в привычное русло. И в конце вечера Брюс с прежней легкостью обещает завтра вновь зайти за Айсли. Ему по пути, и пора возвращать эту маленькую традицию обратно.

Брюс думал, что все будет куда как сложнее. Но в школе все проходит гладко. Они даже болтают по пути, хоть и не так оживленно, но все же не чураются друг друга. Беннеру кажется пока еще неловким говорить на какие-то личные и отвлеченные темы, поэтому он с энтузиазмом рассказывает, что подготовился к их дополнительным занятиям по химии, которые нужно будет возобновить, как только Пэм достаточно окрепнет. Или посчитает, что они ей все еще необходимы. Он даже привычно забирает у нее из рук книги, которые возвращаются хозяйке уже в классе. А дальше... Брюс надеется, что все так и пойдет. Реабилитация вроде как проходила успешно.
Он в этом только лишний раз убеждается, когда Пэм тянет его на перемене к Джонатану. Он понятия не имеет, зачем, но послушно ступает следом, чтобы спустя пару минут с совершенно растерянной и вытянутой физиономией посмотреть в объектив. Брюс не успевает возразить и сообщить, что на фото выходит как недоразвитый щенок породы пастушьей, как ему в руки уже приземляется одна из трех копий. Он смотрит на их глупые лица и невольно улыбается.
-К чему так долго ждать... - со смешком откликается, но прячет фото в нагрудной карман рубашки. Дома он поставит их в новую подаренную рамку. И даже поставит фотографию рядом с родительской - тетя уже озаботилась и вернула все, как было. Беннер смотрит на то, как был счастлив тогда и сейчас. Но верит в то, что вот в это, нынешнее подростковое счастье, не ворвется псих, гонимый ревностью, готовый убивать просто потому, что сердце одного человека не принадлежит ему полностью. Такого не может случиться дважды. И Брюс даже улыбается. Пэм права - прошлое нужно оставлять в прошлом и смотреть в настоящее. Он даже фоткает на телефон, как удачно примостились фото на его подоконнике и отправляет Пэм с простым "Спасибо". Уверен, она все поймет и прочитает между строк. В конце концов, среди них троих на самом деле она самая умная и сообразительная. А Брюс и Джонатан... Они только начинают у нее учиться.

+3

22

Пожалуй, шалость удалась. Пэм не рассчитывала сильно, что её глупость в самом деле придётся по душе двум суровым научным ботанам, далеким от простых развлечений, а уж тем более скоропостижных Селфи на старый папин аппарат, но уже вечером получила сообщение от Брюса - и окончательно успокоилась. Общее фото  из научного трио стояло рядом с фотографией его родителей, и это была победа. Кризис миновал. Несмотря на то, что поначалу беда казалась неразрешимой, все образумилось. Наверное, так и должно быть. Они притирались и становились ближе, что неминуемо вело к конфликтам и недопониманиям, ведь они были разными. Но - преодолевая сложности - они сближались, а дружба делалась крепче день ото дня. Пэм ощущала, что они уже больше не школьные приятели; с этих пор, пожалуй, им стоило называться друзьями.

Постепенно все вернулось на круги своя - и стало даже чуточку лучше. Они продолжили заниматься вместе дополнительно, ей стало гораздо проще успевать за химическим кружком благодаря стараниям Беннера. В театральном кружке для неё тоже нашлось место, и Пэм сама не заметила, как школьная и внешкольная жизни постепенно слились, став одним целым и чем-то неразделимым. Все, что происходило с ней в школе, имело место в её повседневной жизни - и наоборот.
И теперь, когда все наладилось, рыжая была твёрдо уверена, что им стоит собраться на Рождество всем вместе. Потому что это семейный праздник, а эти двое стали ей по настоящему близки. Пожалуй, однажды она наберется смелости и предложит им отпраздновать вместе, в конце концов особенных планов ни у кого не было, а ввиду того, что у каждого была "неполная семья", Пэм смела надеяться, что они смогут собраться имеющиеся у каждого кусочки и слепить нечто цельное.

"Отметим Рождество вместе?"

Тянуть и дальше было некуда, двадцатые числа декабря надвигались неотвратимо. Брюс больше не проявлял беспокойства по поводу её осечки, они не касались опасной темы. Неприятный инцидент забылся, скрытый обильными снегопадами этой зимы.
Неловко топчась у своего крыльца, где они с Брюсом неминуемо расставались каждый вечер, Пэм взволнованно заправила выбивающуюся из-под вязаной шапки медную прядь и вскинула серьёзный взгляд. Кончик ее носа покраснел от мороза, трубка покрылась лёгким инеем.
- Будешь ты, отец, позовём Клинта и Крейна. Нарежем салатов и наварим чая вдоволь! Будет здорово, м?
Она жутко переживала по поводу ответа друга, потому что без него этот праздник станет неполным. Быть честной, она ещё ни у кого не спрашивала, так что все её планы могли статься преждевременными, но даже если так.. Вдвоем им будет куда веселее, разве нет?
- Позови свою подружку, - она неловко улыбнулась. - Ну. Квантовую физику для старших классов, помнишь?
Уж она точно помнила, с кем - или, лучше сказать, с чем - парень собирался проводить рождественский вечер. Она, конечно, ни коим образом не хотела стать третьей лишней в этих отношениях, но нужно же когда-то начинать!  Познакомиться, узнать друг друга получше. В конце концов, Квантовая была жутко дорога Брюсу, так что Пэм не терпелось увидеться воочию.
Не выдерживая напряжения, она первой рассмеялась. Чувство юмора для их троицы было чем-то из ряда вон выходящим, так что ей стоило извиниться за свой каламбур и не давить на Брюса так сильно. И все же.. Ей очень хотелось, чтобы он согласился.
- Обещай, что придёшь! - вскидывая ладони, она крепко взяла его за пальцы, пристально смотря в глаза. - Обещаю, будет уютно. И я не дам вам скучать.
Она была уверена, что все пройдёт лучшим образом. В конце концов, можно считать, что это просто очередные их посиделки после уроков, не больше. Что могло случиться?

+3

23

Этот год обещал быть лучшим из школьной жизни Беннера. Мало того, что привычное одиночество ботаников отступило, он завел друзей и даже самым загадочным образом увлекся театральным кружком, так еще и оказалось, что даже здесь в Смоллвилле может быть не так ужасно, если есть, с кем разделить тянующиеся и кажущиеся однотипными дни. Брюс сам не замечает, что отношение к нему Пэм делает его более открытым к другим. Он учится не ждать постоянного подвоха от окружающих, смелее общается с другими учениками и даже начинает водить дружбу с заезжим циркачом. Брюс понятия не имеет, как все это вышло, но такая подростковая жизнь определенно лучше той, что у него была.

Незаметно пришла зима. Все настолько устаканилось, что Брюс действительно не вспоминает тот день, когда едва не потерял Пэм. А с ней наверняка и все остальное. Не то чтобы жизнь вошла в прежнюю колею, но Беннер этого и не особо хотел бы. Ему нравилось, что их отношения развиваются, что они становятся немного ближе каждый день. И, пожалуй, со временем Брюс понимает, что в свое время его так смущало и заставляло чувствовать себя неловко. И что это будет продолжаться, потому что Пэм плотно вошла в его жизнь, и из-за собственных глупостей Брюс не собирается не терять. И уж говорить ей о том, что осознал его гениальный мозг, он тоже не будет. Не сейчас... Возможно, чуть позже, когда-нибудь...
Впрочем, его уверенность порой колеблется. Особенно вот в такие моменты, когда Пэм стоит напротив, рыжие волосы волной раскиданы по плечам, сопротивляясь тому,  чтобы оказаться загнанными под шапку. Зимой девушка не выглядит столь огненной, но Беннеру нравится этот контраст. Она словно живет в гармонии с природой - горит летом и осенью всполохами рыжих волос, а зимой притихает, становится мягкой и не слепит глаза, пока вновь не наступает весна, и она не пробуждается, пока еще лишь изредка делясь рыжими искорками. Брюсу кажется это очень милым. Хотя раньше он никогда и ничего не находил милым... Думал, что его мозг на такое восприятие просто не способен. Но Пэм на многое открыла ему глаза. Играючи и просто. И он был за это благодарен.

Вечерняя традиция после уроков уже должна была вот-вот подойти к концу. Брюс топтался на чужом пороге и аккуратно передавал учебники обратно Пэм. Хотел напомнить, что у них намечается лабораторная работа, и он бы хотел поработать над ней вместе, если, конечно, девушка не против. Но Айсли успевает со своим предложением первая. И Брюс точно знает, что его звучит уже не так круто.
Первое мгновение он смотрит растерянно. На Рождество? Его? Она уверена? Беннер привык в последние годы проводить его один. Тетя каждый раз пыталась взять его с собой на посиделки одиноких домохозяек, но лет с шести Брюс стал проявлять поистине мужское сопротивление. Как и говорит Пэм, он рано завел себе подружку, так что уделял в такой вечер и утро все внимание ей. Ему даже на мгновение неловко от такого предложения - там будет мистер Айсли, и сама Пэм, разве это не их семейный праздник? Впрочем, если она хочет пригласить и Джона с Клинтом, тогда звучит уже не так пугающе. Ну, кроме одного... Брюс косится в сторону гаража, откуда слышится шум. Бартон-старший наверняка работает. И так подмывает спросить - а он там будет? Беннер не в курсе точных взаимоотношений брата Клинта и Пэм, но этот небритый тип в кожанке его немного пугает. Но раз его имени нет среди приглашенных...

-Боюсь, что моя подружка слишком стеснительна, - с нескрываемым разочарованием отзывается. - Но если я могу прийти в гордом одиночестве, то...с радостью соглашусь.
Он немного лукавит. Потому что как только соглашается, то тут же ощущает панику. Ему нужно будет купить подарки! Необходимо прийти в костюме? Что нужно принести к столу? Столько вопросов! Которые уж совершенно точно не задашь Пэм. Но на это у него есть тетя, которая, возможно, еще помнит, что значит быть молодой. Поэтому он решает, что она точно даст дельный совет.
-Спасибо, что пригласила, - улыбается Беннер и неловким движением поправляет очки. Он не скрывает своей радости, да и возникшей нервозности тоже. В конце концов, это ведь их первый совместный праздник! Будет очень весело! И также неловко. Но Брюсу кажется очень важным, что Пэм вот так собирает их всех вместе. Это что-то новое для их отношений, и вновь она стоит у истоков. Пэм настоящий двигатель для него и Джонатана. И, пожалуй, им тоже пора что-то начинать делать, чтобы не оставлять все только на ее плечах. Брюс обязательно об этом подумает. Пора и ему предпринять шаги навстречу. Ведь так поступают настоящие лучшие друзья.

+3

24

Она ещё успевает подумать, что не стоит так давить на Брюса, ведь ответ ей не нужен прямо сейчас. Ему нужно подумать, отпроситься, состыковать планы. Они вполне могли бы списаться по этому поводу позже или договориться в скайпе, но.. Он уже соглашается. И, взвизгнув, Пэм импульсивно подпрыгивает и виснет у него на шее, обнимая.
- Здорово! - запыхавшись от собственного импульса, она прижимается на мгновение крепче, через весь этот ворох пуховиков, свитеров и шарфов, а после отстраняется, не в силах сдержать улыбку. - Это будет лучшее Рождество, обещаю! Ты не пожалеешь!
Она догадывается, как сложно затворникам, вроде него или Крейна, согласиться выйти за зону комфорта. Общественные праздники вообще были неловкими даже в кругу семьи, что уж говорить о чужих.. Но рыжая дала себе слово, что все будет идеально! Она постарается изо всех сил.
- Это будут около домашние посиделки, не заморачивайся, - видя озадаченность на его лице, быстро подсказывает. Никаких костюмов, традиционных подарков и прочей лабуды. Они просто соберутся вместе - и уютно посидят, ничего больше.
Отнимая ладони, наконец, Пэм вспоминает о лабораторной и снова успевает вперёд, предлагая позаниматься вместе - завтра, например? И смотрит доверчиво, точно зная, что по занятиям Брюс ей никогда не откажет. И они увидятся снова. И снова. Как много дней до этого - и кучу дней после.
Домой Пэм возвращается довольная и окрылённая. Впереди у неё ещё масса дел, помимо домашних и учебных. Нужно заручиться согласием Клинта и Крейна, купить продуктов и составить меню, обговорить детали с отцом, помимо прочего подготовиться к театральным торжествам и ещё куча, куча всего! Жизнь в Смоллвилле, наконец, казалась такой, какой должна быть у 16-летней девушки. И Пэм казалось, что так останется навсегда.

Завершено.

+3


Вы здесь » Marvel & DC: School's Out » Сбывшееся » [Ноябрь 2016г] Научи меня.


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC