Вверх страницы
Вниз страницы

Marvel & DC: School's Out

Объявление

ИНФОРМАЦИОННОЕ

Добро пожаловать в кроссоверную вселенную Marvel и DC, где большинство персонажей все еще являются подростками!
В игре: 15-28 мая 2017 года [календарь событий].
К сведению местных жителей:
• Вот уже почти полгода ровно в полдень и в полночь в городе на 5 минут пропадает вся связь: не работают телефоны, Интернет, телевидение и пр. Продолжает работать лишь местная радиостанция. Причина до сих пор не найдена.
• В Смоллвилле нарастает волна антимутантских волнений. Обстановка в городе нестабильна. Подробнее...
• Полиция продолжает регистрировать случаи пропажи людей; теперь пропадают не только дети, но и взрослые.
• Отдельным поводом для беспокойства становятся крысы, которых слишком часто начинают замечать на улицах города.


01.09.18. РОЛЕВАЯ ПЕРЕВЕДЕНА В КАМЕРНЫЙ РЕЖИМ.
ПРИЕМ НОВЫХ ИГРОКОВ ЗАКРЫТ.
Подробнее >>>
ПОЛЕЗНЫЕ ССЫЛКИ


ПОСТ НЕДЕЛИ

"Девушка резко остановилась, пораженная и почти испуганная. Что, если люди нашли Табиту? После ее выходки в школе, она не могла не вызывать подозрения некоторых учеников, которые наверняка разболтали своим друзьям и родителям, а те другим… В голову лезли нелицеприятные картины, настолько мрачные, что Роуг невольно затрясла головой.
И в самом деле – они не были друзьями, но… она была чуть ближе, чем обычные люди, как бы сильно не отрицала сама Роуг. Как бы поэтично это ни звучало, часть Табиты навсегда осталась с ней. Немного, лишь крохотный осколок воспоминаний, но даже такая мелочь неприятно тянула что-то внутри Роуг, стоило подумать о возможности… потери."
>>>читать пост<<<
ЗАГАДКА МЕСЯЦА



Edward Nashton

БАННЕРЫ


LYL

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Marvel & DC: School's Out » Сбывшееся » [Май 2016] You're not alone


[Май 2016] You're not alone

Сообщений 1 страница 28 из 28

1

http://abload.de/img/batmansuperman3-3pcsnc.jpg


Название: You're not alone
Участники: Bruce Wayne, Clark Kent
Время и место: близ фермы Кентов, май 2016
Краткое описание: Брюса против воли привозят в маленький захолустный городок. Но вместо того, чтобы ощутить облегчение, он лишь больше поддается отчаянию, в котором тонет, запертый в четырех стенах. Однако очень скоро его одиночество разбавляет фермерский мальчишка по соседству - и Брюс не успевает заметить, как все начинает меняться.

0

2

Брюс торопливо удаляется прочь от родительского поместья, и вскоре оказывается среди густых зарослей.
Когда он убегал из дома, у него не было особого плана. Ему просто претило оставаться внутри. Он хотел вырваться из четырех стен, ставших ему клеткой. Желал оказаться как можно дальше, надеясь, что тут сможет дышать полной грудью, но..

..чуда не случается.

Его душат обида, злость - и слезы.

Деревья смыкают неровный строй, и вскоре юноша с трудом может понять, откуда пришел. Впрочем, возвращаться он не собирается. Поэтому упрямо прет все дальше и дальше, озябший, напуганный, уставший. В последнее время он плохо спал, боль утраты измотала его, с утра они с семейством (эмигрировали?) путешествовали куда-то за сотню километров от обычного места обитания, а еще он толком ничего не ел - и все это вместе, смешиваясь, ложится на плечи непосильным грузом.
Больше всего Брюсу хочется лечь на землю и умереть прямо тут.

Но он не может себе это позволить.
Он же Уэйн!
Во-первых, не хочется испачкать одежду. А, во-вторых, его учили не сдаваться без боя. Он ненавидит эту свою закалку, но поделать ничего не может, лишь вынужденно шагает вперед, украдкой надеясь, что силы покинут его прежде, чем он окончательно заблудится.

И чуда не случается вновь.
Дыхание сбитое, ночь все гуще, лес полнится шорохами и тенями. Раньше Брюс никогда не оказывался в ночном лесу один-одинешенек так далеко от дома. Если бы мама была жива, она бы этого не допустила! Его вновь душат слезы, и юноша кидается бежать, не разбирая дороги. Ему обидно, что отцу все равно. Ему так жаль, что мамы больше нет. И ему совершенно не хочется утешать себя ложными надеждами на то, что все будет хорошо и без нее, что все наладится, когда ее не стало.

..спотыкаясь, Брюс летит ничком на землю и обдирает руки о еще теплый асфальт. Лента дороги прогретая, ровная, чуть тронутая колеей. Здесь явно часто ездят машины, значит, цивилизация не так далеко. Это немного успокаивает Брюса, он хотя бы не сгинет в лесу и его поутру найдут. Но вместе с тем ему больно, слезы начинают течь еще обильнее, чем до этого, так что уже через мгновение он рискует задохнуться в собственных соплях.
Насилу успокаиваясь, юноша с трудом садится, старается почистить оцарапанные ладони и колени, понимает, что порвал брюки напрочь и сердито смотрит на асфальт. Тот матово тускло блестит в свете луны, но остается непоколебим. Так чертовски похож на Дэмиана! Маленький гаденыш, даже тут ему досадил.

Дэмиан тут ни при чем, конечно. Брюс это понимает, но все равно злится. Злость помогает ему справиться с потоком слез, так что ему даже удается отползти с пустынной дороги и забиться в дальние кусты.
Здесь начинается бескрайнее кукурузное поле, уж в нем его точно не найдут. Когда злость, обида и боль пройдут, он вернется, а пока - забивается, словно дикий зверь, подальше, баюкая ушибленные ладони, жалея сам себя, чуть слышно подвывая под нос своей боли. Боли утраты. Если бы только мама была здесь.. она бы нашла слова, чтобы вернуть домой, чтобы утешить его.

+9

3

Май - горячая пора для фермеров. Те, кто считает, будто основная работа начинается летом, глубоко ошибаются. Осень и весна - вот где разгуляйся. Особенно после зимы - в марте поля, наконец, начинают дышать, нужно успеть снять с них согревающие опилки, затем к апрелю можно уже и парники разобрать, а в мае починить все, что сломала или испортила зима, а, главное, уследить за кукурузой. Вредоносных насекомых будет становится все больше, и это просто необходимость - каждый божий раз проверять по нескольким початкам, все ли хорошо. Кларк не особо любил эту работу, но зато легко брался за тяжелую физическую. Например, обнести все же забором кукурузное поле, что принадлежало его семье, а то звери повадились по окраинам все это дело выкапывать и просто портить. Будет неловко оказаться к сбору урожая без оного.
Именно поэтому Кент и провел в полях весь сегодняшний день. Отец пару раз приезжал, привозил перекусить, да просто понаблюдать за тем, как справляется сын. Кларк прекрасно понимал, что он переживает не столько за свои посевы, сколько за то, что подростка могут увидеть в тот момент, когда он голыми руками вгоняет подпору на полметра в землю. Кларк только тихо смеется, поправляет очки и просит не волноваться - с его слухом сложно подпустить кого-то достаточно близко и не услышать этого. И потом, он далеко от всех близлежащих ферм, так что заметить его могут разве что птицы. А они не в счет. Джон успокаивается, но все равно уезжает только через час. Дела не позволяют задержаться ему дольше, а то бы он и вовсе остался тут.
Кларк возится до самого вечера, но все равно забор еще не полностью готов. Завтра нужно будет доделать основания, а потом начать натягивать проволоку. Так что работы еще непочатый край... Но на сегодня точно все. Он мог бы работать еще пару суток без отдыха, но тогда мать ему уши надерет, а он ими дорожил. Так что Кларк устало потянулся, закинул на плечо снятую в процессе работы футболку, и поплелся к краю поля, где на дороге оставил небольшой пикап Кентов. Хотя бы привести сюда деревянные подпоры, не вызывая подозрений. Так сказал его отец. Кларк не стал отпираться, не так часто выдается шанс прокатиться за рулем их старой развалюхи.
Парень отчаянно зевает, но тут же резко останавливается. Он отчетливо слышит чужие шаги - будто медведь пробивается сквозь заросли кукурузы. И впору было бы подумать на зверье, да только тихое подвывание явно человеческое. Кому-то либо очень больно, либо очень грустно. И Кларку не нравится ни то, ни то. А потому он срывается с места, следуя аккурат на голос, чтобы через пару минут почти врезаться в молодого человека. Ойкнув, Кларк успевает подхватить того за плечи и не дать упасть. Очки опасно балансируют на краю носа, но остаются на своем месте, заставляя облегченно выдохнуть. И почти сразу виновато улыбнуться.
- Прости, я тебя не напугал? - он смотрит в лицо напротив. Это совсем молодой парень, на вид его ровесник. На лице неприкрытая скорбь, а рваные штаны и оцарапанные ладони многое объясняют. Ну и оставляют не меньше вопросов, это точно. - Я услышал, как тут ходят, и подумал, не нужна ли моя помощь... Не нужна?
Кларк всегда готов помочь и поддержать. Вот только совершенно не умеет этого нормально предложить. Но смотрит он дружелюбно и открыто, подбадривающе улыбаясь незнакомцу. Кто знает, может, и правда получится помочь... Было бы неплохо. А то на парне совсем лица нет.

+9

4

За жалостью к самому себе и несчастными подвываниями и всхлипываниями, Брюс не сразу осознает, что больше не один в поле. Наперерез ему ломится кто-то рослый, но он не слышит шагов, не замечает постороннего шороха. Все вокруг него сжалось до удушающей черной сферы, наполненной болью и скорбью, которая словно поглощает свет и воздух; юноша продирается сквозь кукурузные стебли и глохнет от шелеста, слепнет от бесконечного мельтешения листьев. И находит это концептуальным, потому что именно это с ним происходит внутри, в глубине души - он ослеп, он оглох, он задыхается и потерян, он больше не видит дороги, не знает выхода..

Однако все довольно быстро заканчивается чьей-то влажной, потной грудью.
Брюс впечатывается в преграду всем телом, а после начинает падать, но его быстро поддерживают руки незнакомца. Несмотря на взмыленный вид, тот не выглядит неопрятным и совсем не пахнет. Какая причудливая особенность, обычно от работяг прет потом за километр, а грязи на них - скоблить, не отскоблить. Брюс имеет крайне смутные познания о фермерах, но они видятся ему полудикими необразованными аборигенами, изредка встречающимися в полях кукурузного месторождения.

Встреченная особь умеет говорить и даже звучит заботливо.
Брюс мгновенно теряется, все происходящее кажется ему глупым сном. Каков шанс заблудиться в лесу и встретить в огромном диком поле местного фермера? Наверняка, он уже упал где-нибудь под кустом неподалеку от особняка и галлюционирует от голода, переохлаждения и сильнейшего психологического расстройства. Возможно, его уже даже нашел Альфред и заботливо уложил в кровать, накрыв теплым пледом и оставив на тумбе рядом стакан теплого молока с крекером. Когда он решает это для себя, становится легче осознавать реальность, ведь во сне можно делать что угодно.

- Я ничего не боюсь, - не очень дружелюбно откликается и отстраняется, выдернув свою руку из чужих пальцев.
Смотрит недружелюбно, ему не нравится этот простодушный гигант с фигурой атлета и улыбкой местного простачка. В нем столько противоречий, что он кажется неестественным, ненатуральным. Что-то в нем не складывается, Брюса терзают опасения.
- Не нужна мне ничья помощь, - еще более недружелюбно бурчит и отступает, надеясь скрыться за стеной кукурузы. Нет уж, раз ему снится сон, юноше хочется видеть что-то более нормальное - мать, к примеру, воспоминания из счастливого детства, а не это.

Спеша, Брюс старается унести ноги. Все еще надеется, что его подсознание переключится на что-то более приятное, нежели блестящий в лунном свете от пота работяга-переросток. И когда выскакивает из надоевших зарослей к небольшому приземистому пикапу - ликует. Ага! Бред продолжается, теперь ему предстоит длинная дорога в никуда.
Водить он умеет, но предпочитает забраться в замызганный кузов и укрыться под скомканным брезентом. Здесь чем-то сладко пахнет, хотя обычно в таких машинах воняет маслом и соляркой (Брюс не сталкивался лично, но читал об этом), к тому же дорога его вымотала, эмоции все еще душили - поэтому, очень скоро, не дожидаясь, пока вернется загадочный водитель, юноша обессиленно начинает дремать, и в этот раз ему в самом деле снится хороший сон.

Отредактировано Bruce Wayne (15.12.2014 15:32:59)

+8

5

Наверное, все таки ему не дано. Может, что не так с его лицом или вообще в целом, но шанс оказаться полезным выпадал ему редко. Возможность им воспользоваться - еще реже. Вот у его отца выходило очень легко и просто. Он улыбался, спрашивал, в чем дело, и уже был посвящен в любые передряги, что случались с редкими посетителями их фермы. Кларк не перенял этой удивительной способности, и очень жалел, что Джона сейчас не было рядом.
- Да, хорошо, как скажешь, - легко согласился Кларк, прекрасно понимая, что парень напротив наверняка перепугался, наткнувшись на кого-то в кукурузном поле. Он быстро отнял руки, показывая, что не несет никакой опасности. Все это действительно просто случайность, и если незнакомец заблудился, ему правда могли помочь. Но тот явно оказался настроен не слишком дружелюбно...
Сколько бы не прошло времени, но Кент все еще с трудом воспринимает чужую агрессию. Он не обижается, не начинает злиться в ответ, он просто теряется. Его можно назвать вполне безобидным парнем, так что посторонняя колючесть заставляет его отступить на шаг, будто он и правда мог кого-то испугать или обидеть. Но кто его знает... Может, парень слишком напуган, чтобы мыслить разумно?
- Я просто подумал... - начал было оправдываться Кларк, но его явно не слушают. Незнакомец спешит избавиться от нежеланной компании, и Кенту остается только проводить его взглядом. Он бы, конечно, мог сказать что-то вроде "это частная собственность", но он просто молчит. Не из тех он людей, кто будет говорить подобные вещи. Ему только жаль, что он не смог помочь, потому что парень явно не выглядел местным, да и вообще выглядел не слишком хорошо. Но Кент знает, что тот направился аккурат к дороге, так что в этих зарослях больше не заблудится. И только поэтому он решает оставить его в покое, возвращаясь к своему пикапу.
Сгрузив в кузов остатки металлической проволоки, Кларк все таки накинул обратно рубашку и уселся за руль, достаточно быстро добираясь до дома, невольно иногда поглядывая в боковое зеркало, будто мог в любой момент увидеть того уставшего парня. Хоть голос разума и подсказывал, что с ним будет все в полном порядке, но Кларк все равно не мог выбросить его из головы. Не было похоже, что фермы и кукурузные поля - привычное место обитание для такого паренька. Надо приехать и рассказать обо всем отцу. А потом для успокоения съездить вечерком и немного побродить по полю. А то мало ли, еще повернул обратно...
Теперь Кларк точно так просто не успокоится. Он паркует машину недалеко от амбара и еще какое-то время сидит за рулем, задумчиво барабаня пальцами по рулю. Он не должен был так быстро уезжать. Лучше бы сказал про частную территорию. Или проследил, что парень выбрался на дорогу и уехал. Ну сделал еще хоть что-нибудь! Да, ему определенно стоило поучиться у отца. А прямо сейчас все с ним обсудить.
Кларк выходит из машины, громко хлопая железной дверью. Подходит к кузову, чтобы забрать инструменты, спрятанные под брезентом, да так и застывает с последним в руках. Он успевает его откинуть и сразу же замечает притаившегося там недавнего знакомого. Тот явно засыпал, не подозревая, что все таки невольно воспользовался помощью того самого фермера, от которого дал стрекача. Кларк непроизвольно улыбается - теперь, по крайней мере, не стоит волноваться о том, что парень там потерялся и совсем скоро замерзнет. Вот он, живой и невредимый, лежит в отцовском кузове.
- Все еще не напугал? - с улыбкой уточняет Кларк, чуть склоняя голову набок. Теперь сбежать парню будет труднее. И выглядеть будет глупее, чего уж там... Да и до центра Смоллвилля будет с десяток километров, так что... Кажется, им все таки придется хоть немного поговорить.
- Не уверен, что здесь спать удобно, - честно признается, привычным движение поправляя на носу очки. - И помню, что тебе не нужна ничья помощь, но...
Кент понимает, что опять не имеет ни малейшего понятия, что и как сказать. Он с надеждой косится на дом поблизости, но крыльцо предательски пустует. Отец еще наверняка занят, а мать слишком увлечена готовкой.
- Я Кларк, - зачем-то представляется, протягивая ему руку для пожатия. Ну, по крайней мере, он поймет, имеет ли смысл вообще пытаться вести диалог. Если парень проявит ответную вежливость и пожмет ему ладонь, значит, не все потеряно. А если нет... то все таки нужно будет позвать отца.  У того выйдет лучше.

+7

6

...ему действительно снится мать. Теплая, нежная, ласковая. Она заботливо гладит по лицу, обнимает, с тревогой смотрит в глаза. Брюс не запоминает сон целиком и не может точно сказать, о чем они говорили, однако просыпается почти успокоенным.

Впрочем, ощущение уюта длится всего пару мгновений.
После кузов с силой встряхивает на ухабе, и юношу захлестывает брезентом, попутно впивая в бок обрезок металлической проволоки. Уэйн в голос возмущается, однако тарахтящий мотор глушит его потуги. Кажется, произошедшее ранее - совсем не сон и, более того, Альфред не нашел его и не уложил в мягкую кровать.
Сердце предательски стучит у горла, мешая дышать.
Его похитили? Куда-то его везут? Что им нужно?!
О, конечно, деньги его отца всему виной. Наверное, и мать убили именно из-за них.. На секунду горечь возвращается, сон моментально забывается; Брюс вновь поддается унынию, однако в этот раз расслабляться ему некогда - нужно придумать план, как выбраться из этой передряги.

Машина вскоре замирает. Брюс старается спрятаться под брезентом, однако его плотно опутывает металлическая проволока, обвившаяся вокруг во время сна и поездки, не оставляя ему шансов.
Громкий хлопок двери. И вот на него уже с любопытством смотрят два пронзительно-синих глаза.
Постойте.. Брюс его знает! Тот парень с кукурузного поля. Фермер. Точнее, скорее всего - фермерский сын, они выглядят примерно на один возраст, однако разница в физической форме очевидна. Уэйн - утонченный аристократ с тонкими запястьями, осунувшимся лицом и углубленным познанием в фехтовании, а боров напротив - могуч, силен и широкоплеч, наверняка голыми руками таскает деревья из леса.

Как бы там ни было, бояться больше не получается, хотя юношу не оставляет паранойя. Думается ему, всем неприятностям виной он сам, однако если парень задумал недоброе - Брюс сумеет его обмануть. Деревенские видятся ему недалекими, и даже очки на носу оппонента не переубеждают его.
Уэйн стратегически молчит, покуда незнакомец разглагольствует. И откликается только на чужое имя:
- Брюс, - холодно цедит и, презрительно смерив взглядом протянутую ладонь, дергается в своих путах, молчаливо требуя освободить себя. О фамилии он тактично умалчивает, ни к чему ему лишние неприятности.
Пока он ерзает, желудок издает предательскую трель, и юноша неловко розовеет. Все заготовленные фразы на тему "я требую свободы!", "ты не в праве меня удерживать!", "я вызову полицию!" или даже "ты еще не знаешь, с кем связался!" испаряются сами по себе. Здоровяк напротив выглядит глупо, открыто и дружелюбно, злость и раздражение Брюса понемногу утихают, оставляя место голоду и здоровой подозрительности. На дворе ночь, он в чужой машине увезен в неизвестные дали - тут есть, над чем поразмыслить. После ужина, пожалуй.
- Ты можешь накормить меня, - не то спрашивает, не то все же приказывает. У всех Уэйнов тяжелый характер, его же отягощен переходным возрастом. К тому же, это кажется честным - этот Кларк (что за глупое имя?) увез его невесть куда, опутал брезентом и проволокой, а теперь смотрит этими своими добродушными телячьими глазами - Брюс начал злиться снова - так пускай разгребает последствия собственных поступков. Равно как и Брюс, ему и без того уже досталось.

+6

7

Что же, это можно назвать началом диалога. По крайней мере, парень не закрывается, не пытается дать деру, как в поле, и не кидается с кулаками. Конечно, странно, что он так растерян и напуган. Не думал же, что припаркованный на обочине пикап так и останется стоять на обочине? Или просто не ждал, что его водителем окажется тот нерадивый помощник, с которым они столкнулись всего час с небольшим назад? В сущности, конечно, не имеет особого значения, но Кент пытается понять, как ему вести себя дальше, а потому судорожно выискивает причины того, что их дороги снова встретились, но парень напротив все еще настроен так себе. Или то, что он представился, можно считать за дружелюбие? Пожалуй, именно так он и сделает. Так им будет проще в дальнейшем.
- Приятно познакомиться, Брюс, - без тени фальши улыбается, хотя быть честным, он, конечно, ожидал, что парень пожмет его руку, только запоздало понимая, что тот не может. Вот это неловкость! - О, прости...
Кент ловно распутывает проволоку, чтобы парень смог выбраться из кузова. Он с интересом его осматривает, теперь имея возможность сделать это спокойно, а не менее растерянным взглядом. Брюс выглядит человеком не из этих краев, видно во всем - от его осанки до одежды. Да и его манера держаться выглядит чертовски странно здесь и сейчас посреди чужой фермы, где живут простые работяги. Кларк даже невольно тихо улыбается себе под нос - интересно, и как он сюда попал? Родители перевезли своего отпрыска из большого города в эту деревню, и тот теперь показательно ушел из дома? Или... Или что? Он не похож на заблудившегося. Потерявшегося - да, но не заблудившегося. Для Кента это была огромная разница. Потому что лично он знал по себе, что значит потеряться и растеряться от происходящих перемен. Но речь сейчас шла совершенно не о нем...
- Конечно могу, - Кент невольно тихо смеется. Наглость гостя кажется ему неловкостью и смущением. Каждый ведет себя по разному, попадая в критическую ситуацию, верно? Некоторые вот привыкли просить так, будто указывают. Может, он по-другому и не умеет? Раньше Кларку не приходилось общаться с подобными людьми, в школе он держался особняком от всех, а уж от привилегированной молодежи тем более. Но это ничего. Он все еще надеялся, что перенял достаточно от своего отца, чтобы справиться с этой ситуацией.
- Это ферма моих родителей, - на всякий случай просветил, чтобы парень лишний раз не дергался где он и что он. Хотя не был уверен, как он отреагирует на новость о том, что где-то рядом взрослые. Не попытается ли убежать? Но бежать тут особо некуда, это понятно, даже если просто оглянуться - везде, куда хватало глаз, либо поля, либо лес. И ничего больше на ближайшие мили, кроме их дома и амбара. Так что можно было надеяться на благоразумность неожиданного гостя.
- Мать еще наверняка готовит ужин. А мне нужно переодеться. Пойдем, подождем в моем амбаре, - предложил, кивком головы приглашая его за собой. Он его не трогал и даже не пытался, чужие прикосновения сейчас ему явно добавят настороженности и испуга. Так что он повернулся к юноше спиной, показывая, что боятся нечего, заводя его в амбар и поднимаясь на второй этаж, где предложил устроиться на широком продавленном кресле, где были раскиданы подушки и плед. А сам потоптался напротив, не совсем понимая, куда теперь себя деть.
- Ты новенький в Смоллвилле? - все же решил уточнить, сам пока снимая рубашку, переодеваясь в простую домашнюю футболку. - Если заблудился, мы можем завтра утром отвести тебя, куда скажешь...
Кларк все еще пытался ненавязчиво предложить свою помощь. Хотя не был уверен, что не звучит слишком прямолинейно.

+6

8

Ферма, значит.
Брюс напряженно огляделся. Три постройки сомнительного назначения, один жилой дом - и поле. Бескрайнее, шумящее, темное поле. Не так он себе представлял ферму. Где же весело хрюкающие хрюшки, беспорядочно носящиеся куры, размеренно мычащие коровы, резвящиеся в загоне кони и прочая утварь, дающая мясо, молоко и иные полезные продукты?
Напрягаясь лишь больше, юноша втянул голову в плечи. Ему хотелось задать стрекоча да побыстрее, но сгущающиеся сумерки его останавливали. К тому же, он представил себе, как глупо будет выглядеть, когда побежит наперерез по полю - отсюда, где они стояли, открывался отличный вид на поля, а там, среди колосьев и кукурузы, наверняка будет трудно придерживаться единого направления, а потому он станет метаться зигзагами, а этот самый Кларк лопнет на этом самом месте от смеха.. Заблаговременно обижаясь, Уэйн поджал губы.
- Фермер с собственным амбаром, я просто счастливчик, что натолкнулся именно на тебя, - не очень дружелюбно пробормотал себе под нос, хотя и не так громко, чтобы парень в самом деле расслышал.
Впрочем, вариантов у него было не много, так что юноша поплелся следом за провожатым. Чем больше отступала дрема, тем сильнее происходящее казалось ему самой тривиальной ситуацией. Потерянного в кукурузном поле мальчика подбирает местный фермерский сын и везет к себе в амбар, чтобы с утра отвести к горюющим родителям. Да тут такие истории происходят каждый день, поди. Вот только у него не было горюющих родителей, отец и вовсе наверняка не заметил...

Нетерпеливо осматриваясь внутри амбара, Брюс сложил руки на груди и принципиально не воспользовался предложенными благами, хотя коленки и подгибались предательски. Нет уж, он постоит.
Отсюда горящий теплым мягким электрическим светом жилой дом невдалеке казался уютным. Где-то там, внутри деревянных стен, мать Кларка готовила свой ужин и дожидалась сына к столу. Где-то там было тепло и много еды. Где-то там была чужая мама.. которая наверняка любила своего нерасторопного сынишку.
Юноша метнул ненавидящий взгляд на переодевающегося парня. Тот был занят своей рубашкой и не заметил (наверняка, не заметил), а Брюс вовремя опомнился. Кларк ни в чем не виноват и даже предложил помощь. Не стоит так себя вести, верно? Головой он понимал, что некорректен, однако пересилить себя попросту не мог. В груди все еще болело, его разъедало чувство обиды и несправедливости похлеще серной кислоты.
- Не нужно за меня решать, - непримиримо качнул головой в ответ на предложение фермера и, помявшись, вздохнул: - Но ты можешь предложить мне воды. Я упал и хочу промыть царапины.
Коленки и ладони в самом деле горели, хотелось умыться и немного отдохнуть. Сон вернул ему силы, однако непрошенная компания напрягала и Брюс подумал, что мог бы осмотреть пути отступления во время умывания, которыми и воспользуется, после ужина, конечно. Убегать в ночь теперь ему казалось глупой идеей и, вероятно, ему в самом деле стоит переждать до утра здесь, где его никто не знает и не капает на мозги. А поутру.. он просто выберет сторону, в которую идти, делов-то.
- И, Кларк, - отлипая от стены, к которой прижимался, сквозь зубы попросил Уэйн, - если тебе не сложно, пожалуйста, давай не будем говорить.
Дипломатичность и корректность? К черту, его муштровали всю жизнь. А сейчас ему было больно и обидно, разве он не мог позволить себе небольшую слабость? Расспросы Кларка и его дружелюбие лишь сильнее раскаляли Брюса и, можно сказать, предложение было в интересах же фермера, иначе - быть беде. Буря под именем Уэйн - страшное дело, даже если Уэйну всего шестнадцать лет.

Отредактировано Bruce Wayne (02.01.2015 22:52:08)

+5

9

Кларк понятия не имеет, что именно было в голосе нового знакомого. То ли он правда рад, что натолкнулся на фермерского сына, то ли все же это был сарказм. Опыт общения с другими подростками подсказывал, что вротой вариант намного вероятнее. Да и потом, Брюс вряд ли действительно думал, что Кларк услышит. Не объяснять же ему, что он даже самый тихий шепот услышит... Ладно, он просто сделает вид, что ничего не было. В конце концов, этот парень наверняка напуган. Оказаться где-то на отшибе, в совершенно незнакомой семье... Можно простить ему самую простую и объяснимую защитную реакцию.
Кент старался поскорее справиться с одеждой, при этом не сбив по пути с носа очки. Задачка та еще, но он со временем наловчился, так что все реже случались, как говорил отец, "неудачные моменты". Было бы совершенно неловко сейчас вляпаться в такой конфуз, поэтому парень был особенно осторожен. А когда оказался в домашнем, облегченно выдохнул, поправляя оправу, сползшую на самый кончик носа. Все, теперь волноваться не о чем. Разве что о новом знакомом, который все никак не желал идти на дружеский контакт. Он, конечно, отвечал и говорил, но голос был полон такого недовольства, будто это Кент забрался к нему в дом и теперь требует внимания. Это, конечно, немного выбивало почву из-под ног, и, наверняка, окажись здесь кто-нибудь другой, уже давно бы указал Уэйну на его место или попросил, в таком случае, убираться на все четыре стороны, но Кент просто не мог поступить так же. Он сам был подростком и прекрасно понимал, что бывают такие моменты, когда твои эмоции берут вверх. Мать говорила, что это просто переходный возраст. А отец всегда читал длинную нотацию, если Кларк вдруг становился раздраженным или излишне мрачно-молчаливым. Случалось такое крайне редко, но ведь случалось. Просто у этого парня напротив неудачный день, и никого рядом больше нет, поэтому Кларку и достается за всех и сразу. Вот так, наверное, чувствуют себя его родители? Да уж, так себе... Стоит и правда лучше присматривать за собой. А пока за Брюсом, который всем своим видом показывал не только недовольство, но и едва ли не открытую агрессию. Как быть с агрессивными товарищами Кент никогда не знал. А тот, кто знал, должен сидеть взаперти. Особенно в такие моменты.
- Ванна есть только в доме, а здесь летний душ. Но вода в нем еще холодная, - все так же дружелюбно откликнулся, разводя руками, будто так извиняясь - чем богаты, тем и рады. Если парень хочет искупаться, ему нужно пойти в дом. Или же подождать, пока ему принесут сюда ковш с водой. По пути, несомненно, объясняясь с родителями. Те не станут ругаться, ломиться в амбар или сразу в истерике звонить в полицию, но утром наверняка захотят познакомиться с неожиданным гостем. В конце концов, как бы они сказали, "у этого мальчика тоже есть родные, которые волнуются". Но до завтрашнего утра, пожалуй, Брюс мог остаться без лишних потрясений. Если, конечно, сам немного успокоится и перестанет кидаться на того, кто просто предлагает свою помощь.
- Я лишь спросил, - пояснил Кларк, все же пытаясь хоть немного защититься. Он не собирался ссориться, да и это было глупо - ссориться с тем, кого ты только что привел в дом и который просто не мог сейчас уйти отсюда, потому что слишком поздно , и они слишком далеко от города. Поэтому если нужно сохранить шаткий мир, то Кенту придется проглотить незаслуженную обиду. Кто знает, может, Брюс к завтрашнему утру придет в себя и поймет, что вел себя не совсем правильно? Не то чтобы Кларку это было действительно так необходимо, но он бы не хотел, чтобы кто-то дерзил его родителям. Даже если это потерявшийся подросток. Поэтому ему точно придется пересмотреть свое поведение к утру. Иначе Кент просто не сможет и дальше быть таким же открытым и добродушным.
- Что ж, как говорится, желание гостя... - Кларк потер руки о свои джинсы, чуть растерянно оглядывая комнату. Что ж, наверное, лучше ему оставить парня одного. Авось, быстрее выпустит пар и успокоится. - Тогда я принесу еды и таз с водой. Подожди немного. Но если захочешь в ванну, просто дай знать. Или... или более удобную одежду.
Кларк махнул рукой на костюм знакомого, а после улыбнулся. Для него любой костюм - это наихудшая пытка. В нем априори не может быть удобно. Поэтому он уж точно не пожалеет своих вещей, если парень захочет отдохнуть по-человечески. Но пока пусть думает. А Кент тем временем поспешил на выход, а затем и к дому. Нужно было быстро объясниться с родителями, получить двойную порцию ужина и отнести все к амбару. Может быть, теплая вода и вкусный домашний ужин немного поднимут настроение его неожиданному гостю. И если они даже не будут говорить, то хотя бы атмосфера перестанет быть такой мрачной...

+7

10

Чем дружелюбнее был Кларк, тем больше распалялся Брюс. Впрочем, деревенский парень быстро понял настрой гостя и ретировался искать воду и еду. Что ж, так было лучше.
Оставшись один, юноша сумел отдышаться и привести мысли в норму. Он побродил по амбару и осмотрелся, изучил территорию, чтобы завтра знать, куда отступать.
Все тело болело от длительных прогулок по кукурузному полю и сна внутри жесткого проржавевшего кузова, поэтому ему смертельно хотелось вытянуться на мягкой поверхности. Ему даже попался под руку диван, который наверняка раскладывался в кровать, но Уэйн-младший так и не рискнул им воспользоваться. Летний душ, сено по углам амбара и клочки непонятной деревенской деятельности то здесь, то там, наводили на мысль о наличии клопов в этом месте. И даже если их не было, Брюсу было неловко. Он маниакально обожал чистоту и опрятность, а потому просто не мог заставить себя лечь на чужое спальное место.

Поостыв немного, юноша нашел одно из окон на втором этаже амбара и забрался на подоконник с ногами. Отсюда было прекрасно видно основное жилое помещение; самый простой дом, не такой и большой, с резным крыльцом и резными же ставнями на окнах. Дом выглядел мило и опрятно, будто с картинки; так изображают деревенские домики в учебниках. Брюс не думал, что такие места бывают на самом деле.
Наверное, здесь живут хорошие люди?
Вздыхая, Брюс приткнулся носом в свои колени, не сводя взгляда с чужого крыльца, боясь пропустить появление Кларка. Он убежал из собственного дома, пустого, темного, страшась одиночества и боли. Чтобы прибежать к чужому порогу? Юноша кинул взгляд на основной домик чуть поодаль, в подступающих сумерках тот весь светился и казался теплым. Оттуда тянуло чем-то вкусным, там наверняка смех, разговоры, тесно и шумно. Может быть, если бы его тоже позвали... Нет. Он не мог. Он привык к холодной грации, просторным помещениям, полупустым холлам и горделивому одиночеству; там и говорить-то особо не хотелось, уж тем более - громко. Всегда полушепотом, всегда вполголоса.
Понимая, что его вновь начинают душить слезы, плотнее прижался носом к коленям, пряча лицо, глухо шмыгая. Как же глупо! Он здесь совсем не за этим. Впрочем, его вообще не должно было быть здесь! Чертов Кларк.

Потерев лицо ладонями, Брюс шумно вдохнул носом и приказал себе успокоиться.
Когда его новый знакомый принесет еды и воды, он сумеет немного перекусить и отмыться. Это успокоит его окончательно, по крайней мере ему в это верилось. А после они разойдутся по углам и никогда больше не встретятся; Уэйн-младший рано утром, еще до рассвета, продолжит свой путь отчаяния и даже не вспомнит об этом глуповатом, дружелюбном увальне. Не так и плохо, что они пересеклись этим вечером, но продолжать знакомство и общение юноша не был настроен. Его голову занимала мысль о побеге, а сердце разъедала горечь; это все, о чем он сейчас мог думать.

+5

11

Родители, как всегда, оказались гостеприимны и доброжелательны, даже если не видели мальчика, что сейчас прятался в их амбаре. Им вполне хватало слов Кларка о том, что все в полном порядке. Просто новенький в городе заплутал и сбился с дороги, очень устал, но завтра утром вернется домой. И да, конечно же Кларк ему поможет и отведет обратно. И нет, гость совершенно точно не хочет приходить сюда, потому что очень смущен. Да, Кент-младший еще раз предложит поспать в доме, но не будет настаивать. Все как скажешь, мама.
Кларк улыбается матери, которая все еще обеспокоена бедным мальчиком, заблудившемся в чужом городе. Но это не мешает ей быстро наполнить поднос еще горячим нехитрым ужином - початок кукурузы да кусок жареной телятины, крепко заваренный чай и кусок тыквенного пирога со взбитыми сливками. Кларк и сам голоден, готов усесться за стол прямо сейчас же, но долг зовет сначала озаботиться неожиданным гостем. Он сам подготавливает таз с водой, закидывает на плечо чистое полотенце, как-то умудряется взять в две руки остальные вещи и, опасно балансируя, неспеша двинуться обратно к амбару.
Если быть честным, Кларк очень рассчитывает, что Брюс немного отошел и теперь уже готов к нормальному диалогу. Может, Кенты и славились добрым и мягким нравом, но если вдруг новый знакомый удумает обидеть отца или мать неосторожным словом, Кларк ему здесь рад не будет и сразу попросит на выход. Он не мог постоять за себя, но за семью - всегда горой. И он рассчитывает, что родители просто не сунутся к двум подросткам, посчитав, что они и сами прекрасно справятся. Тогда можно будет избежать неловкостей. И возможного плохого конца.
- Я принес воды. И еды, - еще с порога объявляет, чтобы не испугать парня, если тот ненароком задумался или даже заснул. Кларк поднимается наверх неспеша, аккуратно ставит таз на письменный стол, рядом пристраивает поднос. И только после этого переводит взгляд на Уэйна, сидящего на подоконнике. Выглядит он совсем несчастным, но насупленный вид все таки дает усомниться в том, что тот действительно потерялся и заблудился. С такой-то агрессией скорее только сбежал из дома, отсюда и нет просьб о том, чтобы его отвезли к родным сию минуту. Может, поссорился с родителями. Или чего не поделил с братом или сестрой? Оставалось только догадываться. Сам Кларк никогда не доходил до того, чтобы попытаться сбежать из дома. У Того парня иногда случалось, но это не считается, потому что Тот вообще жил так, как считал нужным, ни на кого особо внимания не обращая. Поэтому Кларку сложно представить, что может такое произойти в доме, чтобы ребенок прятался по углам у чужих людей. Кенту очень жаль Брюса, но он старается не показывать этого - мало кто любит подобное чувство к себе.
- Знаешь, тебе нужно поесть, - Кент подходит ближе и присаживается на корточки напротив него. Пытается заглянуть в лицо и все еще улыбается простодушной улыбкой старающегося помочь человека. Ему кажется, что в такой момент человеку не хочется быть одному. Хотя, может, он и ошибается. Но ему бы хотелось, чтобы рядом кто-то был... - И мы все еще можем пойти в дом. Родители ничего не спросят и не потревожат, если ты об этом беспокоишься.
Наверное, Брюсу сейчас не хочется натыкаться на других взрослых, но сидеть одному в этом темном амбаре вряд ли выглядит лучшей перспективой. Судя по костюму и серьезному молодому лицу - этот парень точно не принадлежал к фермерам. И если он хоть немного прислушается, то поймет - Кларк прав. В доме и теплее, и спокойнее, и светлее. Там есть большая комната, горячий душ и небольшой телевизор в углу. И никто его не погонит прочь, они не их тех людей, что прогонят подростка от собственного порога.
- Я не знаю, почему ты оказался в лесу. И почему ушел, вероятно, из дома, но здесь всем рады, - Кларк трепет свои волосы ладонью, пытаясь подобрать правильные слова. Но он в этом все еще не особо хорош, поэтому просто говорит то, что приходит на ум. - Я тоже здесь обрел дом. Поэтому... Я не предлагаю с нами любезничать, но почему бы просто не попробовать... не знаю... хорошо провести остаток вечера?
Кент делает последнюю попытку подружиться. Если Брюс не захочет, он честно уйдет и оставит его в покое до утра. Утром они позавтракают, и он отвезет его на пикапе в город. И, возможно, они больше никогда не встретятся. Кент будет о нем волноваться, пытаясь понять, что же произошло, но постоянно стелиться перед малознакомым человеком все таки не входит в его привычки. Поэтому все честно - он еще постарается, а если не выйдет... То он уже ничего и не может сделать. Значит, им с Брюсом просто не по пути.

+6

12

Когда возвращается Кларк, у него такой взгляд, будто он все понимает. Будто, наконец, сделал вывод - и не ошибся. Догадался, что его найденыш - беглец.
"А еще кретин, - напоминает он сам себе, - раз попался в такую дурацкую ловушку."
Брюсу зябко под этими близорукими глазами, скрытыми за тонкими стеклами бликующих стекол. Оправа не очень красивая, грубая и толстая, но чего ожидать от деревенского увальня? Ему, наверняка, нет никакого дела до моды и иже с ней. И, тем не менее, очки выглядят аккуратными, хоть и потертыми, у них не переломаны дужки и не перемотаны скотчем, как это обычно показывают в фильмах о деревнях, которые смотрел Уэйн в детстве по кабельному телевидению, а потому он обращает на это внимание. Почему? Возможно, потому, что мысли обо всем другом делают ему физически больно.
- Спасибо, - тихо шепчет, аккуратно снимаясь с подоконника и подползая ближе к столу с принесенным тазом, что наполнен чистой водой. Ему неловко оттого, что его секрет больше не секрет, поэтому он старается закончить с процедурами как можно скорее, чтобы они оба смогли распрощаться на ночь. Чем быстрее наступит утро, тем скорее они забудут друг о друге.

Расцарапанные ладони щиплет от воды, но Брюс настолько устал и вымотан, что почти не обращает на это внимания. Кларк все еще говорит с ним спокойным успокаивающим тоном, будто со слабоумным, стараясь заглянуть в лицо, и это немного злит, но у него почти не осталось сил, чтобы злиться на самом деле. Скорее, он просто негодует, что его никак не оставят в покое.
Брюс аккуратно промакивает ладони грубым полотенцем. Может, оно и мягкое, и душистое, но его явно не отдают в химчистку за бешеные деньги и не полощут в десяти сортах ополаскивателя, чтобы придать мягкости и шелковистости, как этот делалось в имении Уэйнов. К тому же, когда твои руки расцарапаны в кровь, даже самый мягкий шелк покажется грубым и жестким.
Вздыхая, юноша откладывает полотенце и оборачивается к своему похитителю, сосредоточенно хмуря лоб. Тот все еще уверяет его, что лучше пойти в дом и провести остаток вечера "хорошо", что бы это не означало. Как бы Брюсу не хотелось сталкиваться с чужими родителями, перспектива остаться среди сена и неоклеенных деревянных стен пугает его больше, нежели допросы и допытывания. В этом случае он сможет отмолчаться или даже повторно убежать, клопы же будут безжалостны ночь напролет.
- Хорошо, - устало соглашается, обрывая Кларка на конце фразы. Довольно уговоров, Уэйн принял решение. К тому же, уговоры с ним плохо работают, а Кларк и так сделал достаточно. В какой-то момент все это становится похоже на фарс, а Брюсу претит быть капризным истеричным ребенком, которого все пытаются развлечь и развеселить. Он не малыш. И он не царевна-несмеяна. И даже давно уже успокоился. Кларку стоит уяснить это, даже если назавтра они расстанутся навсегда.
"Оставь. Пустое," - велит он сам себе, усмиряя эго. Фермерский сын и без того сделал для него то, чего не должен был, а брататься им не пристало, так что все остальное - неуместно. Брюс только подхватывает один из бутербродов и весь путь с аппетитом уплетает поздний ужин, поражаясь вкусноте и простоте блюда. Вероятно, слезы, испуг и расстройство возбудили его аппетит до такой степени, что теперь даже простой хлеб казался маной небесной. Что ж, тем лучше, страдать от голода юноша не собирался, потому что вполне себе осознавал - без сил и еды он не сможет продолжить свой путь. А на том пути, что он избрал, никогда не знаешь, когда поужинаешь вновь, так что нужно было воспользоваться моментом и набить брюхо до отвалу.

- Кларк, - касаясь чужого локтя у самого крыльца домика, что все еще светился теплым солнечным светом изо всех окон, будто сошедший с поздравительной картинки, позвал Брюс.
Помялся, стряхивая крошки с щек.
- Если можно, я бы хотел сразу лечь в постель. Я.. устал, знаешь.
Ему действительно не хочется проходить допросы, выслушивать наставления и рекомендации. Лучше бы ему просто уснуть - а утром все изменится.

+5

13

Кларк не особо рассчитывает даже на простое "спасибо", но неожиданно получает его. И это заставляет думать, что все не так плохо, как могло показаться с первого взгляда. Да и со второго тоже, чего уж греха таить. Наверное, любой другой на его месте мог закатить глаза или выдавить что-то вроде "давно пора", но только не Кент. Он только улыбается и чуть пожимает плечами, мол, было бы за что. Он действительно не считает, что сделал что-то особенное, а потому не заостряет на неохотной благодарности внимания. Просто отходит в сторону, позволяя гостю заняться собой, больше не уговаривая и не тратя лишних слов. Все, что мог сказать, он уже сказал, Кларк никогда особо не был хорош в словесных делах, поэтому все решение оставалось исключительно за Брюсом. Впрочем, даже тут парень умудряется удивить...
Кент не ждет согласия. Он понимает, что гостю хочется, чтобы его оставили в покое и одиночестве. Не самое разумное решение, как кажется Кларку, но кто он такой, чтобы доказывать обратное? Он даже отступает к лестнице, собираясь пожелать спокойной ночи и отправиться обратно в дом. Утром он бы принес завтрак, даже если бы уже было не для кого, но Брюс вдруг вскидывает голову и соглашается покинуть сарай. Кент даже удивленно моргает, смотрит внимательно, будто ослушался, а после расплывается в привычно-глуповатой улыбке, кивая. Так-то лучше! Несмотря на всю свою любовь к амбару, он прекрасно понимает, что с домом ничто не сравнится. Особенно для явно городского молодого человека, которого может испугать забежавшая погреться в сене мышь...

- Пойдем, там тепло и более уютно, - воодушевленно зовет Брюса, будто тот и не проявлял свой характер, ведя его к небольшому домику. Кент никогда особо не задумывался о том, какой у них дом, и насколько они обеспечены, его здесь абсолютно все устраивало и все нравилось. Да и если быть честным, ему казалось, что лучше и быть не могло. Даже если у кого-то есть замки и прислуга, зато у них нет таких тыквенных пирогов и все понимающих родителей. Поэтому привести в гости даже городского парня - никаких проблем. Кент гордится своим домом. И тем более - ее жильцами. Так что Брюс сам скоро убедится, что ничего плохого его здесь не ждет. Никто не собирается учить его жизни, допытывать номер телефона родителей и далее по списку. За него, конечно, заочно уже волнуются, но у ребят такой возраст, что более старшее поколение предусмотрительно остается в стороне там, где можно остаться.
- Конечно. Если ты уже наелся, я отведу тебя наверх, - без задней мысли соглашается, распахивая дверь и приглашая юношу зайти в светлый и теплый дом, где пахло свежей выпечкой, древесиной и полевыми цветами. Несмотря на то, что гостиная и прихожая были небольшими, здесь было уютно и достаточно свободно, несмотря даже на большой старенький диван и объемные кресла, в одном из которых и отдыха Кент-старший. Он улыбнулся мальчикам, выглядывая из-за газеты и кивнул, явно не собираясь подскакивать и подходить, чтобы хорошенько и с пристрастием выведать, кто же к ним наведался в столь поздний час, да еще и без родителей.
- Вечер добрый, молодой человек, - добродушно поприветствовал, быстро скользнув взглядом по порванной штанине. - Располагайтесь и чувствуйте себя как дома. И не стесняйтесь, возьмите у Кларка домашнюю одежду.
Кажется, на этом все нравоучения были закончены. Мужчина вновь вернулся к изучению газеты, позволяя парням подняться на второй этаж, где и располагалась небольшая комната Кларка, в которой уже суетилась миловидная женщина, меняя постельное белье на кровати.
- Ма, ну ты чего, я бы сам, - оставляя гостя на пороге, быстро прошел к постели, помогая матери и что-то неловко говоря про то, что он бы справился, что совершенно не стоило, они же не дети... Марта только тихо рассмеялась, тщательно взбивая подушку и после оборачиваясь к Брюсу, смотря добрым и открытым взглядом. Здесь хорошо относились к гостям, даже к неожиданным, поэтому даже и удивляться не стоило. Возможно, это их судьба - помогать подросткам, которые немного заплутали. Оставалось надеяться, что хоть у этого мальчика есть родня...
- Здравствуй, я Марта Кента, мама Кларка, - подхватывая с полки свежее полотенце и домашние футболку со штанами, она протянула это Брюсу, едва ощутимым жестом смахивая крошку с его щеки. - Если тебе что-то понадобится, спроси у меня или Кларка, хорошо? Располагайся, отдыхай. Вечер наверняка был тяжелым. Оставь одежду за дверью, я ее постираю.
Похлопотав вокруг гостя, Марта все таки поддалась молчаливому взгляду сына и поспешила ретироваться, не преминув дать совет о том, что еду он может брать в любое время на кухне, и чтобы гость не серчал, что дом просыпается рано. В конце концов, фермеры есть фермеры, всегда встают засветло. Но они постараются быть тихими и не разбудить.

- Прости, - с легкой улыбкой извинился, ловя взгляд Брюса. - Но теперь тебя точно никто не побеспокоит. Ванна за той дверью. Мама тебе оставила печенья и молока. Я буду внизу в гостиной. Если вдруг что... Думаю, ты уже понял.
Тихо рассмеялся, понимая, что повторяет все это уже в третий раз, а после смущенно продвинулся к выходу, замирая на пороге и почесав свой затылок. Он чувствовал, что парень нуждается в компании, но тот так явно этого избегал, что Кент просто не мог навязываться. И сейчас он прибывал в неком замешательстве, не зная, как поступить...
- Ну... я пойду. Спокойной ночи, Брюс, - он так легко называет его по имени, будто они сто лет знакомы. Обычно у Кента не получается так легко заводить знакомства, но сейчас вышло само собой, он этого даже не замечает. Может быть, он что-то чувствует внутри этого парня, да только сам не может понять, что именно. Но если повезет, он сможет это узнать.

Отредактировано Clark Kent (29.09.2015 09:38:12)

+5

14

Конечно же, разминуться с чужими родителями не выходит. Как бы Брюс не желал, чтобы этот уютный, пропахший домашней выпечкой домик оказался пуст, в нем кишмя кишит жизнь.
Внизу, в кресле, читает газету отец. Внутри Брюса все сжимается и звенит, он весь напрягается, готовясь дать отпор, но - ничего не происходит. Его не трогают и не пытают, не хватают за руки в попытке вернуть домой.
- Добрый вечер, - эхом лопочет Брюс, сверкая темно-синими, почти черными от пережитого стресса глазами на мужчину. Тот уже почти пожилого возраста, но выглядит крепко. Для пятнадцатилетнего мальчишки мистер Кент почти старик, и ему бросается разница в глаза: собственный отец выглядит моложе, стройнее и подтянутее.
Воспоминание о Томасе терзает юношу, и уже в следующее мгновение он становится еще более холодным и замкнутым. Не отзывается на предложение Кента-старшего, лишь холодно коротко кивает головой (Сам разберусь!) и пулей кидается вслед за Кларком к лестнице, спеша укрыться от чужого взгляда. И что в том, что их отцы слишком разные? Отец кларка, по крайней мере, этот вечер проводит дома с газетой в руках. Он в курсе, что в их доме новый гость, и даже видел его своими глазами. Он, очевидно, принимает участие в жизни своей семьи - и своего сына в первую очередь, и это осознание больно задевает мальчишку.

"А мой даже не знает, что меня нет дома! Дай бог, к следующим выходным заметит."

Силясь крепиться, он шустро взбирается по ступенькам, изо всех сил стискивая пальцы в кулаки. Его почти трясет, он хочет как можно скорее забраться под одеяло и забыть думать обо всем на свете.
Но и здесь ему не везет; в комнате возится мать Кларка, готовя постель для гостя. Фермерский сын смущен не меньше, чем его гость, уж с этим они справились бы и сами. К тому же, чужое постельное белье сейчас волнует Брюса меньше всего - лишь бы клопов не оказалось, и на том спасибо.
Чужая мама вводит его в растерянность и расстройство. Словно запнувшись, юноша останавливается на пороге, чуть в стороне от двери, будто испуганный зверек силясь найти себе укромный уголок и спрятаться. Пока она хлопочет вокруг, Брюс замирает каменным изваянием и почти не шевелится, смотря строго себе под ноги. Даже когда она мимолетно касается его щеки, чтобы отряхнуть крошки, он лишь кусает губы, уставившись в пол, хотя кулаки заметно дрожат, а глаза быстро наполняются слезами. И - нет! - это вовсе не оттого, что он соскучился по женской домашней ласке, просто..
"Марта!"
В голове бьется это имя снова и снова. Как же иронично! Мальчик-фермер с любящим отцом и матерью, живой и теплой, которую зовут Марта. Да у этого парня было все, о чем Брюс только мог мечтать этим унылым вечером.

Кларк еще что-то говорит и говорит, а после, смутившись, наконец затихает и уходит. Брюс ощущает себя словно сунутым в воду - он почти ничего не слышит и с трудом двигает конечностями. Он еще некоторое время топчется у кровати, что заботливо застелила ему чужая мать, ощущая ее прикосновение у своей щеки, а после все же забирается под одеяло и укрывается с головой. Он бы никогда не заплакал по столь глупому поводу!, но сейчас снова плачет, будто маленький ребенок. И хотя после ему будет стыдно, сейчас он позволяет себе эту маленькую слабость.
Просто потому что у него больше нет мамы. Его Марта, Марта Уэйн, умерла и больше никогда не будет с ним рядом.
Постепенно рыдания выматывают его, и юноша все-таки забывается тревожным сном. А с утра просыпается рывком, испуганный и не понимающий, что произошло. Поначалу в голове каша, а лицо щиплет от ночных слез, однако он очень быстро приходит в себя - и осторожно выбирается из комнаты. Кажется, еще очень рано, на улице чуть светлеет. Возможно, из-за переживаний ему не удалось как следует заснуть, однако внизу уже слышатся звуки и возня. Похоже, не он один не спит этим ранним утром.
Аккуратно подбираясь ближе к источнику звуков, Брюс находит чужую маму на просторной кухоньке, уже занятую своими хлопотами. Она ловко что-то стряпает, моет и чуть слышно напевает себе под нос. Она такая живая и настоящая, солнечная и позитивная, что поневоле юноша засматривается, позволяя себя обнаружить (кто угодно заметит этот соляной столб в дверях, стыд и позор!).
- О, ты уже проснулся! - жизнерадостно зовет его Марта, и хотя Брюса посещает желание дать стрекоча прямо сию минуту, он все же остается на месте и робко кивает. От вчерашней злости и обиды на весь мир не осталось и следа, слезы опустошили и вымотали его, теперь ему лишь самую малость интересно. Словно на экзотическое животное, он смотрит на чужую маму. Она так близко, она так раскованна. Совсем не как мертвая, дорогая ему женщина, навсегда застывшая с ненастоящей улыбкой в редких снимках по углам огромного особняка.
Марта Кент и Марта Уэйн совсем ни капельки не похожи, одна светловолосая женщина с фермерскими формами, вторая утонченная черноволосая аристократка из высшего общества, и все же.. Это имя магическим образом роднит их. Поэтому, когда миссис Кент зовет его к столу, Брюс почти не колеблется и послушно тянется навстречу. Он забирается на высокий деревянный стул и поджимает ноги, чуть втянув голову в плечи, словно боясь обнаружить свое любопытство. И следит, следит за каждым ее движением, запоминая что и как она делает. Марта очень ловка во всех этих женских штучках по хозяйству, этого не отнять.
- Скоро будет готов завтрак, - женщина не досаждает ему разговорами, но одно ее присутствие успокаивает юношу. - Будь так добр, разбуди Кларка?
Кларк. Конечно. Ее настоящий сын.
Медленно просыпаясь от мечтаний, что успел надумать себе, в ожидании невесть чего сидя за столом (одна большая, полная семья, с любящим отцом и заботливой матерью, пускай и среди полей и лугов, фермерская деревенщина - неважно!), Брюс нехотя покидает свой наблюдательный пункт, изредка кидая через плечо настороженные взгляды. Она никуда не уйдет? Останется здесь? Не исчезнет? И все же поднимается по лестнице наверх, разыскивая своего вчерашнего знакомого.

Фермерский сын вскоре находится. Он дрыхнет в одной из комнат на узком для него диванчике, и его длинные крепкие ноги торчат из-под одеяла и свисают с края. Неудивительно, такой кабан! Для его возраста выглядит очень крепким! Наверное, это из-за деревенской работы и свежего воздуха.
Поколебавшись, Брюс зовет издалека:
- Кларк?
Но тот продолжает ровно сопеть, и юноше приходится придвинуться чуть ближе.
- Кларк? Тебя зовет ма..
Сглатывает. Как же сложно!
- Мама.
Чужая мама. Да еще и Марта! Ему до сих пор не верится.
Цепляя край одеяла, он осторожно тянет на себя. Хватит уже спать, большой фермерский теленок, пора подниматься! Другой вопрос, что он сам здесь делает. Разве не нужно было убежать еще с утра, стоило лишь открыть глаза? Но он до сих пор тут - вот он, полюбуйтесь! - будит фермерского увальня, чтобы тот поспел к завтраку, приготовленному его чудесной мамашей. Какая ирония.

+7

15

Кларку очень неловко оставлять гостя одного, когда тот настолько опечален. Пусть он и не понимает, отчего Брюс мрачен и подавлен, но сейчас сама причина не кажется слишком важной, больше занимает, как можно помочь и отвлечь, может быть, поговорить и выслушать... Жаль только, что парень этого явно не желает. Весь его вид не просто просит, кричит о том, чтобы его оставили в покое и одного. Ему нужно личное пространство прямо сейчас, пока он вновь не сорвался на агрессию или что похуже. И что самое удивительное, Кенту-младшему кажется, что он понимает это состояние. Потому что сам прошел через нечто подобное, когда понял - он не просто живет со вторым "Я" внутри, он вообще не из этого мира, не принадлежит ни этой планете, ни этим людям, что его нашли и приютили. Он тяжело переживал это открытие, хотелось спрятаться от всех, чтобы никто не нашел, не заметил растерянности и страха, не говорил, что понимает, когда на самом деле никто не мог бы этого понять. Ему так хотелось просто упасть в темном углу и никогда оттуда не выходить... Ему помогли родители. Вытащили наружу, заставили снова смотреть на мир с осознанием того, что здесь теперь его дом. И если бы не родные люди, кто знает, как бы он справился со всем этим... И сейчас Кларку оставалось надеяться, что рядом с Брюсом есть такие люди. Просто он сейчас на самом пике отрицания и переживания. А едва знакомый парень с фермы совсем не тот человек, которому ты легко доверишься и позволишь себе помочь. Как ни прискорбно...
Кларк тихо запирает за собой дверь и замирает на несколько мгновений. Нет, он не подслушивает, но особый слух просто не оставляет выбора - он слышит, как молодой человек в комнате плачет. И у самого сердце сжимается, потому что подсознательно Кент понимает, что так можно отчаяться, только если кого-то потерял. Близкого и родного. И как вот здесь можно помочь? Только и правда оставить в покое и не тревожить. Дать немного времени, а завтра он наверняка окажется в семье, где за ним присмотрят. Почему-то Кларку кажется, что все семьи обязательно такие. С поддержкой, взаимопониманием и чутким вниманием друг к другу. Ведь если даже не родные по крови окружают такой заботой, что уж говорить про родню.

Родители не тревожат гостя, даже больше о нем не расспрашивают. Только Марта тихо делится с мужем переживанием о том, что мальчик слишком опечален и потерян, что они должны будут что-нибудь для него сделать. Джон обещает присмотреть за их гостем, и Кларк точно знает, что это отнюдь не означает, что они окружат Брюса пристальным вниманием, пока не узнают, куда бежать и кому звонить, чтобы его забрали. Но все равно сумеют это мягко выведать, потому что подросток в чужом городе, без родителей рядом, это не просто нехорошо, это очень и очень плохо. И лучше они помогут ему, чем связываться с полицией и поднимать шум. И Кларк был им благодарен за тактичность и понимание. И в который раз поставил себе мысленную заметку все таки чему-то научиться у своей семьи...
Заснуть не получалось слишком долго. Диван был маленьким и коротким, непривычно жестким и неудобным. Пусть его кровать тоже не отличалась царским размахом, но хотя бы приходилась впору. Нет, он не жаловался, просто пытался хоть как-то уместить свои руки и ноги, чтобы они не касались пола и при этом не сворачивались в странные загогулины. А уж о сотне мыслей в голове и упоминать не стоит.
Принять более или менее нормальную позу удалось уже только глубокой ночью, и только поэтому парень умудрился проспать рассвет. Обычно он вставал до того, как поднимался отец, а мать начинала готовить завтрак, но только не сегодня. Трудная ночь дала о себе знать, и Кларк крепко спал, уткнувшись мордой в подушку, не реагируя на тихий почти еще незнакомый голос вчерашнего найденыша. Там, во сне, он все еще летает над Смоллвиллем, осматривая его будто свои владения, заглядывая в каждое интересующее окно и распугивая голубей с ближайших полей. Во сне эти ощущения приятные, он будто дает своему альтер-эго насытится свободой, чтобы при пробуждении он вновь ушел далеко в подсознание, не проявляя свой дурной нрав. Но это утро все же немного отличается от привычного. Особенно тем, что его будит новый знакомый, а спасительные очки чуть сползли с лица, повиснув на самом кончике носа.
Рефлексы срабатывают первыми. Чужая рука еще тянет его одеяло, а крепкие пальцы уже обвивают тонкое запястье, заставляя притормозить. Цепкий, жесткий и пронизывающий взгляд вспыхивает поверх очков, смотря в синие глаза напротив. Кажется, еще секунда, и совсем незнакомый парень с дивана оставит лишь горку пепла от того, кто посмел нарушить его сон. Вторая рука уже тоже тянется к нему, но вдруг дергается и рывком поправляет очки на переносице. И на Брюса совершенно растерянно и заспанно взирает Кларк, сейчас очень похожий на взъерошенного пса. Все это случилось буквально за мгновение, всего лишь показалось, а моргнул - наваждение пропало. Ничего общего с тем холодным взглядом и глазами спаниэля, которые сейчас смотрели на гостя. Пальцы вмиг разжались, выпуская чужое запястье, и Кент сонно улыбнулся, неловко почесав себя по затылку, растрепав и так спутанные волосы.
- Прости, очень крепко спал, - он отчаянно зевает, но все же поднимается с дивана, сразу же возвышаясь над Брюсом, но выглядя при этом совершенно беспомощно - деревенский увалень, такого и обижать-то грешно, все равно не сможет ответить. И Кларк не притворяется, он правда в жизни немного неловкий и неповоротливый, хорошо еще, что не осознал утреннего маленького инцидента, иначе бы выглядел еще более сконфуженно.
- Уже завтрак готов? Здорово... - Кларк привычно быстро складывает постельное белье, прибирая за собой, а после оборачивается к гостю. - Я только умою лицо и приду. Спасибо, что разбудил.
Кларк быстро ретируется наверх, приводит себя в порядок и спускается вниз уже собранным и причесанным. Мама вовсю возится вокруг гостя, подкладывая ему оладьи из кукурузной муки и жареный бекон - лучшее начало дня для всех здешних фермеров. Свежий сок и ароматное кофе дополняют вид небогатого, но зато домашнего завтрака. Парень быстро целует маму в макушку и усаживается за стол напротив Брюса, приветливо ему улыбаясь. Отец семейства уже тоже здесь, сидит молча, почитывая уже утреннюю газету, будто все так, как и должно быть - два мальчика завтракают в кругу семьи, все по-домашнему спокойно и уютно. Только Кларк чуть напрягается, когда отец откладывает газету, берясь за чашку кофе и окидывая отеческим взглядом обоих юношей.
-Брюс, - зовет мягко, аккуратно, давая понять, что никто не собирается здесь его в чем-то уличать или к чему-то принуждать. Он лишь высказывает свое беспокойство, и молодому человеку нужно всего лишь его развеять. -  Если тебе будет нужно в город, дай знать, Кларк тебя отвезет. Если ты заблудился, мы поможем найти семью. И мы будем рады, если ты останешься погостить. В гостиной есть телефон, чтобы ты мог предупредить родных. Уверен, они волнуются о тебе. Скажи им, что ты в порядке.
Они его не выгоняют, видно по открытым и душевным лицам, они волнуются и лишь хотят, чтобы где-то такие же родители не сходили с ума от беспокойства. Но на этом все. Марта мягко касается кончиками пальцев ладони Брюса, показывая, что все хорошо, а после желает всем приятного аппетита, и разговор о госте заканчивается. Это все, что им пока было сказать молодому человеку. Кларк смущенно улыбается Брюсу через стол и протягивает ему плошку с патокой для оладьев. Спрашивает, хочет ли тот сока и предлагает после завтрака показать ферму. Кларк старается хоть немного сейчас отвлечь парня, ввести в непринужденный разговор и, если получится, развеять. Плотный завтрак, свежий воздух, просыпающаяся природа - это действительно может проветрить голову и хоть немного привести расшатанные нервы в норму. Кент не напрашивается, только предлагает. Хотя, наверное, это немного странно для Брюса, который впервые встречается с этой семьей, а уже впущен в маленький круг, как давний друг. Но для Кентов это норма. Они открытые люди, готовые помочь и поддержать в беде даже незнакомца. И Кларк воспитан точно так же. Как он может просто взять и отвернуться от Брюса, который вчера выглядел так, будто весь мир ополчился против него? Оставалось лишь надеяться, что он его подпустит. Хотя бы самую малость. Этого будет достаточно.

+5

16

Брюс не успевает додумать свою мысль о побеге. Еще вчера у него был четкий план, включающий в себя идею как можно скорее скрыться с этой фермы, покуда чужие родители не проявили к нему чуть больше внимания. Да и паренек этот ему совсем не нравился - слишком докучливый.
Но все мысли разом выбивает, когда за руку хватает Кларк. Его взгляд совсем не сонный и не расфокусированный, как бывает у людей поутру. Он злой, внимательный и колючий. Пожалуй, мог бы испепелять взглядом - от Уэйна осталась лишь горстка пепла. Пожалуй, он даже может это сделать (на самом деле!), только медлит, будто что-то его останавливает.. Эта догадка внезапно ошеломляет. Брюс не понимает, почему думает именно так, но уверенность крепнет - и внутри все леденеет от ужаса...

А после Кларк зевает - и наваждение проходит.

Отнимая ладонь, Уэйн отшатывается. Кричать в испуге и бегать по дому, вскинув руки над головой с требованиями объяснений, ему не хочется. Он лишь трет сдавленное запястье, смотря на поднимающегося юношу настороженно и недоверчиво.
"Что с ним такое?"
И эта маленькая, внезапно открывшаяся тайна манит его. В его жизни обычно все четко и распланировано. Он точно знает, где будет учиться, куда поступит и чем станет заниматься до конца своих дней. Гарвард, семейный бизнес, скучные приемы и кипа важных бумаг, у него просто нет и никогда не было иных вариантов. Лишь смерть матери внесла в эту размеренную программу немного смуты, но как только семейство оправится - Брюс знал - все вернется на свои круга.
По правде, быть богатым очень скучно. Несмотря на перманентную "санту-барбару" и увеселительные "придворные интриги", в большинстве своем являться аристократом означает лишь скуку смертную. Тебе нужно быть важным и деловым, носить костюм, иметь пару высших за плечами, строить томные взгляды и разбираться в куче умных слов. Тебе необходимо посещать унылые приемы, интересоваться оперой и балетом, разбираться в мазне великих художников, ценить разные странные и безумно дорогие вещи, кататься аки сыр в масле, а еще знать в лицо всех таких же важных и богатых особ. Скорее всего тебе придется дружить с неинтересными тебе, но важными для бизнеса людьми, да и брак твой, вероятно, случится по расчету.
Вот такая скука. В отличии от двоюродного брата, который будто бы наслаждался всей этой тягомотиной. активно вникая в дела семьи, Брюс не желал себе подобной участи.

И сейчас что-то неизведанное, что-то необычное манит Уэйна-младшего, будто мотылька на огонек. Он напуган, но вместе с тем заинтересован. Он знает все о делах своей семьи и разбирается в сотне сложных вещах, но он никак не может понять, что же такое с мальчишкой напротив.
- Доброе утро, - недружелюбно тянет, провожая взглядом переваливающегося Кента, что возится с кроватью, а после скрывается в ванной комнате.
Не удерживается и подходит ближе к скрипучему диванчику, тайком исследуя его, будто там сокрыта подсказка. Он ничего не находит, конечно же, и вынужден спуститься обратно на кухню, где получает от Марты пирожок за старания перед завтраком. Она все еще мила и добра к нему, и понемногу юноша расслабляется.
Завтрак проходит в приятной, ненавязчивой обстановке. Брюс ощущает себя если не гостем, то знакомым семьи. Он не чужак, случайно привезенный фермерским сыном, и уж тем более не непрошенный гость. Он будто всегда здесь был. С ним говорят, шутят, ему предлагают добавку. Все это пьянит и волнует юношу, он ощущает себя в водовороте чего-то, что не может остановить. Это напрягает его, вызывая опасения, но вместе с тем ему почти плевать. Слишком давно у него не было такого простого, лишенного всякого смысла завтрака в кругу семьи, пускай и чужой. Они просто едят все вместе. обсуждая всякие глупости, не интересные никому, что создает за столом дружелюбную атмосферу. Брюс с тоской припоминает свой последний завтрак в поместье, когда Дэмиан хранил ледяное молчание, отец вообще не явился, а сам юноша сбежал уже через пару минут после начала, отказавшись принимать пищу в подобных условиях.

Вздыхая, он откладывает вилку и сыто жмурится. План побега окончательно меркнет в его голове. Да и куда ему идти? Кругом лишь пустые поля и страшный лес.
- Спасибо, - медля, все же отзывается. Ему не нравится, что Кент-старший все же опускается до нотаций, но в компании взрослых это неизбежно, видимо. Выбираясь из-за стола, он относит тарелку к мойке. Обычно в семье они этого не делают, на это у них имеется дворецкий и иже с ним, но сейчас ему очень хочется помочь Марте. Пожалуй, Брюс бы даже сам вымыл тарелку, если бы знал, как правильно это делается.
Медля, он еще немного мешается под руками женщины, а после все же сдается и отступает.
- Я воспользуюсь телефоном, - голосом хорошего мальчика соглашается с чужим отцом, и в самом деле отправляется на поиски аппарата. Просто потому что побег все равно не удался и его, вероятно, очень вскоре обнаружат. Глупо затягивать драму, когда драмы не вышло.
Набирая номер поместья, Брюс коротко сообщает дворецкому, что находится в гостях у своих новых друзей и вернется не скоро, а после опускает трубку на рычаг. Теперь, по крайней мере, его не будут искать с собаками и мигалками, если вообще собирались.
"Они даже не заметили," - напоминает себе с упрямой подростковой уязвленностью, а после возвращается мыслями к семейству Кентов. Ему неоднозначно дали понять, что он может задержаться сколь угодно долго, и хотя ему несвойственно навязчивое внимание к абсолютно чужим людям, в этот раз все иначе. Ему безумно хочется провести еще немного времени рядом с Мартой. А еще понять, что же не так с тем мальчишкой..

Решительно выдыхая, Уэйн кивает сам себе. Решено! Он останется здесь ненадолго - до тех самых пор, пока не достигнет своих целей. В конце концов, ему все равно нечем заняться, а замерзать среди молчания и всеобщей отстраненности в стенах особняка всяко хуже, чем здесь, в деревне среди малознакомых людей.
- Кларк! - нетерпеливо зовет. Он привык общаться с людьми в подобной манере, его сложно винить. - Покажи мне здесь все. Я никогда не был на ферме.

+5

17

Все проходит очень гладко, и Кларк не может не почувствовать облегчение. Вчера Брюс казался очень колючим и недружелюбным, и парень невольно переживал, не переключится ли подобное отношение и на родителей, но нет... Гость ведет себя очень тихо и спокойно, даже дружелюбно, он ест, слушает чужие разговоры, Кларку даже кажется, что однажды различил легкую улыбку, когда Марта подложила ему добавки, сказав, что детям из города надо больше кушать. Это вполне обычная материнская забота, мамы всегда считают, что кто-то ест очень мало, но сейчас, наверное, вот это, самое простое отношение, все же сглаживает все, что произошло вчера или могло случиться сегодня. Кент-младший рад, что все сложилось именно так, ему бы не хотелось делать замечание парню, который выглядел так, будто у него на глазах весь мир перевернулся. Тем более, когда он понятия не имел, почему тот так себя чувствует... Но завтрак расставляет все по своим местам. И дышать становится спокойнее.

Когда Брюс поднимается из-за стола и все же идет искать телефон, Кларк привычно начинает помогать матери по кухне. Она, конечно, убеждает, что все хорошо, что справится сама и нужно уделить время гостю, но тот все равно пока занят, верно? Несмотря на то, что парень кажется неповоротливы и неловким, Кент быстро справляется с посудой, убирает на верхние полки сковородки и даже складывает обед отца в пакет. Джон уже собрался в город, очередные проблемы с ссудой на содержание фермы не давали времени на передышку, они уже шутили в семье, что в банк как на вторую работу, некогда даже заниматься посевом, чтобы после отдать то, что пытался взять. Шутки шутками, но Кларк прекрасно понимал, как это важно. Как и то, что он теперь достаточно взрослый, чтобы брать на себя ответственность и львиную долю работы по ферме. Несмотря на то, что ему нужно было учиться, он всегда больше времени уделял семейному делу. И сегодня не будет исключением, он только немного погуляет с новым знакомым, покажет ему тут все, чтобы он не заблудился или смог заняться чем-то более интересным, когда Кларку придется снова вернуться к ремонту изгороди у кукурузного поля.
- Ты уже позвонил родным? - взъерошенная голова появляется из-за двери буквально через секунду после того, как Брюс нетерпеливо его зовет. Кларк улыбается, несмотря на приказной и немного заносчивый тон парня, будто и не замечая его. Впрочем, и мать не замечает, с причитаниями выгоняя мальчишек на улицу, чтобы не мешали тут готовить обед. Она шутит, это видно по улыбке и блестящим глазам, но немного строгости с молодняком - куда без этого? Кент хмыкает и кивает Брюсу головой, чтобы шел за ним. Тут есть, что показать и посмотреть, ферма достаточно большая, хоть и становится убыточной из-за неподъемных процентов и ренты оборудования. Но об этом он определенно не собирается говорить. Это дела семьи, которые никого не касались.

- Здесь у нас коровник, - Кларк распахивает двери, показывая на удивление чистое и опрятное стойло, хоть сейчас на рекламные картинки. В помещении даже пахнет просто молоком и шерстью, но никак не навозом и прочими прелестями. Каждая корова чиста и ухожена, за ними приглядывает Марта, а по-другому она не умеет. - Их немного, держим для себя в основном. Так... а вот там у нас курятник.
Он машет рукой на небольшие домишки, где важно восседают наседки. Он даже аккуратно берет одну в руки, доставая из-под нее яйцо, демонстрируя городскому гостю. Может, тому и не интересно на самом деле, но Кларк здесь вырос, тут все ему родное и всегда казалось, что ему было бы любопытно узнать, что как устроено, вырасти он в других условиях.
- Из него вылупится цыпленок, брать нельзя, - Кент уже отлично разбирается во всех тонкостях, складывает яйцо обратно и возвращает наседку на место, чтобы отвести Брюса дальше, к совсем небольшой конюшне, где примостились жеребец и лошадь. Самые простые, не породистые, чернявая да коричневая, но зато очень ухоженные и любимые. - Наша гордость. Отец говорит, что у прадеда были огромные конюшни, но это все, что осталось. Слишком затратно содержать. Они спокойные, захочешь покататься, дай знать, я подготовлю.
Кларк возвращает Брюса к амбару, потом показывает мамину оранжерею, где растут пионы, розы и гвоздики, сразу же выделяясь на общем фоне обычной растительности и кукурузы. Но Марта очень любит утонченные и красивые цветы, а потому садик действительно славный. Кент показывает и небольшое озеро рядом, где можно отлично порыбачить. А напоследок останавливается у кромки кукурузного поля - оно кажется огромным отсюда, но Кларк-то знает, что для продажи выходит совсем немного. Урожай не очень задался...
- Вот и все... Ничего лишнего, так сказать, - Кент все еще тот же дружелюбный и открытый парень, больше никаких оказий с ним не случается. Он часто поправляет очки, взъерошивает темные волосы и чуть неловко переступает с ноги на ногу, когда они останавливаются. Но все это вряд ли можно назвать странным или настораживающим. - Мне сейчас нужно заняться ремонтом изгороди на том конце поля. Если хочешь пойти, я возьму инструменты и корзинку с ланчем у мамы, там рядом лес, можно погулять или просто.. не знаю... отдохнуть... Или можешь остаться в доме, я вернусь часа через три.
Он не знает, что тогда они будут делать. Останется Брюс или все таки уйдет, нужно будет его проводить, или он откажется от помощи. Здесь его никто ни к чему не обязывает, поэтому решение оставалось за гостем. Он мог побыть с фермерским мальчишкой и просто порасспрашивать того о Смоллвилле или ферме, мог побыть в доме, где Марта готовила обед, сам пройтись по ферме или даже отправиться спать. У Кентов было одно единственное правило, что касалось гостей - они должны были чувствовать себя как дома. И Кларк просто не мог настаивать, чтобы новый знакомый пошел с ним, чтобы провести еще немного времени вместе.

+6

18

Брюс кивает вопросу Кларка, но не опускается до подробностей. Думается ему, фермерскому мальчишке абсолютно все равно, кому и как звонил его незваный гость. Покуда сюда не прибыла стая местных полицейских с собаками, дабы вызволить заложника, все в пределах нормы.
Марта Кент, эта добродушная, пахнущая выпечкой и кукурузой женщина с крепкими, словно бы молодыми ладонями, уже гонит их прочь. Они и сами собирались пройтись, но это добавляет перчинки в ситуацию. Теперь они словно бы изгнаны из дома, так что становится весело. Кларк смеется и шутливо препирается с матерью перед выходом; Брюс ощущает, что у него дрожит уголок губ в попытке сложиться в улыбку.
- У тебя веселые родители, - делает короткое, холодное замечание, но сам-то знает, что это почти комплимент. К то же, обычно ему дела нет, но сейчас его безумно тянет говорить об этом, так что он ругает сам себя за слабость.

Всю оставшуюся часть экскурсии Уэйн ходит за фермерским сыном и проницательно подмечает детали. Ферма весьма ухожена, но не идеальна. Где-то забор покосился, где-то дыра в сетке, у амбара боковая стена прохудилась. Наверное, собственное хозяйство - это тяжело. В работе на дядю есть свои преимущества, когда ты можешь не сделать или просто сменить работодателя, здесь же, на этой ферме, все зависит от тебя - или ты делаешь, или же не сделает никто. И Брюс ощущает знакомое ощущение, ведь с семейным бизнесом точно также. Пускай там меньше необходимость работать руками, тем не менее ситуации весьма схожи.
В какой-то момент ему становится смешно оттого, что он ощущает родство с фермерскими работягами. Быть честным, между ними - ничего общего.
- Можно будет взять цыпленка? - когда, наконец, они все осмотрели, спрашивает Брюс. Он не знает, зачем ему цыпленок, но его неминуемо тянет стать частью всего этого хозяйства. Лошадей он любит, но не готов лезть на спину одной из них прямо сейчас. Коровы унылы, а прочая живность слишком суетлива.
- Я видел там такого.. черного
Черные курицы - редкость. По крайней мере, Брюсу так кажется. Он не рассчитывает всерьез, что ему позволят забрать цыпленка, но это отличный шанс поддержать разговор. К тому же, они почти закончили осмотр территорий, включающих в себя конное стойло, оранжерею и просторные поля, так что делать в любом случае решительно нечего. Юноша думает о том, чтобы вернуться в дом и путаться до вечера под ногами у Марты, заставляя ее ненавязчиво обращать на себя внимание. Может, она снова даст ему пирожок или заботливо пригладит волосы?

Кларк все топчется и поправляет очки. Брюс постоянно отвлекается на его жест, и ему чудится в этом что-то ненормальное. Ему достаточно часто встречались люди, носящие очки, но ни один не поправлял их с такой маниакальной частотой.
- Думаю, я останусь в доме до обеда.
Ему вовсе не хочется тащиться с Кларком чинить изгородь и преть на солнышке. Еще только май, но на улице стоит теплая погода, а солнце местами даже пригревает. Брюс не одет так, чтобы провести день на открытом воздухе, да и вообще его, честно сказать, не сильно тянет.
Срывая один из початков кукурузы, пока они стоят на краю поля, протягивает ее Кларку, чтобы занять его руки:
- Отнесем твоей маме? - предлагает и, приподнявшись на носочки, просто снимает очки с носа Кента-младшего.
В его действиях нет ничего внезапного. Он просто чуть тянется вверх, просто приподнимает руки, и будто бы лениво и медленно снимает чужие очки, пристально глядя в глаза напротив. Остановить его практически невозможно, это одна из тех ситуаций, что происходит неминуемо и неотвратимо - и предсказать ее фактически нереально. В Брюсе ничто не выдает его намерений, он расслаблен и естественен, поэтому предугадать или вовремя остановить просто не выходит.

Кларк выше его на голову, Брюсу приходится балансировать на носочках. Задумчиво поворачивая в пальцах очки, пожимает плечами:
- Не могу понять, что с ними не так? - еще успевает спросить. - Они тебе большие? Можно подтянуть дужки.
Это очевидно, что очки доставляют Кларку дискомфорт. Они постоянно сползают, он их постоянно поправляет и подтягивает. К тому же, он в них спит, что не совсем правильно.. Так что Брюс решает проявить внимание. А еще проверить реальность того, что он видел с утра.
"А теперь покажи мне, что с тобой не так."

+4

19

Кларк чувствует себя немного неловко. В его жизни было не так много друзей и даже просто знакомых, учитывая некоторые его особенности, а потому ему кажется, что общается он не ахти как. Возможно, он должен быть чуть более болтливым? Или наоборот говорить поменьше? Улыбается слишком часто? Очень много вопросов, на которые у Кента нет ответа. У него есть несколько знакомых, но их общение ограничивается исключительно школой, а друг детства был оставлен в прошлом исключительно ради безопасности последнего, поэтому... Кларк неслышно вздыхает и снова улыбается. Это получается у него на автомате, пусть он даже и чувствует себя после очень глупо. Но Брюсу придется смириться, что на этой ферме пообщаться можно исключительно с ним. Пусть даже вот так неловко...

- Конечно. Можешь взять, только обязательно потом верни наседке, - Кларк не видит ничего предрассудительного в том, что парень хочет поиграть с цыпленком. Пожалуй, на ферме это самое безопасное и милое создание, которое можно найти, поэтому пусть развлекается. Как раз займет себя, пока сам Кент будет заниматься делами - он не может пропустить сегодняшний день даже если у него гости. Он обещал отцу поправить изгородь, а свои обещания он всегда сдерживает. Да и потом, он точно знает, что если пропустит хоть раз, на завтра работы станет только больше. Так что он лучше потратит сейчас пару часов, чем завтра с рассветом уйдет в поле, чтобы вернуться только к ужину. Брюс, кажется, все прекрасно понимает и даже решает провести время дома, не особо впечатленный предложением уйти в самый солнцепек в поля. Кларк даже тихо усмехается - оно и понятно, он бы и сам с радостью остался здесь, да вот только не может.
- Тогда я пойду, а ты... - Кент не успевает договорить. Потому что совершенно точно не ожидает того, что происходит дальше. От слова совсем. Он еще успевает додумать фразу в голове - "отнеси початок маме, а к обеду я вернусь", но вслух уже не говорит. Кларк даже замечает, как медленно съезжают с его носа очки, снимаемые слишком беспечным парнем напротив. Он понятия не имеет, что творит. Он даже не спрашивает разрешения. И он вгоняет Кента в секундную панику, когда ты успеваешь все осмыслить, но вот сделать уже - ничего. И это самое ужасное чувство, которое когда либо его посещало.

Самый настоящий испуг и ужас в глазах гаснут. Вскинутая вверх рука, что пыталась перехватить чужое запястье, так и замерла в воздухе. Но уже через мгновение все меняется. Настолько молниеносно, что сразу и не поймешь, что именно произошло, и когда парень напротив успел настолько кардинально измениться. Потому что в фермерском мальчишке не остается ничего из добродушного и будто немного глуповатого паренька. С него то ли стянули маску, то ли просто незаметно подменили, но это совершенно точно не Кларк. Несмотря на кажущуюся схожесть - это определенно не он. Так могли подумать даже те, кто давно его знал. Так чего же говорить о Брюсе, что встретил его впервые лишь вчерашним вечером?
Цепкий, колючий, настороженный взгляд голубых глаз приковывается к бледному лицу напротив. Кал оглядывает незнакомца и недовольно цыкает, незаметным человеческому взору движением вцепляясь в чужой локоть, чтобы не дал стрекоча. Ему не нравится, когда он вдруг оказывается где-то и с кем-то. В такие моменты ему хочется вмазать и Кларку, и его милому знакомому, чтобы такого больше не повторялось. Но вместо этого он с завидной силой дергает парня на себя, заставляя того приподняться на кончики пальцев. Кал нехорошо усмехается, растягивая губы совсем не в дружелюбной и привычной улыбке. Лично его усмешка не предвещает ничего хорошего, так обычно выглядят отпетые хулиганы, которые собрались хорошенько приложить вас в ближайшем переулке. С той только разницей, что Кал может сделать это один и всего одним ударом.
- Трогать чужие вещи без спроса. Нарываться на неприятности, - даже его голос звучит совершенно по-другому. Надменный, холодный, самовлюбленный. Кал-Эл знает свои силы, чувствует свою неуязвимость, что видно во всем его облике. И он любит все это демонстрировать, сейчас будто даже приподнимаясь над землей на пару миллиметров. Хотя, кто его знает, может, просто выпрямился во весь свой рост? Люди ведь не умеют летать.

- Это не твое, - Кал с легкостью вытягивает чужую руку и перехватывает очки. Быстрым движением убирает их в нагрудный карман и только после отталкивает от себя человека. Он кивает ему головой, чтобы убирался отсюда подобру-поздрову, даже не особо замечая, как на долю мгновения его взгляд вспыхнул красным светом. - А теперь пшел с этой фермы, мальчик. Незваные гости нам здесь не нужны.
Кал-Эл не сомневается, что его послушают. Он большой, он крепкий, он сильный, он внушает непонятный страх одним своим присутствием, потому что смотришь и понимаешь - с ним что-то не так. Он не то чтобы плохой или опасный, он просто... иной. Не такой, как все остальные люди. И это отпугивает на уровне самого подсознания. На уровне защитных рефлексов. Если, конечно, они у человека есть. Как и мозги, чтобы вовремя воспользоваться таким щедрым предложением, как по быстрому свалить в закат.

+6

20

Брюс смотрит на очки в своих пальцах, но неизбежно замечает, как над ним что-то разворачивается. Будто пробудившееся чудовище, что поднимает голову, чужая тень почти целиком накрывает юношу, и ему становится неуютно. Боязливо. В груди перехлестывает желанием развернуться и задать стрекоча - но Уэйн лишь упрямо поднимает взгляд, чтобы встретиться с пронзительно-яркими глазами Кента. Тот теперь головы на две его выше и смотрит зло, раздраженно, колюче.
Не нужно быть гением, чтобы понимать, что все изменилось теперь. Сложно понять, что же именно изменилось, но сам факт настолько очевиден, что даже слепой бы это увидел.
- Прости.., - растерянно бормочет, слабо вздрагивая под чужими пальцами, что цепко ловят за запястье и рывком притягивают ближе. Не сопротивляясь, Брюс расстается с очками, возвращая законному (?) владельцу, а после отступает, растерянно потирая запястье.
Что-то в лице напротив пугает юношу до первобытного ужаса. Он смотрит безотрывно, словно боится отвести взгляд. Говорят, зверь не кинется, покуда не прервешь зрительный контакт. И Брюс смотрит так, будто от этого в самом деле зависит его жизнь. И, конечно же, от него не укрывается тот факт, что в глазах напротив что-то блестит багрянцем, что вводит в ступор лишь больше. Что это? Что с Кентом не так?

Впрочем, Брюс быстро приходит в себя. Ему почти не страшно. Может, дело в том, что ему плевать на собственную сохранность. Или же в том, что ценность своей шкуры для него сейчас не имеет значения. После потери матери мир кажется ему чужим и пустым, так что сверни ему сейчас фермерский увалень голыми руками шею, он бы даже не дернулся.
- Эй, - лишь стоит Кенту отвернуться, зовет Брюс. Он удивительно спокоен и собран для того, кто только что столкнулся с необъяснимым феноменом.
- Вернись.
Быстро склоняясь, Брюс подбирает длинную ветку и обламывает с нее пару сучков, так что она становится похожа на длинное шероховатое шило. Закладывая одну руку за спину, юноша принимает позу для фехтования. Он не знает, зачем это делает, но отпускать так просто Кента не собирается. Знают ли его родители о секрете? И куда это существо направится после того, как потеряет интерес к Уэйну? Грабить деревни и сжигать поля? Брюс не сомневается, что _оно_ может.

- Ты не можешь уйти, - упрямо заявляет, держа свою палку так, чтобы не подпустить противника ближе и не дать ему себя коснуться. Мягким, плавным шагом идет чуть вбок, огибая парня полукругом, чтобы рассмотреть, а заодно отрезать ему путь к отступлению. - Я хочу знать, что ты такое? Кто ты?
Брюс понимает, что звучит, будто безумец. Однако его это не смущает. Потому что еще ни в чем он не был так уверен, как в собственном здравомыслии. И то, что он сейчас видит иную форму сознания, не подлежит сомнению. Может, внутри робкого милого Кларка Кента живет его злобный брат-близнец? Или личина Кларка лишь заношенная маска для хитрого социопата? Как бы там ни было, Брюсу хочется разобраться и понять, что именно с его новым знакомым не так.
Потому что, бьется внутри отчаянная мысль, возможно, кто-то именно такой, как альтер-эго Кента, убил и его мать, и его дядюшку. Смешно думать об этом сейчас, в такой момент, но Брюс просто ощущает себя обязанным выяснить и предотвратить возможные инциденты. Возможно, сделай это кто-то раньше, его мать была бы жива сейчас.

Отредактировано Bruce Wayne (05.10.2015 16:00:13)

+6

21

Кал-Элу нет дела до чужих извинений. С того самого момента, как он оттолкнул парня и пожелал убираться подобру-поздорову, то утратил к нему всякий интерес. Он слишком редко бывал на свободе, чтобы тратить свое время на какого-то случайного захожего. Он даже не считает нужным интересоваться, зачем он вообще здесь и как сюда попал. Не знает, не волнует. Все очень просто. А еще ему прямо сейчас необходимо размяться, полетать немного, потаскать трактор, чтобы согреть затекшие мышцы. Все, что делал с телом Кларк - это просто ничто, какой-то детский лепет, тем более когда организм требует большего.  Каждая клеточка тела ноет, требует напряжения и работы, слишком расслабившись, пока им управляет слюнтяй в очках. Но вот незадача, пока этот бледный юноша не уберется с его фермы, ему необходимо ждать. Потому что он помнит о том, что нельзя высовываться. Нельзя всем подряд демонстрировать свои способности и бла-бла-бла. Кала все еще удерживает уважение и любовь к приемным родителям, иначе бы он уже давно показал себя миру. Впрочем, он все равно это сделает, просто не сейчас. Нужно еще немного подождать, окрепнуть, а уж после окончательно освободиться и расправить крылья. Фигурально выражаясь. Пришелец и без оных прекрасно справляется.

Кал не ждет, что его окликнут. И уж тем более будут указывать, куда ему идти или нет. Он и так уже сделал одолжение, проявил то самое человеколюбие, о котором так любит вещать его приемный отец. Но людишки на то и людишки, никогда не понимают с первого раза. Обязательно им надо лезть, куда не просят, интересоваться тем, чем не стоит и совать нос в чужие дела. Вот последнее - это так вообще любимая забава. Кал знает. Потому что искренне считает, что только "благодаря" таким товарищам он вынужден уступать место бесполезному человеку, который тратит их способности и возможности впустую. То есть - никак, будто их и вовсе не было! А все почему? Потому что людишкам интересно, что там у других и как им живется без их любопытного носа? Не было бы никому дела, Кал бы уже давно занял свое место, выбросив в помойное ведро все очки, что нашел бы в доме. Даже родительские, чтобы уж наверняка.

Парень оборачивается медленно, давая оппоненту прочувствовать всю тяжесть совершенной ошибки. Тот не сбежал, остался, да еще смеет с ним разговаривать на его же территории. Кал не хочет больше напрягать свои голосовые связки, порешив, что один слабый удар в грудную клетку вполне разрешит их недопонимание. Но то, что он видит, вводит его в секундный ступор. Это что...ветка? Это настолько неожиданно и, признаться, глупо, что первые пару мгновений пришелец даже не знает, как реагировать. А после разражается громким смехом. Не тем неловким, тихим, будто стеснительном смехе, который можно услышать от Кларка, а  издевательским, колючим, дерзким. Так априори сильный насмехается над тем, кто и в подметки не годится, будто месячный щенок бросается на бойцового мастифа. Презанятное и  забавное зрелище, стоит признать. Кал бы, пожалуй, даже махнул рукой на этого болезного, если бы только тот вовремя прикусил свой язык. Но людишки... Никогда не знают, когда стоит себя одернуть.
- Что? Что я такое? - во всей позе молчаливая угроза. В хищном наклоне головы, во внимательном пронизывающем взгляде с поистине патологоанатомическим интересом. Этот парень напротив умудряется всего за пару мгновений довести Кал-Эла до тихой ярости. - Это ты "что", человек. "Это", "нечто", "оно". Все применимо исключительно к тебе.
Кал ненавидит, когда слышит подобное. Он знает, как люди говорят о тех, кто непохож на них, как с презрением бросают "да как ЭТО земля носит?", совершенно не пытаясь при этом посмотреть на самих себя. Слабые, злобные, завистливые и с таким самомнением, что даже пришельцу далеко до них. И редкие исключения лишь подтверждают правило.

- Я дам тебе последний шанс свалить с этой фермы и больше не показываться мне на глаза, - мысль о том, что нельзя показывать свои силы еще бьется на краю сознания, но теперь Кал не особо к ней прислушивается. Да кто поверит какому-то парню, забредшему на чужую территорию и испугавшегося собственной тени? Люди не летают. У людей не горят глаза. И люди не обладают скоростью, при которой за считанные секунды можно не только отобрать бесполезную ветку, но и схватить оппонента одной рукой за грудки, чтобы приподнять над землей, заставляя парить вместе с собой. - Если ты еще раз приблизишься к этому дому, к моим родителям или ко мне, ты выползать отсюда будешь.
Да, он угрожает. И нет, он не убийца и не собирает спалить Брюса на этом самом месте, чтобы больше никто и никогда его не нашел. Но он может приложить его об дерево, может просто ударить - драка двух подростков, что в этом необычного? Он действительно может выбить все желание даже смотреть в его сторону. Потому что ему нужно, чтобы его и Кентов оставили в покое, дали жить на своей территории так, как они считают нужным. Чтобы ему больше не пришлось таиться, будто преступнику! Это теперь его дом, его земля, его родня. И однажды он хочет быть самим собой. И больше не слышать вопрос "что ты такое?".
- Запомнил? Я тот, на чьей территории ты находишься, - этого ответа вполне достаточно. Кал-Эл откидывает Брюса легко, будто пушинку. Не об дерево, конечно, просто откидывает на траву, давая ощутить собственную слабость и беспомощность. Тот может хоть с десяток веток схватить, но ему не сравнится с пришельцем. Не успеть за его скоростью, не преодолеть его силу. Все, что он может - лишь раздразнить его еще больше. Но этого не стоит делать. Он и так показал, что может играть с ним, как с кутенком. И умный человек поспешит ретироваться, пока не стало слишком жарко.

+8

22

Кларк - или тот, кого все считают Кларком - собирается уходить, и будто бы ничто не может его остановить. Но голос Брюса отвлекает его - и привлекает, заставляет обернуться.
Вначале тот просто смотрит. Потом замечает палку и смеется. А после быстро выходит из себя и не скрывает гнева. Секунду спустя Брюс и сам отступает, пожалев, что затеял это, потому что оппонент напротив - не мальчишка со двора. Не забияка из школы. Он летает. Он силен и быстр. Толстая палка ломается в его пальцах, будто щепка, а самого Уэйна он откидывает прочь, будто щенка. Но Брюс почти не думает о том, чтобы сгруппироваться, лишь с ужасом осознает, что глаза чужака горят багровым огнем - и это вовсе не игра теней и света.

Приземляясь в траву, Брюс все же царапает локти и отбивает спину. Ему бы хоть немного спружинить руки или ноги, чтобы удар не был таким сильным от собственного веса, но ему вовсе об этом не думается.
"Что он такое?!" - лишь бьется в его голове. Все его естество напугано и в ужасе, сигналит бежать и спрятаться, но тем не менее юноша упрямо поднимается на ноги. Теперь он лишь больше уверен, что нельзя выпускать это из вида.
- Стой! - охрипшим от волнения голосом зовет.
Брюсу совсем ничего не приходит в голову. Как исправить то, что он испортил? Ведь совершенно очевидно, что это его ошибка, потому что до этого мгновения Кларк был просто душкой и увальнем, а теперь - опасное чудовище. Даже вчера ночью в темном поле этот парень не пугал его больше, чем сейчас.
- В чем дело? - голос хрипит от волнения, ему едва удается дышать. Чужие угрозы его совсем не пугают и не задевают, его волнует совершенно другое. - Почему утром ты был не таким?
Это действительно занимает его. Или Кларк ловкий симулянт, что потерял надобность притворяться, лишь они вышли из дома. Либо же дело в том, что сделал сам Брюс. В первое ему верится с трудом, ведь тогда у Кларка была куча моментов, чтобы обидеть своего гостя - так почему именно сейчас? Ему вынужденно приходится задуматься о том, что же все-таки он сделал не так. Где повел себя не так, как нужно?
Очки, вдруг рождается в голове, и юноша не верит сам себе. Ну конечно же! Кларк в них даже спал, Брюс помнил, как удивился этому с утра. И хотя ему никак не связать эти два факта вместе, это - его единственная зацепка.

Склоняясь, он поднимает увесистый камень и готовится к новой атаке. Как победить того, как заведомо превосходит тебя во всем? Никак, бьется в мозгу, но Уэйны не сдаются.
- Верни оправу, - жестко требует и чуть приподнимает камень в обеих ладонях, будто готовится пустить его в ход. А, может, действительно готовится.
- Я не знаю, в них ли дело, поэтому.. Верни.
Получив оправу обратно, Брюс сможет проверить свою теорию. Однако, даже сейчас он понимает, что это будет не так просто, как в его плане. Этот "лось" вдвое его крупнее и во множество раз сильнее, а еще летает и.. эти его глаза... Брюсу с трудом удается сохранять связь с реальностью, но он верит своему разуму, который ни разу его не подводил. Он не псих и верит самому себе. Все, что он видел, реально, пускай и выглядит фантасмагорией. Как бы там ни было, разберется после, а пока - его цель была совсем рядом.

+7

23

Кал-Эл знает, что такое человеческий страх. Пусть он и редко с кем-то сталкивался, но всегда заканчивалось одинаково - даже не увидев особых способностей, люди подсознательно опасались его, чувствуя, что он не принадлежит к ним. Он другой, особый, а, значит, априори опасный. И совершенно логично, что и этот человечек дрожит от страха. Он может сколько угодно храбриться и делать вид, что в полном порядке, но Кал все прекрасно слышит. Как отчаянно быстро стучит чужое сердце, как оно гонит разгоряченную кровь по венам, как он заметно поддрагивает и покрывается липким холодным потом. Хорошо держит лицо, бесспорно, но Кала не обмануть. Тело всегда выдает с головой.
Парень усмехается, давая понять, что от него ничего не скрылось. Продолжать весь этот фарс и дальше просто смешно и глупо. По крайней мере, лично он не собирается здесь больше оставаться. Пусть этот парень продолжает дрожать и пыжиться, задавать свои глупые и такие человеческие вопросы. Но у Кала слишком мало времени, чтобы тратить его на незнакомца. Когда родители увидят, что он без очков, они сделают все, только бы снова его запечатать. Было ли ему обидно? Пожалуй. Но одна только фраза о том, что он может привлечь ненужное и агрессивное внимание на их тихую ферму, заставляло его снова и снова нацеплять на нос ненавистные очки. Но пока еще у него было время. И он собирался хорошенько размяться.

Позади все еще тяфкает. И Кала это настолько сильно раздражает, что он едва сдерживает порыв в очередной раз припечатать незнакомца. Да только в этот раз так, чтобы уже не смог встать и кричать ему вслед. И тем более, что-то требовать. Откуда вообще это в людях? Он пришел в чужой дом. Стоит на чужой земле. Роется в чужих секретах. И еще смеет чего-то требовать - ответов, внимания, очки, в конце концов. И это после подобного люди будут говорить, что он опасен, стоит ему только показать себя? По крайней мере, он не лезет к посторонним. И не отказался бы от такого же отношения к себе.
- Раздражаешь, - озвучивает свои мысли, отвечая сразу на все вопросы, поворачиваясь к парню через плечо и блестя красными глазами. Он и так показал уже слишком много, так чего уж там? Одной способностью меньше, одной способностью больше...
Красный луч поблескивает всего мгновение, но камень в руках чернявого разлетается в крошку, оседая на траву и чужую одежду серой пылью. Будто лишь чудом смертоносный луч проходит совсем рядом с лицом парня и даже не обжигает его ладонь. Но это уже даже не предупреждение. Это ответное и повторное нападение. Это нормально, когда ты чувствуешь агрессию по отношению к себе, когда стоило только очнуться, первым, что у тебя спросили - "что ты?", а после принялись размахивать веткой у лица. На что вообще рассчитывал этот явно городской мальчик? Кал и так уже слишком заведен, чтобы повторять, как попугай, одно и то же. "Уходи, тебе здесь не место, это моя территория". Поэтому он больше не тратит пустых слов, просто отворачивается и неспешно уходит к своему сараю. Он старается держаться подальше от теплого и уютного основного домика, чтобы его не заметили слишком рано. Ему сейчас чертовски хотелось разбить предательские очки, которые с какой-то стати требовал вернуть забредший. Но он прекрасно понимает, как расстроит этим названную мать. Да и в очередной раз ударит по и так прохудившемуся кошельку родителей. Подставлять их в очередной раз не было никакого желания...

Легко отрываясь от земли на несколько сантиметров, Кал-Эл парит к амбару, скрываясь в полуденной тени. Он любит солнце, и сейчас с удовольствием бы поднялся как можно выше к облакам, чтобы словно подзарядиться от теплых лучей, но он знает, что все еще должен быть осторожным. Будет не очень хорошо, если кто-то из дальних соседей вдруг подъедет прикупить немного кукурузы. Очередные слухи семье ни к чему.... Даже если сам Кал плевать хотел на чужое мнение. И уже давно бы вышел из тени. Фигурально выражаясь, конечно же.
Но пока он облетает амбар и все же легко поднимается выше, наслаждаясь неспешным полетом, прикрывая глаза и замирая у самое крыши. Он невольно прислушивается к окружающему миру... а после недовольно морщится. Звуки ветра, шепот деревьев, дальний перелив реки перебиваются одним единственным звуком - чужим сбитым дыханием.
"Когда ты уже скроешься?" - уныло думает Кал и упрямо держит глаза закрытыми, запрокинув голову и подставляя лицо свету. Но его хватает всего на пару мгновений. Он выразительно вздыхает, мысленно решая, что же делать дальше. Бить и убивать он никого не собирается, потом проблем родители не оберутся. И что же тогда предпринять?..

- Ты издеваешься? - голос звучит тихо, но вполне слышен на всей ближайшей территории. Кал думает добавить еще парочку увесистых слов, но ему уже просто лень подыскивать особо оригинальные эпитеты. Он и правда был бы рад, если бы его просто оставили в покое и дали насладиться недолгой свободой. - Оставь эту семью в покое и уходи. Очки все равно не получишь.
Он снова повторяется. Но что еще ему оставалось? Если уж и в этот раз начнет ему угрожать... ну вилами, например, тогда уж Кал действительно просто вытворит его за территорию фермы, пусть потом идет пешком до самого Смоллвилля, но зато в следующий раз не вернется. Ну кто в здравом уме вообще захочет возвращаться в дом, в котором живет такой, как он? Неправильный, с принятой точки зрения. Просто другой - с его личной.

+7

24

Один красный отсвет в глазах напротив - и камень в руках Уэйна рассыпается в порошок. Брюс торопливо отдергивает руки, но это не меняет того факта, что он вновь безоружен. Но пока - невредим. Даже удивительно, что с такой силой этот парень до сих пор не скрутил его в бараний рог.
"Почему ты не нападаешь?"
Брюс пытливо следит за оппонентом, но тот вновь теряет к нему интерес, в этот раз даже не опускается до угроз. Словно спеша насладиться своей свободой, он улетает к амбару (да! черт возьми, он все_еще_летает!), и парит вокруг постройки, купаясь в солнечных лучах, иногда исчезая в густой тени, а после выныривая вновь, маяча на уровне крыши. Потирая ушибленный локоть, Уэйн, будто намагниченный, тянется за ним. Сперва прячется поодаль, следя за парнем, а после безбоязненно подходит ближе. С такими способностями Кларк мог уже давно что-то сделать с навязчивым преследователем, особенно учитывая, что тот проявлял агрессию, подбирая палки и камни, но он не сделал.. И Брюс начинает понимать, что ошибался на его счет.
Несмотря на внешнюю враждебность и массу гонора (как знакомо!), Кларк будто бы безобиден. Он с таким упоением и умиротворением на лице вьется в воздухе вокруг амбара, что сомнений не остается - этот объект не опасен. Захоти он разрушить все вокруг, ему потребовалось бы лишь перевести взгляд, и ферма уже горела, а амбар осыпался черным смрадным пеплом. Равно как и его обитатели - все вокруг погибло бы считанные секунды, но.. Кент-младший не спешит показываться на глаза своим (не своим?) родителям, и Брюс вспоминает, как тот бросил при знакомстве эту странную фразу: "Я тоже обрел здесь дом", хотя в остальное время называл Джонатана и Марту своими родителями - но теперь становилось очевидным, что это не так..

Закусывая губу, Брюс взялся за перекладины хлипкой лестнице и полез к крыше амбара. Он не хотел надоедать этому "всемогущему", однако не мог удержаться. Первый страх прошел, его целиком заменило любопытство. Что же за секрет берег Кларк, но так и не смог обмануть даже первого встречного?
Наверху гулял легкий ветер, Уэйн покачнулся, но удержался, цепко держась пальцами за покатый полог крыши. Только упасть ему не хватало.. Вскидывая взгляд, упрямо прищурился в чужое лицо.
- Оставь очки себе, - спокойно отказался, стараясь занять позицию поудобнее, чтобы поговорить. - Они тебе не родители, верно? Не родные, очевидно, но приняли тебя таким, как есть. Они знают твой секрет? Или они.. такие же?
В последнем юноша сильно сомневался, но на всякий случай решил уточнить. Он не сильно рассчитывал на то, что Кларк снизойдет до разговора, но теперь его это почти не пугало. Убедив себя в миролюбии оппонента, он и сам стал вести себя спокойнее и не пытаться напасть первым. В конце концов, если Кларк не собирался никому вредить, остальное Брюса не волновало.
- Как ты.., - покачнувшись, он перекинул ноги через люк в крыше и выбрался целиком. Раскинул руки, балансируя. Ему так хотелось поговорить! Поэтому он подбирался все ближе.
- Как ты летаешь? В чем фокус?
Брюс подсознательно догадывался, что фокуса нет, но интуитивно ждал какого-то логического объяснения. Люди ведь не могут летать! Люди не могут пускать лучи из глаз. И люди не бывают такими...
Люди!, вдруг осенило Брюса, и он безбоязненно вперил взгляд пронзительных голубых глаз в фермерского сына.
- Ты не человек, да?
Быстро корректируя запрос, взволнованно повторил:
- Не совсем человек?
"Не с Земли?" - додумал про себя, а после укорил себя в легковерии. Инопланетян ведь не существует, и это знали все.

Отредактировано Bruce Wayne (27.10.2015 10:31:28)

+7

25

Кал-Эл помнит, как его отец говорил ему, что люди – удивительные создания. Слабые, хрупкие и их так легко сломать. Но при этом они отличаются силой духа, умеют побеждать страх и жертвовать собой ради других. Это правило, из которого всегда есть исключения. Люди могут быть жестоки, агрессивны и откровенно глупы. Но это не значит, что нужно отвечать им тем же, опускаться до уровня тех, кто боится самих себя, а потому ненавидит все окружающее. Кал слушал внимательно, но все еще не до конца понимал названного отца. Люди вызывали в нем логичное раздражение, потому что он не был одним из них, и они не могли его из-за этого принять. Даже не так… Нельзя было даже попробовать, потому что это точно закончилось бы очень плохо. Его родители знали, поэтому огораживали и не позволяли выходить на свободу. И поэтому у него возникал закономерный вопрос – зачем понимать людей и стараться быть на них похожим? Он не хотел бояться и избегать тех, кто не похож на него. В конце концов, он всю жизнь прожил именно так. Но ведь еще не устроил местный холокост, верно? Проблема в людях – вот ответ Кал-Эла. Не с ним. Проблема всегда только в людях. Но если и это правило, то и из него должны быть исключения? И одно из них сейчас отчаянно карабкалось на крышу амбара, не прекращая поток назойливых вопросов…

Кал чувствует чужой изучающий взгляд. В нем почти нет испуга, но любопытство куда как более напрягающе. Он что, необычный питомец в зоопарке? Или что? Приятно будет этому парню, если тот будет заниматься любимым делом, а в него вперятся внимательным взглядом два красных глаза? Вряд ли он сможет сконцентрироваться…
- А это тебя как-то касается? – вопросом на вопрос отвечает, действительно считая, что разговор про его приемную семью – это не та тема, которая обсуждается с теми, кого ты видишь первый раз в жизни. Это то же самое, что подойти в парке к сидящему на скамейке человеку и начать рассказывать про свою жизнь, а потому ни с того, ни с сего начать спрашивать – как у того дела в семье, есть ли у него братья и как зовут его кота. Звучит глупо и неприемлемо, разве нет? Но люди… Видят все исключительно со своей стороны. Что-то там про бревно в глазу… Как бы то ни было, но Кал не будет ни с кем обсуждать своих приемных родителей. Чтобы уберечь их в первую очередь. Они и так очень рисковали, когда приютили мальчика, не похожего ни на кого, когда не отказались от него, увидев пугающие способности, когда продолжали называть сыном, несмотря ни на что. Ну уж нет, он про них и слова не скажет. Скорее действительно воспользуется силами, чтобы отвадить незваного гостя…

Кал очень надеется, что молчание тому наскучит, что ему надоест задавать вопросы, на которые он не получает ответа. Но упрямостью тот совершенно не уступает, и даже, судя по звукам, устраивается поудобнее, явно не собираясь покидать не то что ферму, но даже личное пространство. Настолько осмелел? Подумал, что ему ничего не грозит, раз пока руки-ноги целы? Это он себе определенно льстил! Кал-Эл нашел бы, что сделать, чтобы раз и навсегда отбить охоту вмешиваться в чужие дела. Оставалось только поинтересоваться у самого себя – отчего же он ничего из этого и не делает, продолжая неприкаянно висеть у самого края крыши?..
- А люди умеют летать? И это похоже на фокус? – он не успевает себя притормозить, когда чувствует, что усмехается. О да, он не человек, ведь он – ЛЕТАЕТ. Без сцены, прожекторов и полуголой помощницы. И неужели это нисколько не пугает и не отталкивает? Любопытство любопытством, но в случае опасности оно должно быть… в стороне, на безопасном расстоянии, но точно не лицом к лицу с объектом повышенной угрозы. А этот сидит, пырится и явно не выказывает прежнего ужаса… Не в этом ли дело, что Кал до сих не спустил его на землю в километрах двадцати от дома? И парень тут же одергивает себя – ничего подобного! Просто… да просто! Вот и все.

- Шел бы ты дальше своей дорогой, здесь не любят, когда лезут в чужие дела, - Кал все же открывает глаза и ловит чужой взгляд. Нет больше красного отсвета в глазах, такой же яркий синий цвет, как и у парня напротив. Наверное, это можно считать хорошим знаком. Сам он об этом не задумывается. - Я же не спрашиваю, какого черта ты увязался за мной и с какой ты планеты, раз не понимаешь американского?
О, это можно считать почти иронией. Ну или не предвещающим беды началом диалога, раз Кал-Эл все еще не улетел повыше в облака, не прожег крышу амбара или просто не надавал тумаков. Он на удивление сдержан, хотя, безусловно, дело не только в этом. Он способен уничтожить крошечный Смоллвилль за десяток минут, его руки крошат камень, а глаза вызывают пожар. Но ему подобное не придет и в голове. Он не из тех, кто будет калечить только потому, что сильнее. Он любит свою силу, свои способности, но еще ни разу не злоупотребил ими. Хотя, покажись он всем даже в этом городишке, это вряд ли его оправдает. И сидящий напротив парень вряд ли действительно осознает, что опасность здесь - именно он, а не летающий парень с другой планеты. Может, ему и мало кто поверит, но ненужное пристальное внимание будет обеспечено. А этого и так едва выживающая ферма Кентов просто не переживет...

Отредактировано Clark Kent (09.11.2015 15:14:15)

+5

26

Несмотря на внешнюю озлобленность, пришелец все же ведет с ним диалог. Брюс уже не сомневается, что перед ним действительно внеземное существо, иначе как-либо еще объяснить его способности попросту не выходит. Вряд ли кому-то придет в голову устраивать шоу для одного-единственного зрителя - юного Уэйна - в глубокой провинции захудалого городка. Брюс даже в горячечном бреду при всей своей паранойе не додумается, что кто-то следил за ним, отследил перемещения и подсунул ему фокусника в виде летающего мальчишки. Это звучало еще более бредово чем тот факт, что среди кукурузных полей в захудалой деревенской семье ему встретился целый инопланетянин!
Все это так захватывает его, что Брюс забывает о своих проблемах и печалях. Сейчас его занимет лишь оппонент. Он смотрит на парня во все глаза - и весь тот мир, что он знал, переворачивается с ног на голову. Раньше его не занимало ничего, кроме учебы и семейного бизнеса, но теперь для него открылось существования внеземных миров. Вселенная не пуста! В ней живут разумные существа, похожие и не похожие на людей, и - более того - они уже среди них. Живут на фермах, носят очки, едят кукурузу, работают в поле или даже ходят в школу. Это настолько не укладывается в голове, что Брюс вынужден присесть на край крыши, чтобы не потерять равновесие и унять лёгкое головокружение. Внутри головы все перемешалось, парень больше не знает, во что ему верить.
- Отстань, никуда я не пойду, - его сейчас занимают другие, более глобальные вопросы, нежели тренировки в зубоскальстве с пришельцем. Брюс ясно для себя уяснил, что как бы ни был злобен вид Кларка, опасности он не представляет.
Стискивая ладони на своих коленях, он смотрит вниз, туда где под болтающимися ногами нет ничего, кроме ветра, а земля слишком далеко.
- Я не могу вернуться.
Навряд ли пришельцу понятны переживания подростка, сбежавшего из дома. Поэтому парень не утруждает оппонента подробностями. Кларк вчера догадался о его проблемах и сам, но с этим существом у них, похоже, разные сознания. Это тоже любопытно, так что Брюс поднимает чуть прищуренный взгляд:
- К твоему сведению, меня пригласили остаться. Твоя семья - так ты их недавно называл. Так ты ведёшь себя с гостем?
На самом деле он больше шутит, чем всерьёз пытается поймать пришельца на негостеприимности. Но эта тема, похоже, очень близка Кларку - или как там он себя называет? - так что почему бы не сыграть на ней. К тому же, Уэйну уже откровенно надоело, что его постоянно пытаются отослать прочь. Он уже был здесь и уходить не собирался - не теперь, когда узнал такое.

Поёрзав по краю крыши, Брюс устраивается поудобнее. Ему жутко любопытно, но он старается сдерживаться. Для начала нужно понаблюдать, чтобы понимать, с чем ему пришлось столкнуться.
- Я не буду мешать, - тихо обещает и в самом деле притихает. Он заметил уже немало, но ему хочется знать больше.
В самом деле ли у пришельца и того, с кем познакомился Уэйн вчера, разные сознания? Действительно ли дело в очках? Где предел сил у этого существа и кто он такой на самом деле? Все эти вопросы бурлят в голове подростка, мешая сосредоточиться. Каждый вариант бредовее другого, но на такую тему вообще сложно размышлять логически.
Словно что-то вспоминая, Брюс поднимает серьёзный взгляд:
- Меня зовут Брюс. Брюс Уэйн, - и протягивает ладонь в знак знакомства.
Вчера они познакомились с Кларком, но чем больше они говорили, тем больше парень убеждался в том, что с этим они ещё не знакомы.

+6

27

У Кал-Эла нет знакомых в этом городе. Он заперт в этом замкнутом мирке, состоящем из полей, фермы, амбара и приемных родителей. Пока он добровольно остается на привязи, тщательно оберегая свои территории, словно цербер. По понятным причинам он предпочитает быть один. За свою безопасность он не волнуется, но за чужую не ручается. Он догадывается, чем может кончиться его появление в большом мире. Ни он, ни этот самый мир пока не готовы. Но Кал совершенно точно уверен, что не при каких обстоятельствах, ни у одного здравомыслящего человека даже не возникнет мысли сказать ему «отстань». Серьезно, самая правильная реакция – это бежать или, по крайней мере, притихнуть и притвориться мертвым, чтобы не дай боже не обратил внимания. Но нет. Этот человек самым наглым образом отмахивается от Кала, будто каждый день встречает что-то неестественное, болтает с летающими людьми и отправляются за покупками в космос. Кал даже удивляется на несколько мгновений. Вопросительно изгибает бровь и снова окидывает мальчишку взглядом, будто видит впервые. Либо слишком смелый, либо слишком глупый. И как всегда, второй вариант кажется более правдоподобным.
- Если честно, мне плевать, - Кал говорит, как есть. Не стоит ему жаловаться, что человеку некуда вернуться. Он на своей земле, среди таких же, как он сам. Значит, он уже дома, где бы ни находился. И все эти мелкие проблемы, которые люди сами себе придумывают, его совершенно не касаются. Они вряд ли понимают, что всегда может быть еще хуже. Жалкие эгоисты…

- Можешь пойти к тем, кто тебя пригласил, - легко соглашается, пожимая плечами. А после вновь вскидывая лицо и прикрывая глаза. Ему мешают насладиться солнцем и впитать в себя достаточно энергии, чтобы взлететь еще выше, быстрее, не прилагая особых усилий… Он честно старается абстрагироваться, но не удерживает ехидного «вот спасибо» на обещание ему не мешать. Обычно это означает, что человек должен затихнуть и слиться с окружением, разве нет? В общем, у этого самого Брюса Уэйна явно свое понимание. Потому что сидит он тихо не более минуты. А после снова подает голос. Да что с ним не так??
Кал почти рывком оказывается слишком близко, почти нос к носу. Смотрит горящими красными глазами, давая понять, что лучше вот сейчас заткнуться и послушать. Да, уже понятно, что Кал не убивает и не калечит глупых подростков, да и кого бы то ни было. Он не захватчик и не агрессор. Он просто хочет оставаться самим собой, и чтобы это не принесло неприятности его родителям. Все одновременно это невозможно. Не сейчас и явно не в ближайшее время. А этот парень на крыше – вот это действительно агрессор и прямая угроза. И его излишнее внимание не просто напрягает. Оно как вызов. Потому что даже глупейший слух не должен разлететься по Смоллвиллю. Но если что Кал и знает, так это что люди не умеют молчать.

- Давай-ка начистоту. Что тебе нужно? – он не собирается ходить вокруг да около. Лучше расставить все точки над i. – Любопытно? Интересно? Будет о чем рассказать своим дружкам? Я не собираюсь вести с тобой дружеских бесед. Потому что вы все одинаковые. Будете трепать языком, бояться и травить. Поэтому спрашиваю еще раз. Что. Именно. Тебе. Нужно. Брюс Уэйн?
Пожалуй, от его ответа не особо много зависело. В Кал-Эла давно вбили мысль о том, что его не примут. Настолько давно, что он искренне считал это собственными умозаключениями. И теперь, когда он видит перед собой того, кто не бежит, это сбивает ему настройки. Он пытается найти тот самый умысел, который убедит его в том, что родители и он сам были правы. Это просто человеческое любопытство и жестокость. Он хочет разузнать о нем побольше. И постараться донести хоть до кого-то, что на ферме Кентов не все в порядке. Он знает. Помнит одного маленького мальчика, который пытался убедить всех вокруг, что Кларка Кента похитил болотный монстр. Смеха было много. Но и косых взглядом тоже. Так что же ждать от тебя, Уэйн? Это ведь уже даже не детская фантазия. А становится снова центром сплетен желания нет.

+4

28

Диалог у них странный, все никак не сложится во что-то человеческое. Но, вероятно, проблема в том, что один из них совсем не человек. Кларк продолжает огрызаться и в целом выглядит недружелюбно, хотя и все меньше пугает Брюса. Тот даже находит в себе неожиданное сходство с эти существом, потому что точно также пытается защититься от окружающей среды за агрессией и сарказмом. И это окончательно его утешает, ему больше не страшно.
Страх - удел глупцов и невежд. Брюс же образован, весьма. И его ума хватает на то, чтобы осознать: мир не такой простой, как ему казалось. Война и мир, бедность и богатство, обман и предательство, семья и любовь - все это лишь шелуха. Люди копошатся в своих мирках и не знают, что есть что-то более значимое. Этот парень с фермы, к примеру. Подобные ему. Другие миры и целые вселенные. Брюс не был мечтателем и не был сумасшедшим, чтобы верить в фантастику и пришельцев, но очень быстро сложил дважды два. Факт существования иной жизни, кроме земной, казался нереальным, но доказательство тому парило в паре сантиметров от его носа - и отрицать очевидное было бесполезным.
Он мог бы паниковать и истерить, только - что толку? Существо напротив было сильнее. Если бы оно хотело, давно уничтожило здесь все вокруг. Да, один Кларк вряд ли бы поработил их мир, его наверняка в конечном итоге бы изловили. Но таких, как он, могла быть целая планета. И раз они покуда сюда не прилетели, чтобы диктовать условия, все было в порядке.
"Запаниковать я всегда успею. Сейчас интереснее другое."
- Давай начистоту, - покорно соглашается, выдерживая тяжелый взгляд. - Ты сейчас сломал моё мировоззрение под корень. Все, чему меня учили.. Все, чем я собирался жить и во что верил.. Все это неважно. Я пожалею об этих словах, но сейчас даже смерть матери и отвратительный отец не кажутся мне концом мира.
Брюс снова поднимается, опасно балансируя на покатой крыше. Его голос уверенный и ровный, от недавней истерии не осталось и следа. Он горевал о матери, ненавидел свою семью и серое будущее, ощущал себя бесполезным и сломленным? Что ж, добро пожаловать в новый мир.
- Но ты. Вот что и впрямь интересно.. Я хочу изучить тебя.
Он поднимает указательный палец и упрямо указывает на парящего фермерского увальня. Сейчас тот не кажется деревенским простаком, это неизученная форма внеземной жизни. Брюс Уэйн не может отказаться от такой возможности.
- Вот почему мы станем друзьями. И узнаем друг о друге все, что только возможно.
Слабости, плюсы, преимущества. Он изучит это существо целиком, откроет иные формы жизни, станет первопроходцем в налаживании контакта, возможно даже - посвятит этому свою жизнь. Семейный бизнес, высший свет, богатые сделки и дорогие иномарки? Все это неважно. Здесь, на этой затухающей ферме, Брюс внезапно ощутил себя значимым и важным. Здесь была если не цель всей его жизни, то очень и очень важный пласт будущего.
Уверенно кивая своим словам, он начинает спускаться с крыши обратно, не слушая возражений. Кларк может хотеть или не хотеть чего-то, все уже решено. Упрямству и целеустремлённости Уэйнов можно только позавидовать! А Брюс наметил себе цель - и не собирался отступать. Он больше не станет плакать, бояться и убегать. Все его подростковые глупости больше не имели значения, когда он стоял на пороге колоссального открытия межпланетной значимости.
Кто бы мог подумать, что его побег из дома и насильственный переезд в загородную глушь будет иметь подобные последствия? Фантастика, да и только.

Достигая земли, Брюс втянул носом воздух, вдыхая полной грудью. Теперь ему и дышалось легче, хотя.. Он украдкой подышал чаще. Все же - он был подростком. И ему действительно было страшно! Страшно так говорить с существом, что превосходит тебя. Страшно осознавать бесконечность вселенной. Страшно просто стоять на краю крыши без страховки..
- Я иду за черным цыплёнком. А ты обещал отцу починить изгородь.. После у нас обед, - откинув голову, деловито проинструктировал пришельца. Теперь Кларк будет его подшефным, как бы не тужился доказать обратное и как бы не злился. Самое время ему привыкнуть.
- О, и кстати. Тебе стоит предупредить родителей, что я задержусь у вас на пару дней.
Теперь он чувствовал себя превосходно. Словно впервые в жизни делал что-то действительно важное. Не то, что навязывала ему семья, и даже не то, чего ожидали от него окружающие. Это был его путь. С множеством неизвестных переменных и множеством же кочек, которые он собирался с честью преодолевать. По крайней мере, он будет в этом не один. Сложно поверить, но пришельцу станется тоже не легко, потому что характер у Уэйнов был не сахар. Но им обоим только предстояло обо всем узнать, а пока Брюс отчаянно храбрился и убеждал себя в правильности своего решения.

Вскоре он узнал его имя - того, второго. И начал понимать, чем они отличаются. Осознал, отчего Кларк боится снимать "волшебные" очки, хотя в целом не имел ничего против его агрессивного альтер-эго.
Ближайшую неделю Брюс провел на ферме Кентов. От души лопал выпечку чужой мамы, в меру сил и возможностей старался подсобить чужому отцу. Они и самому Кларку были неродными, так что очень скоро и Брюс перестал ощущать себя чужим. Они все здесь просто были. И у них чудесно выходило играть в семью.
Вскоре, впрочем, за Брюсом все же приехали, чтобы забрать домой. Но он больше не ощущал такой безысходности, вынужденный пребывать в семье. Существование феномена Кларка Кента преобразило его скучную жизнь и разнообразило безрадостное будущее. Поместье Уэйнов казалось ему чужим, все его мысли были там - далеко, на ферме, вместе с инопланетным мальчиком.
Очень скоро у него стало получаться сбегать на ферму регулярно под предлогом дружбы с местными, да и никому не было до того дела. Так Брюс и провёл ближайшее лето, жаркое и удушливое, но больше не наполненное горечью утраты, лишь предвкушением новых свершений.

+3


Вы здесь » Marvel & DC: School's Out » Сбывшееся » [Май 2016] You're not alone


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC