Вверх страницы
Вниз страницы

Marvel & DC: School's Out

Объявление

ИНФОРМАЦИОННОЕ

Добро пожаловать в кроссоверную вселенную Marvel и DC, где большинство персонажей все еще являются подростками!
В игре: 15-28 мая 2017 года [календарь событий].
К сведению местных жителей:
• Вот уже почти полгода ровно в полдень и в полночь в городе на 5 минут пропадает вся связь: не работают телефоны, Интернет, телевидение и пр. Продолжает работать лишь местная радиостанция. Причина до сих пор не найдена.
• В Смоллвилле нарастает волна антимутантских волнений. Обстановка в городе нестабильна. Подробнее...
• Полиция продолжает регистрировать случаи пропажи людей; теперь пропадают не только дети, но и взрослые.
• Отдельным поводом для беспокойства становятся крысы, которых слишком часто начинают замечать на улицах города.


01.09.17 Отмечаем трехлетие школы :з
ПОЛЕЗНЫЕ ССЫЛКИ


ПОСТ НЕДЕЛИ

"Сострадание ему чуждо. Но на мгновение, на очень краткое мгновение, Баки почти ощущает то, что пытается донести до него Роуг. Одиночество, вынужденная изоляция, страх и непонимание, отрицание, вечные бега и попытки скрыться - от других, от себя. Возможно, все это ему знакомо, как никому другому, ведь он - урод, фрик, сирота и мутант, он тоже лишен семьи, социальных благ и даже бытовых приятных мелочей, но..
Он не "моровая дева". И на еще более краткое мгновение вдруг осознает, что может позволить себе друзей, всамделишные отношения и даже семью, если перестанет считать себя самым обездоленным и несчастным, свернет с этой кривой дорожки и выберет бытовые увеселения, как и сотни обывателей вокруг."
>>>читать пост<<<
РЫЖИК МЕСЯЦА



Jean Grey

БАННЕРЫ


LYL Красная зона

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Marvel & DC: School's Out » Дела минувших дней » [Май 2016] Time to say goodbye


[Май 2016] Time to say goodbye

Сообщений 1 страница 30 из 62

1

http://s45.radikal.ru/i107/1410/fc/9001ad5d09a6.jpg

Название:
● Time to say goodbye
Участники: Damian Wayne, Thomas Wayne, Bruce Wayne эпизодически, Colin Wilkes
Время и место: май 2016. Готэм, затем Смоллвилль
Краткое описание: Семье Уйэнов стоит оправиться от потерь, и Томас решает увезти обоих детей подальше от Готэма. Его покойная жена как раз хотела открыть в Смоллвилле новый приют, а сам Уэйн-старший расширить свою империю. Но главным все же была уверенность в том, что им всем не помешает сменить обстановку.

Отредактировано Damian Wayne (16.10.2014 23:43:00)

+1

2

Дэмиан принципиально остался жить в своем доме. Что бы ему ни говорили, как бы ни уговаривали, он не покинул особняка младшего Уэйна, решив дожидаться отъезда в родных стенах. Он не был уверен, когда вернется обратно и вернется ли вообще, а потому проводил последние дни за тем, что просто бродил по дому или замирал в одной из комнат на долгое время, стараясь запомнить все до мельчайших деталей. Он решил, что как только покинет Готэм, все вещи и мебель здесь будут проданы. Дядя сказал, что ему стоит двигаться вперед, а это чертовски сложно сделать, когда тебя так прочно удерживает прошлое. Когда там, в иллюзорном будущем, тебе совершенно не за что ухватиться. Но здесь... Здесь каждая вещица - как якорь. И да, это плохо, Дэмиан понимает. Но все равно так сложно прощаться. Сложно решаться...
Дэмиану не страшно жить в доме, где произошло нападение. Он понятия не имеет, что спугнуло преступника, и почему он выжил. Отец умер не в этих стенах, он успел дожить до дорогущей частной клинике, но врачи чуда не совершили. Оставшиеся родственники боялись повторения, подняли на уши всю полицию Готэма, но Дэмиан каждый вечер закрывался в особняке и не желал никого видеть и ни с кем разговаривать. Тем более после того, как было принято решение, что всем Уэйнам лучше временно перебраться в другое место. Слово "временно" не особо нравилось мальчишке, он понимал, что это может затянуться на много лет, но разве его что-то удерживало? Совершенно... А лишаться опекунства дяди и уходить на поруки к кому-то другому не было никакого желания. И Дэмиан сдался. Согласился и даже сам собрал чемодан, положив из памятных вещей лишь пару отцовских фото, да его карманные часы. Банально и избито, но ничего лучше он и придумать не мог.
Неслышно выдыхая, мальчик еще раз оглядывается, вспоминая, все ли он прихватил. Следом кладет на чемодан катану в ножнах, завершая свои сборы, а после покидает особняк, спеша успеть попрощаться с могилой отца. Дэмиан пунктуален, как и все Уэйны, знает, что у него осталось ровно двадцать пять минут до того, как дядя Томас подъедет за ним. Этого времени ему вполне должно хватить, он вообще не собирается стоять у нагробного камня больше десяти минут - на улице накрапывает противный холодный дождик, а самому мальчишку просто больше нечего сказать своему отцу. Если уж не успел при жизни, зачем теперь-то стараться? Какая бессмыслица...
Он хотел уйти почти сразу, как отдаст дань памяти. Но не замечает, как чувство времени подводит его. Он стоит и смотрит на ровные буквы в имени своего отца, и в голове роятся все те же вопросы про "почему" и "как ты мог не выкарабкаться", на которые все равно не найти ответа. Дэмиан шмыгает носом и рукавом отирает мокрые щеки - чертов дождь только усиливается, а он все почему-то тут стоит. И он уже совершенно не помнит ни про время, ни про дядю. Потому что как-то не верится в то, что скоро он будет настолько далеко от этих мест, что ему не останется даже этих странных, бесполезных, но необходимых встреч с белым камнем...

+4

3

Погода портилась. Впрочем, говорят, дождь в дорогу - добрый знак.
Томас еще раз проверил свой кейс и тщательно застегнул каждую заклепку. Всё необходимое для проживания в Смоллвилле соберут слуги, а его в первую очередь волновали важные документы. Например, план застройки купленной в начале года части земли в захолустном городке неподалеку и разрешение на строительство. Все это ему понадобится сразу, как только семейство прибудет на место.
- Я завершу то, что ты не успела, Марта, - закрыв глаза, мужчина поднял голову, мысленно обращаясь к потерянной жене. Замер на пару мгновений, словно надеялся услышать ответ. Он так привык, что она всегда рядом. Он так.. любил ее. С трудом выходя из оцепенения, Томас встряхнулся и приказал себе не выпадать в прострацию каждые пять-десять минут, потому что сейчас он нужен своим детям. Обоим.
- И я позабочусь о мальчиках, клянусь, - тихо закончил свое обращение в никуда и круто развернулся на каблуках, стремительно покидая опустевший кабинет.

Начало марта держалась промозглая, холодная погода. Кашемировое пальто сделалось тяжелым от впитываемой влаги, Томас поднял воротник повыше, словно боялся промокнуть или простыть, хотя Альфред и держал над ним зонт.
Прищурившись, мужчина высмотрел ниже по склону крошечную фигурку. Поместье Уэйнов было огромным, территорий тут не занимать. Можно было отправить дворецкого забрать мальчишку, но он решил, что вполне справится с этой задачей самостоятельно.
- Я схожу один, - отказываясь от помощи Альфреда жестом, Томас качнул головой и смело шагнул из-под надежного навеса зонта под прилипчивую холодную морось.
Давая мальчику время заметить себя, приблизился медленно, внимательно смотря под ноги, трава была скользкой от влаги. Равняясь со скорбящим сыном, что потерял отца, замер сбоку, смотря на два одинаковых серых креста. Никакой вычурности и огромных памятников, смерть стирает различия.
Склонившись, Томас присел на одно колено, не боясь запачкаться. Протянув руку, смахнул тяжелые капли с короткой надписи с именем жены, словно вытирал слезы со щеки любимой.
- Пора прощаться, - чуть слышно пробормотал, обращаясь к кому-то невидимому. Или, может, говорил с приемным - отныне - сыном. Зашуршал хрусткой упаковочной бумагой, укладывая под гранитный крест небольшой, простой букет. Марта так любила полевые цветы.
Поднимаясь с колена, вернулся на свое место сбоку от Дэмиана и, помолчав, обнял его за плечо. Мальчишке должно было хватить этого времени, чтобы взять себя в руки и успокоиться.
- Вы вскоре увидитесь вновь, - пообещал сыну - или, может, второму кресту, изучая взглядом каждый завиток надписи с именем брата. - Не грусти.

Отредактировано Thomas Wayne (17.10.2014 09:25:32)

+4

4

Дэмиан скорее почувствовал, нежели все-таки услышал своего дядю, который тенью скользнул позади, неспешно приближаясь к их общему месту встречи. Несмотря на тренировки и постоянные слова о том, что нужно быть собранным и внимательным всегда, каждую секунду, он бы при всем желании не отреагировал сейчас на аккуратные шаги и шелест кашемирового пальто. А вот на родное тепло – будто кто мягко коснулся плеча, привлекая к себе внимания. Но Дэмиан не обернулся, только низко опустил голову, чтобы дядя не заметил его слабости. Уйэны не позволяют видеть… даже просто чертова дождя на своем лице.
Исподлобья наблюдая за тем, как мужчина присаживается у могилы своей жены, мальчик вскинул руку и украдкой быстро вытер мокрые щеки. Он будет таким же сильным, он не будет ныть и плакать, словно ребенок. Этим все равно ничего не исправить, только себя выставишь перед всеми тряпкой и нюней.
Подначивая самого себя, чтобы скорее взять себя в руки, Дэмиан уже вскоре вскинул лицо и упрямо выпятил подбородок, поджимая губы. Отец уже не сможет им гордиться, так хоть Томас будет знать, что мальчик не опозорит фамилию Уэйнов. И уйдет отсюда твердой походкой, с уверенным взглядом, как и подобает мужчине. Как сделает сам дядя, на которого теперь ему нужно было равняться. И ему бы тоже хотелось коснуться холодного и мокрого камня, но Дэмиан только сжимает ладошки в кулаки и прячет их в карман пиджака. Нет, не сможет, не коснется, он еще не готов. Он лучше просто посмотрит, послушает, как прощается Томас, ведь у самого так же не выходит…
Тихо выдыхая, Дэмиан хочет выпрямить спину и показать, что ему совершенно не нужны чужие объятия. Но вместо этого жмется к дядиному боку, который уверенно прижимает к себе своего пасынка. Они всегда были семьей, но даже не догадывались, что им придется стать еще ближе друг к другу, что почти одно и то же горе затронет младшее и старшее поколение, которым теперь придется учиться жить по-другому. И если Уэйн-старший имеет четкий план и цели, то Дэми просто следует за ним. У него самого в голове пока полная пустота, и пока он еще позволяет вести себя по дороге, потому что сам точно собьется. Заплутает у первого же перекрестка. Но пока широкая и теплая ладонь дяди его удерживает, наверное, еще не все потеряно…
Слова Томаса звучат странно, будто это они собрались скорее присоединиться к своим погибшим родственникам. Но мальчик все трактует правильно – они не собираются задерживаться в чужом городе, они просто проведут там какое-то время, а после вновь вернутся в настоящий дом Уэйнов, где смогут действительно двигаться дальше. И эта разлука не будет долгой, в конце концов, у Дэми ведь еще остались Томас и Брюс…
- Пойдем, - тихо просит, немного отстраняясь от мужчины и берясь за его ладонь, будто сам уводил прочь. Он и так провел здесь слишком много времени, еще немного, возможно, и вовсе откажется покидать Готэм и эти владения. Но это было бы слишком эгоистично и вообще не правильно, а потому Дэмиан спешит к ожидающей их машине. Его вещи уже давно сложены в багажник вместе с остальными, и мальчику остается только залезть в теплый салон автомобиля, садясь напротив притихшего Брюса, что немигающим взглядом смотрел в окно. Кузен словно ненадолго отключился от мира, переживая смерть матери где-то глубоко внутри себя, и Дэмиан отлично его понимал, а потому не трогал и даже не обращался. У каждого свои методы борьбы с внутренней болью...
Тоже усаживаясь возле окна, мальчик низко опустил голову, не особо желая наблюдать, как они будут покидать родной город. Он лучше полюбуется на свои и дядины ботинки, или вот послушает музыку... Доставая из кармана маленький плеер, Дэми сосредоточенно принялся развязывать провода наушников, минут через пять начиная заметно злиться, что замерзшими пальцами особо как-то не выходит. Он даже что-то недовольно прошипел себе под нос, а после вскинул виноватый взгляд на Томаса. Тот не одобрял подобного, но сейчас, пожалуй, все же мог простить своего маленького племянника?..

+3

5

Морось делалась все более неприятной, вот-вот грозил разразиться целый ливень. Свинцовые тучи, казалось, сбились над головами в реалистичную крышу. Томас с трудом оторвал взгляд от надгробий, напоминая самому себе, что больше не имеет права замыкаться. Нужно двигаться.
Вскинув лицо вверх, на секунду закрыл глаза, подставляя щеки липкой влаге. Это немного освежило его и заставило прийти в себя. Под его ответственностью отныне и Дэмиан, и Брюс, поэтому мужчина не имеет права быть слабым.
- Пойдем.
Аккуратно сжимая в пальцах узкую ладошку, Томас послушно зашагал вслед за Дэмианом. Стоять и дальше здесь было бессмысленно, внутри и без того что-то надломилось. Стоило поскорее уезжать, путешествие их всех отвлечет. Особенно Брюса, который реагировал, пожалуй, болезненнее всех.
"Это ничего, - меряя шагами мокрую траву, Томас с удовольствием нырнул в теплый уютный салон машины, пропустив пасынка вперед. - Очень скоро все наладится."
Он не верил сам себе. Но собирался постараться. Ради детей - в первую очередь.

Поначалу они молчали. Имение осталось позади, по бокам мелькали улочки и дома, вскоре сменившиеся загородными коттеджами, через десяток-другой минут они покинут Готэм.
Брюс все смотрел в окно, недружелюбно сжавшись в своем углу. Томас лишь единожды погладил его по волосам, обозначая свое присутствие, но больше не трогал. Дэмиан же возился с наушниками, силясь их распутать. Мужчина мягко улыбнулся и протянул руку:
- Я помогу.
Мальчик был на взводе, очевидно, поэтому никак не мог совладать с предательскими проводками. У Томаса это получилось быстро и за считанные мгновения, потому что он сохранял спокойствие. О чем хотел сообщить и пасынку, но удержался. Тому сейчас нужны не слова, не морали и нотации; ему нужно что-то другое.
- Вот, держи, - возвращая наушники хозяину, Томас коснулся его ладоней своими, чуть задерживая прикосновение. Знакомое взрослое тепло должно было немного успокоить. Впрочем, Брюса это раздражало, и вспомнив об этом, мужчина поспешил покинуть зону комфорта Дэмиана.
Когда дети буду готовы, они дадут ему знать.

Расстегивая пальто, Уэйн-старший раскинул полы по сидению. В салоне было тепло, он постепенно согревался. Мрачный Готэм мало-помалу исчезал вдали, из-за туч начали пробиваться утренние лучики.
- Хорошо, что мы выехали пораньше, - ни к кому конкретно не обращаясь, удовлетворенно кивнул головой. - Утром за городом бывает красиво.
Брюс все равно смотрел в окно, а Дэмиан слушал музыку, поэтому.. Томас поджал губы и тоже перевел взгляд. Ничего. Они справятся, и не с таким справлялись. Главное, не потерять друг друга окончательно. Но - он не позволит этому случиться.

Отредактировано Thomas Wayne (17.10.2014 15:56:59)

+3

6

Дэмиан выглядел маленьким взъерошенным воробышком, что пристроился на огромном для него сиденье представительского авто. Он заранее нахохлился, ожидая, что дядя одернет его или укоризненно покачает головой, но тот лишь мягко улыбнулся, протягивая ладонь. И мальчику не оставалось ничего другого, кроме как протянуть ему непокорные наушники. Обычно Томас был более строг с племянником, да и с собственным сыном, не позволяя им терять лицо в любой ситуации. Но, видимо, ситуация ситуации все же рознь, и сейчас он был мягче, еще теплее, спокойнее... Дэмиан вдруг поймал себя на мысли, что ему хотелось бы пересесть ближе к мужчине, пристроиться под теплым боком, спрятаться и укутаться в длинные полы пальто, да так и остаться, пока все вдруг не станет как прежде. Это та самая безопасная зона, где все решается само собой. И ни о чем не надо думать, и ни о чем не надо вспоминать...
Мотнув головой, отгоняя глупые мысли, Дэмиан нахмурился лишь сильнее. Вряд ли в семье Уйэнов оценят подобный поступок, ведь каждый из них сильный и самодостаточный, упрямый и непробиваемый. Это относилось ко всем без исключения, это словно передавалось от отца к сыну еще до рождения. Нет, это не означало, что они все были одиночками, Уэйны ценили семью, уважали каждого, готовы были стоять за своих горой, но все же при этом не было принято рассыпаться в эмоциях и демонстрировать прорву чувств. И дети так росли. Дети к этому привыкли. Это казалось правильным. Хотя порой так хотелось...
- Спасибо, - тихо откликнулся, не одергивая свои замерзшие ладошки от знакомых теплых рук. У его отца были такие же - ухоженные, большие, теплые, которые так легко накрывали его, легко пряча оба кулачка. Дэми даже невольно застывает, не хочет шевелиться и прерывать это прикосновение. Ему, оказывается, было так холодно, а он и не замечал. Но дядя первый отстраняется, будто не хочет сейчас сделать что-то не так. А судя по виду его сына, переживания отнюдь не напрасны. У каждого из здесь сидящего своя потеря, не похожая на остальных, но в то же время почти одинаковая... Это сложно объяснить, сложно облачить в слова. И порой кажется, что проще действительно закрыться от остальных. Особенно от тех, кто рядом.
Дэми неслышно вздыхает и и засовывает ракушки наушников в уши, огораживаясь от мира льющейся музыкой. Он не хочет смотреть в окно, не хочет видеть, как они покидают Готэм, ему проще закрыть глаза и напевать про себя знакомые мотивы. В его плейлисте настоящий хаос - классика сменяется тяжелым роком, а после звучит французский шансон, неожиданно заменяющийся известной джазовой композицией. Вкус у мальчика совершенно не детский, он умудрился взять от каждого понемногу. Томас привил ему вкус к классике, отец к блюзу, Брюс к року, а Марта к нежной французской музыке. И сейчас каждая из песен невольно, но напоминает и о тех, кого нет, и о тех, кто близко. Дэмиан не знает, чего от всех этих мелодий сейчас больше - то ли тоски, то ли успокоения. Он ерзает по сиденью, кусает нижнюю губу, и все никак не может избавиться от навязчивой мысли о чужом пальто.
И он не успеват уловить момент, когда вдруг скользит на сиденье напротив. Усаживается рядом с дядей и накрывает полами пальто свои колени. Он сидит молча несколько мгновений, а после все же выдергивает один наушник и поясняет:
- Я замерз.
Он не слышал о том, что по утрам где-то там красиво. Ему, если быть честным, все равно, что там теперь творится с окружающим миром, он не может на него смотреть, не может реагировать, как прежде. Не может даже простить, что ни черта не изменилось с того дня, как отца не стало. Все не так только для него. Только для их семьи. И он уговаривает себя, что нет ничего зазорного в том, что он хочет стать к ним чуточку ближе. Самую малость. Потому что как жить без семьи, Дэмиан просто не знает. И... не хочет знать, чего уж там.

+4

7

На пару мгновений в салоне воцарилось тяжелое молчание. Томас старался думать о чем-то позитивном, но ввиду последних событий у него выходило плохо.
А потом что-то разом изменилось. Дэмиан потянулся ближе, подсел под самый бок и укрылся полой пальто. Даже вынул из уха наушник, чтобы сообщить:
- Я замерз.
Томас не сдержал теплой полуулыбки. Снял пальто и накрыл плечи мальчика. Действие получилось очень естественным, да и разве он мог поступить иначе?
Он ожидал подобных действий от Брюса, но - никак не от пасынка. Потому что они с Брюсом были семьей, пускай и маленькой и искалеченной, а Дэмиан, пусть и родственник, но чужой.
- Согревайся, - кивнул мальчишке, осторожно коснувшись ладонью коротких черных волос. Они были влажными, мужчина снял рукой пару капель. Но постарался не перебарщивать с ласками. Пока. Для начала стоило понять, чего ждать от мальчика, а главное - чего тот ждет взамен.
- Что ты случаешь?
О, удержаться от того, чтобы завести разговор, было очень сложно. Пускай это будет пара фраз, пустых и ничего незначащих, и пускай даже не сложится в полноценную беседу. Просто мальчишка давал ему прекрасный шанс, и грешно было не воспользоваться.
К тому же, Томасу было в самом деле интересно. Он знал очень многое о собственном сыне, а о пасынке - совершенно ничего. Что тот любил, что тому нравилось? Им придется учиться быть семьей отныне.
Не скрыть, Уэйн-старший немного нервничал на этот счет. Брюс и Дэмиан разительно отличались. Марта растила Брюса в тепле и ласке, юноша рос домашним, уважал родителей. Дэмиан же был избаловал отцовской вседозволенностью, мог нахамить, не ставил ни во что чужое мнение, он был бомбой замедленного действия - не знаешь, когда рванет.

+4

8

Несмотря на свой дурной нрав и вспыльчивый характер, Дэмиан был домашним и обласканным ребенком. Он никогда не знал матери, но отцовской любви хватало с головой. Робин души не чаял в своем единственном отпрыске и старался компенсировать неполную семью тем, что никогда не отказывал своему сыну. В доме существовал один единственный запрет, который Дэми и сам никогда не хотел нарушать - они не должны были говорить о женщине, которая родила мальчика. Во всем остальном - полная свобода.
Все его желания всегда исполнялись, его редко действительно пытались воспитывать, и отец никогда не сдерживался в физическом проявлении любви, часто обнимая или просто касаясь чернявой макушки сына. И сейчас чужое прикосновение заставило замереть на сиденье, прислушиваясь к собственным ощущениям. Ладонь была теплой, мягкой, широкой - совсем как у отца. Только ощущения другие - Робин касался увереннее, без этой осторожности. Но оно и понятно - даже если они все были одной семьей, связанные громкой фамилией Уэйн, это не означало, что они жили под одной крышей и любую свободную минуту проводили рядом друг с другом. У каждого из них были свои дела, свои жизни и интересы. Кто же знал, что однажды им придется стать ближе? Ближе, чем они рассчитывали, будем откровенны.
- Спасибо, - привычным мрачным голосом поблагодарив, Дэми плотнее завернулся в чужое пальто. Пахло дорогим одеколоном, дождем и редким готэмским солнцем. Запах непривычный, отличающийся от отцовского, но это даже хорошо. Ему не нужна замена отца, подделкой он не привык довольствоваться. Но вот просто кто-то родной, свой... одной крови. Это ему необходимо. Хотя бы первое время. Он не настолько глуп, чтобы это отрицать перед самим собой. А вот вслух подобного он точно никогда не скажет...
- Много чего, - мальчик неопределенно пожимает плечами, ему сложно определить собственный треклист хоть каким-то одним направлением в музыке. Поэтому он просто протягивает дяде один наушник, сам прислушиваясь к новой заигравшей песне. - Прямо сейчас это "Новый день". Джаз.
Он не говорит, что это любил его отец, дядя наверняка это прекрасно знает и сам. Как и не замечает, что следом пойдет мелодичная французская мелодия - одна из тех, что всегда играла в доме Уэйнов-старших. Дэмиан не собирается одергивать наушник или что-то в этом роде, ему кажется, что им нельзя чураться того, что напоминает о прошлом. Как ни крути, оно всегда останется рядом, незримо, но ощутимо. И с этим надо как-то учиться жить. К этому надо привыкать. И Дэмиан начинает с музыки, уже почти не слыша на заднем плане, как, фальшивя, подпевает отец своей любимой мелодии. Ему кажется, что это маленький, но все таки прогресс.

Отредактировано Damian Wayne (20.10.2014 22:49:31)

+4

9

Томас послушно перенял протянутый наушник и чуть склонился, чтобы сильно не натягивать провод. Замер своей щекой у самой щеки Дэмиана, чуть прикрывая глаза, словно это могло помочь ему слышать лучше. Впрочем, это помогало скрыть тоску во взгляде.
"Новый день". О, как много воспоминаний! Когда-то Робин напевал эту старую, непопулярную мелодию везде, из каждого уголка дома лилось фальшивое "фью, фью", когда брат пытался изображать джазовые звуки. Над ним подшучивал даже Альфред, тактично замечая, что мастеру Уэйну медведь являлся в детстве, но Робина это не расстраивало.
- Он так любил ее, - не удерживаясь, с тихой грустью в голосе бормочет. Но надеется, что мальчик не расслышал. Незачем им сейчас теребить не зажившие раны.
Приказывая себе молчать, мужчина сползает по сидению ниже. Дэмиан как-то сам оказывается в его руках, Том прижимает пасынка к своему боку крепче, сильнее жмуря глаза. О, мальчишка знает толк в мучениях! Следующая мелодия - та самая. Та самая! Томас не может больше сдерживаться и вынимает затычку из уха, возвращая Дэмиану.
- Очень красиво, - насилу улыбается, виновато качая головой. - Знаешь, я обязательно послушаю с тобой всю эту музыку. Позже.
Подборка в плеере достаточно сильная, но это придется по вкусу разве что мазохисту. Томас ставит себе мысленную галочку присмотреться к мальчику; еще не хватала новых трагедий в их доме.
А пока - мужчина чуть крепче сжимает пальцы на чужом плече. Возможно, достаточно будет просто обогреть его, согреть собственным теплом, поделиться спокойствием. Бывает, этого оказывается достаточно, когда прочие слова и сожаления неуместны.

- Том.
Марта улыбается. Склоняется к его лицу так низко, что он ощущает трепет ее ресниц.
- Томас, милый.
Ее ладонь гладит по лицу, скользит по щеке. Длинные волнистые волосы прядями падают на его грудь, щекочут шею.
Вздрагивая всем телом, мужчина резко садится ровнее. Машина, подпрыгнув на кочке, вновь мчится по серой ленте дороги без тряски, почти не гудя. Вскидывая руку, Том утирает испарину со лба, переводя дыхание и осматривая притихших детей. Кажется, дорога утомила и их. Это ничего, сейчас им всем нужен отдых.
- Сделаем остановку, - тихо кидает водителю через переговорное устройство, вживленное в обшивку над головой. Сон обеспокоил его, хотя и не был страшным или пугающим. Просто.. Марта не снилась ему ни разу до этого дня. Что же изменилось?
Когда машина тормозит, Томас почти выдирается из сонного вязкого тепла салона, оставляя пальто внутри. Снаружи - по-весеннему прохладно, однако кругом зелено в преддверии лета. Глубоко вдыхая и выдыхая, мужчина трясет головой, будто старается выбить воспоминания.
"Отпусти меня, - вскинув лицо, беззвучно просит у серого неба. - Только так я смогу идти дальше. Чтобы вырастить Брюса и Дэмиана. Сделать их счастливыми.. Я смогу, но - только не держи."

+5

10

Дядя узнает каждую из мелодий... Ну, конечно, узнает. Каждый раз, когда семья Уэйнов собиралась в свой тесный круг, они крутили одни и те же мелодии. Такие разные, но уже привычные, родные, неразрывно связанные с их семьей. Было не странно, что они соседствуют друг с другом, скорее было странно, что их можно было слушать вразрез друг с другом. Для посторонних — это просто сборник всех возможных направлений. Для Дэмиана — история хороших моментов пусть и не полной семьи. Дядя Томас всегда встречал гостей легкой классикой, Брюс после наигрывал на пианино что-нибудь сложное вроде Вивальди, а во время ужина едва слышно доносилась французская речь, а после, когда взрослые уже рассаживались по креслам с бокалами в руках, Робин ставил свои заезженные джазовые и блюзовые пластинки. И что самое смешное, Дэми не помнит, чтобы хоть раз из-за этого вышел спор. Или чтобы хоть раз эта традиция была нарушена. А когда они с Брюсом подросли, им позволили вписать в это многоголосье и свои молодежные мелодии, чем они не постеснялись воспользоваться. Может, конечно, он придает этому слишком много значения, но так уж вышло, что он любил музыку. И многое чувствовал через нее... И даже сейчас старался справиться при ее помощи.
- И всегда фальшивил, - еще тише добавляет Дэмиан. Не то чтобы он собирался прям показать дяде, что его замечание не прошло мимо, но он просто не смог промолчать. Ему кажется, что если вспоминать вот так, будто невзначай, однажды так и произойдет — он скажет, но больше не почувствует болезненной пустоты внутри. Только если немного подождать...
- Хорошо, - мальчик не настаивает и забирает обратно наушник. Наверное, у каждого свой выход из этого тупика, каждый из оставшихся Уэйнов будет искать свой путь, как двигаться дальше, а не завязнуть в прошлом. У Дэмиана он немного грубоват, будто рубит с плеча. Или же пытается причинить самому себе такую боль, чтобы потом его уже ничего не трогало. Он и сам не уверен, как именно подействует его способ, но уверен, что все делает правильно. Он хоть что-то делает, а не сидит с совершенно отсутствующим видом, как Брюс, делая вид, что ничего больше вокруг не существует. Даже отца и его кузена... Вот это точно повторный тупик. В этом мальчик не сомневается.
Дэми не замечает, когда начинает проваливаться в сон. Он не особо любит засыпать с того самого дня, как в их доме произошло нападение, но сейчас ничего не может с собой поделать. Он почти и так не спал всю ночь, потом это прощание и дорога... Стоило ожидать, что рано или поздно его все таки сморит. Тем более, когда за окном все еще низкие свинцовые тучи, а в салоне так тепло, да и тихая музыка... Дэмиан прижимается крепче, убаюканный все же в большей степени чужим теплом. Еще на грани сознания он понимает, что его снова будут преследовать плохие сны, но не может сопротивляться.
Мальчик беспокойно вздрагивает во сне ровно в тот момент, когда Томас дергается и рывком выпрямляется. Дэми не может проснуться так же быстро, но он хмурится и недовольно кутается в плащ. Чужое беспокойство прогоняет его собственный кошмар, и он не успевает снова заглянуть в комнату, полную крови и хрипов. Не успевает проводить взглядом высокую фигуру в темном плаще, что будто просто исчезает в темном углу комнаты. Все самое плохое остается за кадром, но ему вполне хватает и молчаливых ночных коридоров, по которым он спешит в отцовскую спальню, чтобы проснуться в уже привычном мрачно расположении духа. Дэмиан открывает глаза как раз в тот момент, когда дядя аккуратно выскальзывает из машины, оставляя двух мальчиков отдыхать и дальше. Ну, по крайней мере, так он думал... Дэми переводит взгляд на Брюса, тот свернулся калачиком на своей стороне и дышит почти неслышно. Кажется, хоть его кошмары обошли в этот странный час для снов... Что же, ну хоть кому-то повезло. Это не может не радовать.
Мальчик еще какое-то время сидит в машине, а после все же тоже вылезает из прогретого салона. На улице промозгло, но это даже хорошо, выветривает из головы остатки сонливости. Дэми не идет к дяде, не берет его за руку и даже не окликает. Каждому из них сейчас просто необходима своя личная зона комфорта, куда порой совершенно не хочется пускать даже близких людей. Поэтому он просто ходит вокруг черного автомобиля, разминает затекшие мышцы и задумчиво пинает камни, попадающиеся под ноги. Он честно выжидает время, в конце концов останавливаясь возле двери и облокачиваясь о нее, засовывая руки в карманы. Он примерно может догадываться, что творится в душе Томаса. Если быть точным, скорее, ему почему-то кажется, что он об этом знает больше, чем о том, что чувствует тот же Брюс, хотя, казалось бы, их потери были ближе друг к другу... Но нет, выходит все совсем наоборот. Он не знает, почему так вышло. Но кузен и сам огораживается стеной. А когда у вас двойная преграда ото всех, вряд ли вы чего-то добьетесь...
- Я проголодался, - все же подает голос, будто бы невзачай. На самом деле он ни черта не голоден, даже забыл, когда в последний раз вообще нормально ел. Но ему хочется отвлечь дядю от его мыслей. Слишком внимательно тот смотрел куда-то вверх, будто все чего-то ждал. Но даже Дэми уже знал — ничего не дождется. Ни ответов, ни хоть каких-то знаков. Тот, кто уходит, слишком упрямые и своевольные, они никогда не возвращаются и не отвечают, как бы тяжело без них не было, какую бы пустоту за собой не оставили. Вот такие они Уйэны... Упрямы до последнего. И даже больше.

+6

11

Томас не знает, сколько еще он уговаривает низкое серое небо. Где-то за облаками светит солнце, но земли достигают лишь редкие лучики; это не способствует улучшению настроения, однако мужчина так поглощен своим внутренним монологом, что не придает окружающей обстановке значения.
Дэмиана он тоже не замечает. Точнее, обращает на него внимание только тогда, когда тот подает голос, самостоятельно обозначая свое присутствие. Томас вздрагивает и оборачивается, останавливая на мальчике расфокусированный взгляд. Ему почти начало казаться, что он слышит ответ, и теперь ему требовалось некоторое время, чтобы вернуться на землю.
Вскидывая ладонь, мужчина трет висок, который покалывает так, будто в него ввинтили ржавое сверло и теперь монотонно проворачивали. Не очень приятное ощущение, но он знал причину этой боли. Если не отвлечься, очень скоро мигрень захватит все его мысли целиком. Нельзя, когда рядом дети.
- Мы проехали по пути пару придорожных кафе. Уверен, скоро будут еще.
Подходя ближе, мужчина коснулся плеча пасынка пальцами, чуть сжимая. Судя по взгляду, Дэмиану тоже требовался свежий воздух, чтобы немного прочистить голову. Вероятно, они похожи больше, чем кто-либо мог догадываться.
- Мне нужно было подумать о провианте и прихватить что-нибудь с собой.
Томас задумчиво жует губу, но не раскаивается особо. Марта бы наверняка подумала об этом, но - не он.
Впрочем, не велика беда. Уж без еды они не пропадут, к тому же трасса не была закинутой или пустынной, по дороге в самом деле довольно часто подворачивались кафетерии с автозаправочными станциями.
- Давай вернемся в машину, - мужчина осторожно притягивает мальца к себе и на пару мгновений прижимает к своему боку, показывая, что рядом с ним, здесь, вместе. А после подталкивает к салону, пропуская первым и забираясь следом. Велит шоферу тормознуть у первой же придорожной забегаловки и складывает руки на коленях, выжидающе смотря в окно. Ему мало о чем думается, и все же редкие обрывочные мысли занимают его целиком. А когда машина вновь останавливается, мужчина не сразу понимает, для чего им остановка.
- Выйдем вместе? - монотонно растирая висок, рассеянно уточняет у пасынка. Или, может, им стоит отправить шофера на поиски провианта, а самим переждать внутри прогретого салонного тепла? Впрочем, Том не исключал варианта, что Дэмиан желал выдвинуться на разведку в одиночестве; ему наверняка тоже есть, о чем подумать.

+4

12

Дэмиан смотрит в задумчивые глаза дяди и ловит до боли знакомый жест. Когда отец уставал или его донимала головная боль, он всегда растирал висок кончиками пальцев - почти незаметно морщился и тихо выдыхал, стараясь не показать, что ему нехорошо. Сейчас Томас зеркально повторяет жест своего младшего брата, и стоящий напротив мальчишка даже не уверен, кто с кого научился. Одно знает точно - он и сам так делает, невольно повторяет и копирует привычки отца, даже сам того не замечая, подметив только тогда, когда заметил у другого. Дэмиан еще не знает, как относиться к подобному. Когда ты почти подросток, ты не хочешь быть ни на кого похожим, тем более на собственных близких. Хочется быть уникальным, единственным таким. Вот только когда равняться больше не на кого, еще десять раз подумаешь, действительно ли ты ничего не хотел перенять...
Дэмиан привычно поджимает губы, когда его одолевают мрачные мысли. Засовывает руки в карманы брюк и сжимает ладони в кулаки. Порой он накручивает сам себя, не всегда замечает, как переходит из одного настроения в другое, а иногда может осознать собственную вспышку злости или капризности только через день-другой. Сейчас он не собирается взрываться, потому что просто совершенно не на что, а одергивать самого себя у него и так уже вошло в привычку. Ему просто нужно подавить первую волну, и вот он уже согласно кивает - придорожное кафе, так придорожное кафе. Несмотря на свое происхождение и воспитание, в еде Дэмиан совершенно неприхотлив. Если, конечно, у него не какое-нибудь особо пакостное настроение. Но сейчас определенно не тот случай.
- Ничего. Ты же сам говоришь, что будут еще кафе, - мальчик уверен, что провиант - это последнее, что заботило его дядю. С ним в новый город едет собственный сын, лишившийся матери, а еще довесок в виде полностью осиротевшего ребенка. Прихватить в дорогу сендвич и сок - не тем должны быть заняты мысли оказавшегося в подобном положении вдовца. Так что слова Дэмиана - это почти как подбадривание. В его оригинальной, только ему свойственной манере.
Дэмиан неспешно забирается обратно в теплую машину, на несколько мгновений сталкиваясь со взглядом проснувшегося Брюса. Он совершенно не может ничего в них прочитать, а потому молча пристраивается на сиденье напротив, чтобы больше не мешаться между отцом и сыном. Дэми только задумчиво смотрится на свое предплечье, все еще ощущая теплое бережное прикосновение. Оно обжигает, но в то же время удивительным образом успокаивает. И мальчик все никак не может понять, как ему к этому относиться, как в дальнейшем вести себя с остатками семьи. Огородиться, чтобы не было больно быть рядом с ними. Или позволить себе принимать чужое необходимое тепло. Вопрос мог бы показаться странным кому угодно, но только не Дэмиану. Он действительно еще не совсем понимал, как все должно складываться, когда они окажутся в каком-то там деревенском Смоллвилле...
Невольно задумываясь, привычно хмурясь собственным размышлениям, Дэми молчал всю оставшуюся до ближайшей закусочной время, приходя в себя только на голос дяди. Вскинув взгляд и быстро осмотрев мужчину, мальчик качнул головой. Да уж, веселая у них выходит поездка, ничего не скажешь. Как бы мигрень не замучила всех Уэйнов по дороге.
- Тебе бы просто подышать воздухом, дядя. А я куплю тебе кофе, - деловитым тоном откликается, первым выскальзывая из салона автомобиля. Потягивается и оглядывает простенькую стоянку для грузовиков. Здесь есть и маленький мотельчик и небольшое кафе. Отец бы точно сказал, что местечко злачненькое, но это совершенно не значит, что он бы отсюда уехал.
- Брюс не хочет провериться? - тихо уточнил у Томаса, заглядывая в салон авто. Брюс снова смотрел в окно, совершенно не реагируя на присутствие других членов своей семьи. Если честно, Дэми это начинало немного напрягать. И лучше бы их дороге закончиться в ближайшие пару часов, иначе он устроит бесплатный сеанс психотерапии для кузена. Тот вряд ли понравится всем сидящим в машине, но Дэмиан считал, что это по меньшей мере уже выходит за все рамки приличия. Брюс вел себя не по-Уэйновски. И это было чертовски неправильно. И по мальчишку уже было заметно - поведение двоюродного брата начинает его напрягать. А Дэмиану лучше не раздражаться. Это уж вся семья знала на пять с плюсом.

+4

13

Пока они едут, Томас успевает обмолвиться парой фраз с сыном. Брюс потерял и расстроен. До сих пор. Отвечает коротко и нехотя, он словно спит все время и изредка что-то сонно бормочет, почти не просыпаясь. Уэйну-старшему знакомы его чувства, он не решается давить на ребенка, хотя и мечтает о том, чтобы тот взял себя в руки, как и подобает человеку его уровня. Но Брюс - лишь ребенок, грешно требовать от него вскинуть голову и перешагнуть гроб матери.
Ничего. У них есть множество времени, чтобы залечить свои израненные души. Томас постарается сделать так, чтобы дети вскоре забыли о полученных ранах. Чтобы помнили тех, кого потеряли, но больше не страдали из-за этого всякий раз, как зайдет разговор или в памяти всколыхнется воспоминание. Это тяжелый, тернистый путь, но они справятся. Они же Уэйны.

От внимания мужчины не укрывается раздражение Дэмиана. Тот смотрит на сводного брата с обидой, непониманием, легким презрением. Мешанина чувств и эмоций сбивает пасынка, он готов вымещать злость на ком угодно, кто попадется под руку.
Томас вздыхает. Они такие разные. В момент утраты каждый реагирует по-своему. Нельзя, чтобы непонимание развело мальчиков в разные стороны. Он хочет донести эту простую истину до обоих, но молчит, боясь сделать хуже.
- Брюс, сходи с Дэмианом, - наконец, велит сыну. Брюс старше, он присмотрит за мальчишкой. Это логично просить его о подобной услуге. Возможно, они поговорят по пути или немного развеятся, что положительно скажется на настроениях обоих.
Брюс не двигается с места, лишь цедит себе под нос что-то про ненастоящего брата. Они не родные, но все же братья; Томас качает головой и стискивает пальцы на плече сына, стараясь привести его в чувство, а когда тот испуганно вздрагивает - отступает. Нельзя принуждать ни одного из них.. Только время станет им лекарем.
- Брюс не хочет, ему нужен отдых, - улыбается пасынку, что уже топчется подле машины и навряд ли видел сцену целиком или что-либо слышал. - Спасибо, Дэмиан. Возьми мне три кусочка сахара.
Повозившись, достает бумажник и протягивает пару крупных купюр мальчику.
- Прихвати Брюсу тоже что-нибудь, - тихо просит, мягко улыбаясь, чтобы успокоить обоих. Все в порядке. Он не позволит случиться конфликту. Не сейчас.

+5

14

Конечно же Брюс не хочет. Даже странно, что тот вообще на что-то реагирует, кроме самого себя. Дэмиану хочется обвиняюще тыкнуть в него пальцем и зло прошипеть о том, что кузен - чертов неблагодарный засранец, который не замечает, что вообще-то у него еще хоть кто-то есть. Ему есть за кого цепляться, есть с кем рядом жить, у него здоровый и живой отец, который готов быть рядом. Что еще нужно? Разве ради этого нельзя пережить потерю? Ему бы взглянуть на своего младшего двоюродного братца - тот вообще теперь сирота, от отца лишь воспоминания да фамилия, ему уже никто и никогда не скажет, что им гордятся. Весь дальнейший путь - в гордом одиночестве, потому что дядя Томас и кузен Брюс - не в счет, они родные, но семья семье рознь. И у Дэми своей не осталось. Она и так всегда была половинчатая, но теперь и отца рядом не будет. Вообще. Никогда. Так что Брюс действительно понимает о потерях?
- Стоило бы уже передохнуть за столько часов, - резонно замечает, вскидывая на Томаса скептический взгляд. Тот скорее всего просто не достучался до сына, просто не хочет на него давить и позволяет тонуть в этой эгоистичной беспросветной тоске. Умный или нет поступок, не ему судить. Он просто помнит, что на похоронах его одернули лишь дважды - не смей, чтобы они видели твои слезы. Целая куча репортеров и фотографов тогда окружали их, и все оставшиеся Уэйна стояли с гордо поднятыми головами. Разница заключалась лишь в том, что Дэмиан это взял на постоянное вооружение. И не собирался вот так вот сидеть, забившись в спасительное нутро автомобиля. И в дальнейшем не собирался хоронить себя в четырех стенах. У него впереди целая жизнь, часть из которой он уже знает, как потратить. И его раздражает, что кто-то из тех, кто носит такую же фамилию, как у него, позволяет себе настолько опустить руки.
- Три кусочка сахара. Что-то для принца. Я понял. И у меня еще остались свои, - Дэмиан не особо замечает, как ерничает в сторону Брюса, это выходит автоматически. А вот от денег он отказывается намеренно. Ему полагается ежемесячный платеж из его будущего наследства, и он собирается пользоваться этими карманными деньгами, как настоящий взрослый. Раз уж он в дальнейшем и жить собирается так же - без опеки и один. Он старается казаться взрослее, чем есть, даже в мелочах. Ему кажется, что по другому никак.
Дэми разворачивается на пятках и быстро устремляется в сторону придорожного кафе. Он не ждет водителя, всем своим видом давая понять, что прекрасно справится и сам. Тем более - было бы с чем. В самом кафе он долго изучает меню - скорее, чтобы просто побыть немного одному. Ему нужно остыть, а то кислая морда кузена действительно заставит его вскипеть.
- Три сендвича с копченой грудкой, крепкий кофе со сливками и сахаром, две банки газировки. И леденец на палочке. Пару штук, - последнее просто вырывается. Дэмиан любит сладкое, как и все дети, а уж к леденцам пристрастился из-за тети Марты. Она сама делала ему и сыну конфеты на палочках из жженного сахара. Такого вкуса больше нигде не найдешь, но если не остается ничего, кроме замены, приходится довольствоваться и этим.
Дэмиан возвращается обратно к машине, осторожно передает дяде кофе, показательно кидает в грудь Брюсу сендвичем. Тот хотя бы немного приходит в себя и все же ловит банку, которая грозила прицельно прилететь в лоб. Что же, своего мальчишка добился, кузен хоть и недоволен, но это уже не кислая и унылая морда. Еще, глядишь, поест, и все станет совсем не так плохо.
- Вот. Вдруг дальше только злачные места? - со здоровой долей пессимизма вопрошает Дэмиан и передает дяде следом и его сендвич. Сам уже уплетает свой, умудряясь при этом не заляпаться и залезть в машину, где ставит открытую банку газировки между коленками, грозя разлить и испачкать дорогущий кожаный салон. Но его это определенно мало волнует. Он немного поспал, он прогулялся и сейчас бодр. И это не слишком хорошо, если им предстоит еще слишком дальняя дорога.
- Нам еще долго? - уточняет, стряхивая с уголка губ мелкие крошки. - Езда на машине бывает утомительна.
Несмотря на скучающий тон и полукапризное выражение лица мальчишки, все это хороший знак. Может, и ненадолго, но Дэмиан пришел в себя. Стал прежним, умудряясь ненадолго отбросить все удручающие мысли. Как только они приедут в Смоллвилль, и Дэми останется один, у него будет на это очень много времени. А вот на то, чтобы побыть собой прежним, может и не быть вовсе.

+5

15

Томас провожает пасынка взглядом и вздыхает. Раздражение и непонимание рвутся из Дэмиана, он даже придумывает забавные прозвища для Брюса, наверняка обидные в их возрасте. И все же - уголки губ дрожат, ломаясь в усмешку. Они вместе, они рядом, они все еще семья, а значит смогут все починить.
Дэмиан не принимает денег и спешит управиться самостоятельно, не дожидаясь надсмотра и прикрытия. Том не собирается ему мешать и просит водителя остаться в салоне, покуда сам внимательно рассматривает замызганные двери, за которыми скрылся мальчишка. Сын его брата оказался морально сильнее, нежели собственный. Томас не собирается обвинять кого-то из них или показательно хвалить, потому что дети разные - и это факт; это скорее просто забавное примечание, которое он запомнит, чтобы в дальнейшем не ошибиться. С Дэмианом можно не стесняться в выражениях. а с Брюсом нужно быть мягче.

Мальчик задерживается в кафе, но Томас остается спокоен. Им всем сейчас нужно время, как можно больше времени. Прирожденный отец, он верит, что ощутит, если случится беда.
Беды не случается, Дэмиан вскоре возвращается с добычей. Делится в своей манере, чем чуть оживляет Брюса. Томас снова улыбается.
- Еще пара часов, - выглядывая в окно, делает предположение мужчина. Смоллвилль - не ближний свет. Но и в пределах досягаемости, иначе Марта не выбрала бы именно его. - Думаю, доберемся до захода солнца.
Уэйн наведывался в городишко всего пару раз, но был увлечен своей женой, поэтому дорогу не особо запомнил. Впрочем, они и без того провели в пути не менее четырех часов, поэтому по скромным подсчетам оставалось всего-ничего.
Неторопливо откусывая от своего сендвича, Томас украдкой осмотрел мальчишек. Когда они достигнут места и разбредутся по комнатам, тормошить их станет сложнее. Но он недаялся, что сумеет что-либо придумать.

- Добро пожаловать.
Альфред, как и всегда безупречный и подтянутый, уже ожидал у крыльца, сложив руки за спиной. На его лице мало что отражалось, бесстрастие - вот его конек.
- Я могу помочь вам, мастер Томас?
Его голос был ровным, услужливым. Том не ошибся, отправив его сюда чуть загодя, буквально на полчаса раньше. К их приезду уже все было готово.
- Мастер Брюс. Мастер Дэмиан.
Альфред приветствовал каждого, помогая выйти из машины, а после отступил в сторону, давая им осмотреть небольшой особняк. Не такой огромный и шикарный, как в Готеме, но весьма уютный на первый взгляд.
- Ваши комнаты готовы, - вновь подал голос дворецкий. - Следуйте за мной, я покажу вам дом.
Незаметный жест помощникам, они позаботятся о багаже. Быстрый взгляд на хозяина, и Томас качнул головой - он сам разберется, пускай Ал займется детьми и покажет им местность. Теперь им всем здесь жить, это место должно стать для них отчим домом на ближайший год-полтора.

+5

16

На пару часов Дэмиана еще хватает. Если бы они ехали еще полдня, в машине бы определенно разгорелся скандал. А так мальчишка даже делает вид, что все это время просто не замечает своего кузена. Пожалуй, это нужно будет взять на долгосрочное вооружение. Они слишком разные, чтобы действительно суметь ужиться рядом друг с другом. И даже несмотря на дальнейшие планы Дэми, им все равно придется видеться. И, желательно, удерживать нейтралитет. Так что мальчишка может собой гордиться. Он даже не желает Брюсу подавиться, когда тот все же принимается за еду.
Оставшаяся дорога проходит даже быстрее, чем планировалось. И Дэми нетерпеливо покидает салон автомобиля, потягиваясь и разминая затекшие мышцы. Он мельком оглядывает новый дом, но не придает ему особого значения. Это чертовски странно, если учитывать, что им вроде как предстоит теперь здесь жить, но у мальчишки на все свое мнение. И он точно не хочет здесь задерживаться, каким бы хорошим не оказался этот дом. Он чужой, вот и все. Он не привык и не хочет сейчас делить свое пространство с кем-то еще. Он не готов, хоть и никогда не признается в этом вслух.
- Я не буду тут жить, - сразу предупредил, повернувшись к дяде и смотря на него упрямым взглядом. Становилось понятно, мальчишка уже давно об этом думал, так что отступаться от своего не намерен. У него уже на все был свой собственный план, и дяде просто придется его принять. - Как только я найду подходящий дом - съеду.
Звучало совсем по-взрослому, Дэмиан не собирался и дальше находиться в качестве ребенка, которому требуется помощь и защита. Да, юридически ему необходим опекун, и он у него есть. Так что теперь он вполне может действовать по своему усмотрению. Отец бы это одобрил, он бы не стал препятствовать. В конце концов, чем раньше Дэми всему научиться, тем лучше. Никто не будет подтирать за ним сопли еще многие годы, Томасу вполне может надоесть заниматься двумя детьми в одиночку уже в ближайший год. И своим решением Дэмиан облегчает жизнь и ему тоже.
Следуя за Альфредом, с детства знакомым дворецким, Дэми без особого интереса осмотрел дом, а следом и свою спальню. Стоило признать, что Томас определенно постарался. Не забыл про индивидуальность своего пасынка - поменьше мебели, хороший проигрыватель, побольше полок для книг. И пусть комната казалось пока необжитой, сразу было понятно, она могла бы стать очень уютной, своей. Вот только он все равно не собирался здесь задерживаться.
Скинув у порога рюкзак, Дэми мрачной тенью отправился изучать сад, отказавшись от дальнейшей помощи дворецкого. Он не маленький, не заблудится в трех соснах! А закрываться в своей новой мрачной обители, как Брюс, он точно не хотел. Пусть тот сам идет подобной дорогой, а лично Дэмиан собирался сделать очень и очень многое, а не просто оплакивать своего погибшего отца. И в том, что так будет правильнее, он был уверен куда как больше.
Оказавшись в небольшом (по сравнению с готэмским) саду, Дэмиан какое-то время просто гулял по кругу, не особо осматриваясь вокруг. И вернулся в дом только, когда потемнело, успев продрогнуть в простой легкой кофте. В гостиной уже заманчиво потрескивал огонь, и мальчишка потянулся туда, распластавшись прямо на полу перед огнем, безбоязненно протягивая руку и одергивая каждый раз, когда становилось слишком жарко. Он не собирался себя жечь или что-то в этом роде. Просто ему было холодно, и он старался согреться. Он ведь здесь все равно один. И нужно учиться жить одному. И заботиться... И даже вот просто находить тепло, если рядом никого нет.

+4

17

И хотя обстановка к концу поездки внутри салона накалилась, Томас все равно считал, что все в пределах нормы, а - главное - под контролем. Оба сына при нем. Дэмиан не так уж и отдаляется, а Брюс понемногу оттает. По крайней мере, после еды оба повеселели и больше не огрызались, да и мужчине казалось, что он все сумеет предусмотреть.
Однако, стоило им выбраться из машины, как пасынок преподнес ему очередной сюрприз. Томас вздохнул, провожая мальчишку взглядом. С Дэмианом никогда нельзя было бы уверенным в чем-то. Если он секунду назад ластился к рукам и всем своим видом показывал, как нуждается в тебе, то это совершенно не означает, что уже через мгновение он не цапнет за палец и не убежит на другой край света. Впрочем, Робин - был таким же. Неудивительно. Яблоко от яблони.
- Сэр? - вопросительно уточнил Альфред, отвлекая мужчину от невеселых мыслей.
Том качнул головой.
- Все в порядке. Пригляди за ними.
Отпустив основной состав действующих лиц вместе с мальчиками, Уэйн-старший налегке взбежал по лестнице, следуя в свой кабинет. Ему не терпелось разобраться бумаги, что он привез с собой, и завершить дело Марты. Он заставит весь мир помнить о ней. А особенно маленький Смоллвилль. Ее дело должно жить, даже если ей не посчастливилось быть в этом мире больше ни минутки.
"Я все сделаю, милая. Обещаю."

До вечера время пролетело незаметно. Томаса отвлек тактичный стук в дверь, и он с трудом опомнился, обнаруживая себя у огромной доски, на которой он развешивал фотографии, чертежи и нужные бумажки с цифрами. Все это ему пригодится, чтобы увидеть картинку целиком, прежде чем начать действовать.
- Мастер Томас, - покашлял Альфред. - Ужин, сэр.
Расторопный, услужливый Альфред. Он словно был везде и нигде, успевал всюду и никогда не мешался. Чудо, а не дворецкий. Том гордился им по праву.
- Я скоро спущусь.
Еще немного полюбовавшись полученным "панно", мужчина сменил рубашку и спустился вниз, обнаруживая пасынка греющимся у камина. Медленно приблизившись, коснулся его плеча.
- Эй, - склонился ниже, тихо улыбнувшись. - Как там дом твоей мечты, еще не нашелся?
Нет, конечно, он не смеялся. Наоборот, гордился взрослыми суждениями мальчика, просто - не был готов отпустить его прямо сейчас. Поэтому пускай бы его новый дом не находился еще немного.
- Пора ужинать, - позвал за собой, отнимая ладонь и сжимая похолодевшие пальцы. Дэмиану следовало одеваться теплее или проводить меньше времени на улице, покуда не стало совсем тепло. Впрочем, кто он такой, чтобы учить мальчишку, слишком взрослого для этого маленького тельца.
- Составишь мне компанию, а? - мягко предложил, не настаивая. - Брюс все еще не выходил из комнаты. А я не привык есть один.
Может, это был подлый ход, однако Том не смущался. Все взрослые рано или поздно прибегают к этому невинному трюку и просят не оставлять их одних; просят помощи, не предлагая своей, чтобы все же оказаться рядом с нуждающимся в поддержке ребенком.

+3

18

У Дэмиана была одна отличная способность - он легко занимал себя сам. Он мог заниматься уроками, борьбой, просто читать, бродить или даже просто размышлять. С раннего детства няньки ему были просто не нужны, он находил тысячу и один способ, чтобы никого на себя не отвлекать. Не от большой любви к окружающим, а от большой любви к самому себе - постоянное присутствие кого-то рядом напрягало. Он не был полным одиночкой, но личное пространство ценил. И сейчас вполне им наслаждался.
Тихо выдыхая, все никак не согреваясь, Дэмиан поджал под себя ноги и невольно привычно нахмурился, глядя в огонь. Он слышал, как заходил дворецкий (его мягкую поступь сложно не узнать), и едва ли не был благодарен, что тот ретировался так же молча. Мальчишке было о чем поразмышлять и подумать. Что-то подсказывало, что нужный дом в этом захолустье найдется далеко не сразу, так что ему стоило озаботиться поисками как можно раньше. Например, завтра с утра. В конце концов, богатые люди были везде, и подобрать хоть что-то похожее на его представление он точно сможет. А нет, тогда займется перестройкой какой-нибудь хибары. Это дело казалось плевым. Особенно если учитывать, что ему по сути есть где жить, так что особо можно и не спешить. Зато потом переехать в дом, который будет полностью соответствовать его требованиям. А они у него были неслабые. И особое место в них занимал собственный тренировочный зал. Без него совершенно никак. Дэмиан привык поддерживать высокий темп тренировок, а сейчас это казалось еще более важным и нужным. Ему нельзя быть слабым, если он хочет сам найти тех, кто лишил его семьи. Он должен быть сильным, быстрым и тренированным. И умным, это несомненно. Так что большая библиотека ему тоже не помешает. В конце концов, все должно быть в гармонии. Он же Уэйн.
Дэмиан еще не мог узнать поступь Томаса, но догадаться было несложно. Альфред не вмешивался. Брюс заперся в своей комнате, как последний слабак. Так что выбор был невелик. Вскидывая голову и смотря на склонившегося дядю, мальчик отрицательно качнул головой. Вопрос вполне был серьезным, с Дэмиана сталось шляться по округе все это время в поисках подходящего жилища. Но сегодня он утомился долгой дорогой, так что смело отложит решение этого вопроса.
- Начну завтра. Мне нужен особый дом, - честно признался, снова отворачиваясь к огню. Он не собирался скрытничать или что-то в этом духе, это по меньшей мере было бы странно. И потом, ему все равно придется привлечь дядю. Никто не продаст дом малолетнему мальчишке.
- Если он еще и свет не будет включать, я подарю ему летучую мышь. Они друг другу подойдут, - искренне отозвался на замечание про Брюса, поднимаясь с пола и следуя за дядей в столовую. Дэмиан не страдал ерундой типа отказа от еды и воды. Чтобы тренироваться и становиться сильным - он должен хорошо питаться. Хочет или не хочет, просто надо.
- Робин тоже никогда не ел один, - задумчиво поделился, со дня смерти отца все чаще называя его по имени, сам того не замечая. Про себя он мог звать его как угодно, но вслух предпочитал называть имя. Он понятия не имел, почему, просто так выходило... - Интересно, а в этом городе реально найти дворецкого?
Дэмиан так легко соскользнул на другую тему, будто и не упоминал секундой назад своего отца. Вот он уже уселся на стол и с самым пофигистичным видом принялся за свой ужин, выжидающе смотря на дядю. Дэми теперь придется заниматься взрослыми делами, но каким бы самостоятельным он себя не чувствовал, прекрасно понимал, что в некоторых вопросах ему нужен совет взрослого. И теперь это только Томас.

+5

19

Что ж, Дэмиан не отказался. Хотя это и заставило его вспомнить об отце, но Томас надеялся, что случайное предложение не доставило мальчику боль.
Жаль, что он не мог заменить ему отца. Ведь они, буквально, одной крови.
Держась чуть сбоку от мальчика, неторопливо проходя вместе с ним до столовой, Том качнул головой:
- Не суди Брюса. Он просто.. другой.
Каждый воспринимает неудачи по-своему. Боль утраты для всех разная. Кто-то собирается с силами и встает. А кому-то нужно полежать, прежде чем совершить рывок. Третьи же, бывает, не поднимаются вовсе. Томас надеялся, что его сын - из вторых.
Впрочем, мужчина не стал читать Дэмиану нотации о том, какие люди бывают. Мальчишка был не глуп и наверняка сам все понимал. Просто выражал заботу иначе. Он несомненно волновался о двоюродном брате не меньше Уэйна-старшего, просто в своей манере.
- Приятного аппетита, - пожелал пасынку, когда перед ними появились первые блюда.
Встряхнул салфетку, расстилая на коленях, и аккуратно отрезал первый кусочек, закладывая в рот. Ему безумно хотелось вернуться к своей работе, но мужчина заставил себя не торопиться. Понемногу. Неспешно. Дэмиану нужно уделить немного внимания и тепла, а после зайти к сыну и убедиться, что тот действительно не превратился в одну из тех летучих мышек, что населяли чердаки старых домов.
- Без дворецкого содержать подобный дом нелегко, - согласно заметил, включаясь в беседу. - Даже если дом будет вдвое и втрое меньше нынешнего, боюсь, любой уважающий себя сэр должен держать при себе работника или даже двух.
Томас кивнул - конечно, он поможет ему, - а после улыбнулся, после чего отложил вилку с ножом и потянулся к бокалу вина.
- Хочешь попробовать? - решительно предложил Дэмиану. Нет, конечно, он не собирался спаивать мальчишку, просто.. тот был уже таким взрослым! Думал о столь важных вещах. Внутри что-то защемило, и Томас почувствовал отцовскую нежность.
Все же жаль, что он никогда не сможет стать мальчику настоящим отцом.

+5

20

Дэмиан знал, что Брюс другой. Несмотря на то, что в детстве считал, что они более чем похоже, все равно понимал - им с братом будет не по пути. Тот был мягче, слабее, будто бы все равно вылепленный из другого теста. Это не означало, что Дэми его не любил, просто считал, что порой такому человеку нужен хороший пинок под зад, чтобы он перестал жалеть себя самого. Просто потому, что Уэйны никогда и никому не позволят жалеть их. Даже самим себе! Но то, что происходило с кузеном сейчас, воспринималось как слабость. А они не могли быть такими, их и так осталось слишком мало, они не должны опускать руки и хоть кому-то позволить это увидеть. И вообще... такое уныние опасно само по себе. И Дэми очень надеялся, что дядя не будет слишком этому потакать. Иначе их останется еще меньше.
- Приятного, - откликнулся, без особого желания принимаясь за ужин. Особого голода не было, да и судя по Томасу, тот тоже просто отвлекался от работы - потребности у них всех сейчас явно притупились. И от того Дэмиану лишь больше хотелось вернуться в нормальное русло. Все должно стать почти как раньше. Не потому, что он легко сможет прожить без отца. А потому что иначе он вообще никак не выживет. А у него были слишком большие планы на эту жизнь, чтобы сдаваться так просто.
- Двое будут мешаться, - задумчиво протянул Дэмиан, со всем достоинством разделывая мясо на своей тарелке. Может, он и был взбалмошным ребенком, но даже в него смогли вбить все правила этикета и поведения в обществе. Пусть даже это общество - только твой родной дядя. - Но есть ли здесь вообще такое понятие, как дворецкий. Я запрошу у Альфреда рекомендации, пусть найдет кого-нибудь в Готэме, кто готов временно переехать в... Смоллвилль.
Дэми умудрился даже обойтись без уничижительного - "захолустье". Если он собирался провести здесь какое-то время, нужно сделать вид, что город не так уж и плох. В конце концов, какая разница где начинать свой путь, когда знаешь, где будет самый главный подъем?
Поднимая на дядю чуть удивленный взгляд, Дэмиан пару мгновений помолчал, будто ожидал, что Томас сейчас рассмеется и скажет, что это была несмешная шутка. Но тот продолжал смотреть так, будто предложил вина своему, скажем, партнеру по бизнесу. И мальчик не мог не признать, что такое отношение ему импонирует.
- Хочу, - без лишних ненужных пируэтов признался, подставляя свой бокал. Он не собирался залпом выпивать и показывать, что он настолько взрослый, что даже первый алкоголь в его жизни никак на него не влияет. Дэми никогда не любил притворства. Поэтому он тщательно понюхал напиток, качнул в пальцах, наблюдая за красотой янтарной жикости, а после аккуратно сделал маленький глоток. И, конечно, чуть поморщился.
- Терпкое, - признал, сразу же отставляя бокал, прекрасно понимая, что если он попытается пить и дальше, то будет больше похож на ребенка, чем если честно откажется от того, чей вкус еще не может понять. - Может, я распробую это позднее.
Это было честно, Дэми не собирался лукавить в подобной мелочи.
- Мы здесь надолго? - он давно хотел задать этот вопрос, ждал подходящего момента. Но ведь он может и не наступить, верно? Поэтому он поступит так же, как и всегда. Не будет выжидать, а сразу узнает то, что необходимо. В конце концов, ему нужно правильно распланировать свое время...

+6

21

Томас улыбался, глядя на мальчишку напротив. Ах, молодость. Он помнил себя в его годы. И помнил своего брата - Робина - отца Дэмиана. Когда они впервые добрались до отцовских запасов вина, они выхлестали пару бутылок, им было плохо, их после реально откачивали. Правда, Том мало что помнил, его срубило почти сразу. Зато Роб помнил кучу пикантных подробностей, которыми щедро снабжал подсознание братца в течении многих годов; Томас со временем понял, что очень многое брат выдумывал, чтобы его истории обрели пикантность, однако это не умаляло того факта, что они были детьми и повели себя глупо.
Дэмиан же поступил иначе. Может, его смущало наличие взрослого в компании, или же у него в самом деле мозги были устроены по-другому. Как бы там ни было, он лишь чуть пригубил напиток и мудро решил отложить дальнейшее знакомство со спиртным на попозже.

- Альфред поможет тебе в выборе, - наблюдая за мальчиком, согласился мужчина.
Почему нет? К тому же, быть честным, Томас предпочел бы расстаться с Альфредом, лишь бы тот присмотрел за Дэмианом. Поэтому у его был иной, чуть более тонкий план:
- Если ничего не подыщется, почему бы тебе не нанять Альфреда? - как бы между прочим предложил, отпивая из своего бокала еще немного. - Я привез сюда целый штат. Уверен, отсутствие Альфреда не станет проблемой. К тому же, лучше него в этом деле нет.
Томас не лукавил, Альфред был отличным дворецким и управляющим. Ему мужчина мог доверить пасынка без опасений. К тому же, он все еще тешился надеждой, что Дэмиан успеет передумать о раздельном проживании, однако - если нет, Уэйны славились своим упрямством, - будет просто замечательно, если рядом с малолетним мальчиком окажется свой надежный человек. Томас старался смотреть в будущее и просчитать шаги наперед.

- Это крепкое вино, - с улыбкой согласился, тоже отставляя бокал.
Выбор Дэмиана ему очень понравился. Приятно видеть знакомых людей в новом свете. И мальчик открывался для него с весьма приятной стороны.
- Мне не стоило выбирать к ужину столь тяжелый напиток. Моя вина. В следующий раз я угощу тебя чем-то повкуснее, - клятвенно заверил и, тепло улыбнувшись мальчику, отложил с колен салфетку, показывая, что готов вернуться к делам. - О, Дэмиан, у меня к тебе просьба, - мягко начал, вновь прибегая к старой уловке - сам он слишком не в состоянии справиться, но если мальчик ему поможет, будет чудесно: - Не отнесешь порцию ужина для Брюса? Будет чудесно, если он спустится к завтраку. Скажи ему, что я хочу его видеть завтра.
Томас надеялся, что мальчики сумеют найти общий язык. Без вмешательства взрослых это должно пройти менее болезненно.

+5

22

Дэмиан вскинул внимательный взгляд и задумчиво посмотрел на дядю. Он предлагал ему дворецкого семьи Уйэн, что уже столько лет служил в главном поместье. И мальчик даже мог понять причины этого предложения - Томас может полностью доверять своему человеку, точно будет знать, что с племянником все хорошо. А если он вдруг начнет что-нибудь вытворять, дядя об этом сразу же узнает. И сейчас Дэмиан пытался решить, насколько нужно это ему самому. И стоит ли обижаться на подобное предложение?
Но все размышления логично сводились к тому, что ничего преступного в этом нет. Томас должен, обязан присмотреть за своим племянником. Ради погибшего брата, и понятно, что он попытается огородить его от проблем всеми возможными способами. Передача верного и полезного дворецкого действительно выглядело самым приемлемым. Полезным для самого Дэмиана в первую очередь.
- Я был бы не против, если он пошел служить ко мне. Мы все знаем его как надежного человека, - наконец, протянул Дэмиан, давая понять одним своим тоном, что прекрасно понял, чего хочет дядя. И пока не возражает о таком вмешательстве в свою жизнь. Как только Томас поймет, что его племянник совсем вырос и не нуждается в присмотре даже ради памяти отца, он перестанет волноваться и пытаться огородить. Тогда они станут окончательно равными. А пока дядя должен понять, что согласие - первый знак к тому, что они должны быть на одной ступени. Дэми взрослее, чем кажется. Так уж вышло.
- Ты можешь пить все, что захочешь. Я разделю подобный напиток через пару лет, - вдруг тихо усмехнулся, тоже откладывая салфетку в сторону. С ним не нужно было возиться, как с ребенком. Тем более подыскивать что-нибудь вкусное или искать развлечения. И он не запрется в своей комнате, не будет отмалчиваться и закрываться от всего мира. В его целях такого не предусмотрено. В отличие, наверное, от кузена, о котором вновь заговорил дядя. И как только у столь сильного человека сын вдруг так сдал?..
- А он не питается тьмой по углам комнаты и лунным светом? - притворно удивился, поднимаясь из-за стола, но протянутую Альфредом тарелку взял. - Я скажу. Но спускаться или нет может решить только он.
Будь воля Дэми, он бы силой заставил этого засранца спуститься, чтобы уже перестал себя жалеть. При живом-то отце. Но пока ему давали свободу выбора, он тоже не собирался особо вмешиваться. В конце концов, в семье у дяди приняты другие межсемейные отношения...
- Я хочу помочь с делами. С приютом, - откликнулся уже у дверей, поворачиваясь к дяде через плечо. - С завтрашнего дня. Я думаю, что-нибудь может найтись и для меня.
Дэмиану не просто нужно было занять себя, ему нужно узнать, чем жила Марта Уйэн. В чем принимал участие его отец. Начать погружаться в те дела, от которых он был слишком далек, когда был просто ребенком. И, возможно, там он обнаружит хоть что-то, хоть малюсенькую зацепку. По крайней мере, он на это очень надеялся. А пока... а пока у него другое задание - унылое, хмурое и слишком недовольное для того, у кого еще есть родной человек.

+5

23

...

Брюс моргнул и с удивлением огляделся. Он совсем не помнил, как сюда попал. С трудом припоминал дорогу, как его усадили в машину, как ему давали еды, однако все остальное оставалось в тумане.
Потерев висок с усилием, юноша опустился на край широкой софы, оббитой бархатом. Комната смутно напоминала ему собственную, из особняка в Готеме, но все же была другой. Все это место было чужим.

Брюс понял, что больше не дома.

Но - где же он?
Пройдя до окна, юноша коснулся пальцами легкой ткани занавески, чуть сдвигая в сторону. Снаружи было темно, ему с трудом удалось различить территорию вокруг здания. Это определенно не был Готем.
"Смоллвилль", - с трудом припомнил Уэйн и отошел от окна, теряя интерес. Где бы он ни был и что бы вокруг не происходило, это ничего не поправит. Не вернет мать к жизни. Не изменит того ужаса, что случился с их семьей.

Внутри что-то задрожало, но быстро оборвалось. Легкие шаги под дверью заставили Брюса подобраться и вскинуть заостренное от недосыпа и нервозности лицо, вперивая упрямый взгляд куда-то в угол. Он не собирался ни с кем говорить и ни с кем делиться переживаниями.
Судя по шагам, к двери приблизился кто-то маленький, значит - не отец и не слуги. Дэмиан. Мальчик был последним, кого Брюс хотел видеть.
"Уходи," - мысленно посоветовал кузену и упрямо поджал губы. Разговаривать ему не хотелось. Лучше бы ему вылезти в это самое окно и отправиться, куда глаза глядят; все лучше, чем сидеть в четырех стенах, словно пленник. Он не хотел, чтобы его сюда привозили.

+8

24

Дэмиан и правда не собирался нянькаться со своим кузеном. И дело было даже не в разнице в возрасте, просто он не видел в этом смысла. Ты либо сильный, либо слабый, и тут как ни старайся, этого не изменить. Когда-то Дэми искренне считал, что все Уэйны особенные, все слово высечены из камня - непробиваемые и сильные, но теперь понимал, что ошибался. В их семье все же не каждый может устоять на ногах, как ни прискорбно этого признавать.
Но тем не менее он все же поднимается на второй этаж, потому что вроде как молчаливо обещал своему дяде. Если Брюс скончается от голода, выйдет совсем неловко. А то, что тот будет упрямиться до последнего, понятно и так. Может, ему этого и не понять, но Дэмиан знает, что есть люди, которым нужно излишнее внимание к своей персоне, когда с ними случается что-то стрессовое. Но почему они при этом ведут себя так, словно желают, чтобы мир просто оставил их в покое? Это просто глупо - по мнению самого мальчика. Если ты остался тут, то тебе придется существовать со всем и всеми тебя окружающими, так что ни к чему все эти заигрывания - ты все равно будешь жить, все равно будешь когда-нибудь смеяться и чему-то радоваться. Боль утихнет, горе отойдет на задний план, так зачем оттягивать это и накручивать самого себя? Например, тем, чтобы сидеть в темной комнате и не разговаривать с родными людьми. Тем более, когда их и так осталось не так много.
- Я знаю, что ты меня слышал, - начинает Дэмиан, еще даже не открыв дверь. У него в руках поднос, но кузен даже и не думал открывать кому бы то ни было двери. Не заперся, и на том спасибо. Не то чтобы мальчик пытался достучаться или что-то в этом роде, оставил бы поднос у двери, да был таков, но что-то тянет заглянуть внутрь. Убедиться, что этот дурак не удумал чего похуже, чем просто уныние и безысходность. А потому Дэми локтем проворачивает ручку, а открывает дверь уже пинком, распахивая ее и позволяя свету осветить темные хоромы.
- Это не очень-то вежливо, - объясняет прописную истину, отставляя поднос на ближайшую тумбу, без особого интереса оглядываясь. Окно не выбито, никаких опасных предметов не раскидано, веревка с люстры не свисает. Это уже хороший показатель для такого, как Брюс. Ладно, может, Дэми немного и преувеличивал, но ему едва перевалило за 10 лет, а в таком возрасте все воспринимается несколько иначе.
- Томас хочет тебя видеть за завтраком, - между прочим передает послание дяди, всматриваясь в замершую и недовольную фигуру. Господи, ему бы на постамент да на крышу какого-нибудь готического замка. Да что с ним не так? У него есть отец. У него еще осталась семья. А он сидит тут и не желает разделить с ней общую утрату. Дэмиану это сложно понять. И простить. Потому что если бы его папа был жив, он бы ни за что не бросил его и не заперся в одиночестве, будто ему хуже всех. Наоборот, старался быть ближе, чем раньше. Чем когда либо. Но объяснять таким прописные истины у Дэмиана нет никакого желания. Он только показательно складывает руки на груди, выражая все свое отношение к унылой морде кузена. И ясно давая понять, если этот засранец не спуститься к завтраку, мнение Дэми о нем станет только хуже.

+6

25

Дэмиан, конечно же, входит. И, конечно же, никуда уходить не собирается.
Что ж - тем хуже для него. Потому что Брюс в самом деле не собирается говорить. У него першит в горле, пересохло во рту, болит голова и в целом нет настроения. Если уж ему плохо - то плохо во всем и разом.

"Зачем ты принес это?"

Он не просил еды. Не просил волноваться о нем или заботиться.
Но Дэмиан опускает на столик неподалеку широкий поднос с аппетитно пахнущей снедью, и Брюс невольно сглатывает тягучую, чуть горьковатую слюну. Впрочем, аппетита нет, хотя организм и настаивает на подпитке. Нет уж, ему сейчас просто кусок в горло не пролезет, об этом не может быть и речи!

Двоюродный брат - теперь, сводный, - все не уходит и толчется неподалеку, передавая слова отца.
Губы Брюса кривятся в усмешке. Отец боится прийти сюда сам? Боится не выдержать осуждения во взгляде сына? Или же потеряться в той боли, что затопила подростка целиком?
Что ж, так тому и быть. Смешная, грассированная ситуация. Но, очевидно, это всех устраивает.
А еще все знают, что он не послушается. Не придет. Потому что не хочет. Ничего. В том числе видеть отца, кузена или кого бы то ни было.

Ему нужно одиночество.

Потому что время лечит.

Брюс молчит, словно воды в рот набрал. Продолжает смотреть куда-то в угол, хотя там нет ничего особо интересного.
И - побеждает.

Дожидается, когда Дэмиан уберется, колеблется лишь мгновение - и лезет в окно. Раньше ему не приходилось сбегать из дома, но когда-то всему приходится учиться.
Снаружи темно, на уровне второго этажа завывает ветер, который кажется Брюсу опасным и сильным. Тот так и грозит сдуть его с пологого подоконника, однако юноша берет себя в руки, усмиряет фантазию и все же спускается вниз, вдоль по пологому скату козырька, где повисает на руках - и спрыгивает на землю, благополучно приземляясь на обе ноги ровнехонько в газон с высокими цветочными кустами. Оглядывается, проверяя, что его никто не увидел, и торопливо шагает прочь от неприветливого особняка.

+7

26

Брюсу многому придется научиться - теперь никто не переубедит Дэмиана в обратном. Он даже не имеет в виду банальное уважение к членам своей семьи, он говорит обо всем том, что делает Уйэнов Уэйнами. И сейчас его кузен настолько далек от всего этого, что даже странно, что они родственники. Дэмиан даже как-то пытался сделать скидку на то, что просто не знает, каково это терять мать, но потом отмел и эту мысль. Зато он знает, что значит терять единственного родителя, а после остаться одному. И, как бы эгоистично это не звучало, он считает, что это не равные потери. И отталкивать родного отца, преднамеренно играя из себя сироту - это выше понимания мальчика. И только поэтому он некоторое время стоит, внимательным и хмурым взглядом изучая кузена. Ему больше нечего ему сказать, равно как и самому Брюсу тоже. Они раньше почти ладили, но сейчас не почуствовать пропасть между ними невозможно. И вряд ли они оба готовы что-то предпринять, чтобы ее не осталось. По крайней мере, в ближайшее время.
Дэмиан не особо ждет ответа. И, соответственно, не удивляется, когда кузен просто мрачно отмалчивается. Мальчик пожимает плечами и оставляет того в гнетущем одиночестве. Пусть жалеет себя дальше. Показательно не ест, забивается во все углы и далее по списку. Здесь ему Дэмиан не помощник. У него теперь свои цели, свое будущее, свои приоритеты. И с завтрашнего дня он вплотную всем этим займется. И дядя ему в этом поможет. Может, не совсем осознавая причины, побудившие еще ребенка вникать во взрослые дела, но не препятствуя. Это ведь намного лучше, нежели если еще и Дэмиан начнет запираться во всех комнатах и ходить с мрачной миной. Так что он не сомневался, что все будет именно так, как он и решил.
Поспать на новом месте ему не удается. Пусть комната и похожа на ту, что он оставил в Готэме, но все равно в глубине души неспокойно. Поэтому он сдается и поднимается с постели еще до рассвета. Не включая света переодевается в спортивную форму, бесшумно сбегает по лестнице вниз и с тихим скрипом открывает входную дверь. Сейчас наверняка спит даже Альфред, но это не мешает самому мальчишке нарезать пару кругов вокруг дома. Когда-то его отец считал, что Дэмиан не выдержит такой нагрузки, слишком разнежен и разбалован, но его это так увлекло, что каждая тренировка в радость. Пусть даже на улице еще темно и холодно. Зато потом вдойне приятнее вновь вернуться в дом, пристроиться уже у привычного места - возле камина в гостиной. За окном забрезжил свет, возможно, Альфред недавно уже встал и даже заметил юного бегуна, потому что огонь разгорается и мерно потрескивает. Тем лучше - можно погреться и дождаться, пока дом окончательно проснется. Дядя наверняка тоже встает очень рано, а, значит, и завтрак будет ранним, а после они могут заняться важными делами. Фирмы, приюта, завещаний и поиском дома. Дэми стоит привыкать к тому, что теперь вместо привычных развлечений будет работа. Как у его отца или дяди. Так им всем будет проще, у всех есть свои резоны окунуться в головой в дела семьи. А мальчишке это и подавно будет полезно. Когда-нибудь часть компании уйдет под его правление. И рядом не будет отца, как с Брюсом, поэтому ему стоит начать разбираться во всем прямо сейчас, не откладывая в долгий ящик.

+5

27

Всё же Томасу повезло. Даже несмотря на то, что он потерял двоих самых дорогих людей, у него оставались Брюс и Дэмиан. Со вторым жизнь сталкивала их редко и не по делу, они никогда серьезно не общались по душам, но только теперь мужчина мог рассмотреть внутри мальчика железный уэйнов стержень, что - не скрыть - ему безумно импонировало. Робин всегда был шебутным кутилой с кучей глупым фантазий, богатеньким денди и золотым мальчиком, живущим в свое удовольствие, так что родители частенько называли его "бракованным экземпляром" (наверняка, в шутку), однако его сын унаследовал лучшие фамильные качества - волю, упрямство, вдумчивость и даже дедов широкий подбородок.
С улыбкой провожая мальчишку взглядом, что послушно утащил поднос с ужином для брата, хотя и не обязан был, Томас допил вино из бокала и еще некоторое время сидел в тишине, смотря перед собой. Размышлял, продумывал.., прислушивался, боясь услышать крики со второго этажа. Однако подростки порешили миром, похоже, и на том спасибо.

Откладывая салфетку, мужчина поднялся из-за стола и покинул трапезную, спеша в свой кабинет. Спать ему не хотелось, хотя усталость давала о себе знать - скопленный стресс последних дней, сборы, переезд, все эти дела и бумажки.. Томас понимал, что рано или поздно ему придется отдохнуть, но - не сейчас.
Спеша миновать комнаты сыновей, мужчина уединился в своем кабинете и вновь зарылся в отчеты и документацию с головой. А когда поднял лицо, на улице начинало светать; он видел кусочек светлеющего серого неба в окно, кинул обеспокоенный взгляд на часы и вздохнул - кажется, ему придется пропустить завтрак. Конечно, он не собирался проспать весь день, однако тело к этому моменту ломилось от усталости, недосыпа и неудобного сидения в однообразной позе. Стоит сказать Альфреду, чтобы поменял это чертово кресло - жуть как некомфортно.

Откладывая бумаги и потягиваясь, Уэйн выбрался из насиженного местечка. Некоторое время разминался, прогуливаясь по кабинету из угла в угол, а потом зацепился взглядом за фигуру под окном в один из моментов, когда бродил возле занавесок. Быстро опознав мальчика, что не жалел себя, несмотря на случившуюся трагедию или поздний приезд вчера вечером, а уже тренировался спозаранку, Томас даже взбодрился. Он тут изображает старика и кряхтит от любого смелого движения, а Дэмиан закаляет тело, очищает разум - ничто так не бодрит, как утренняя пробежка, это известно всем, - ему было, чему поучиться у мальчика.
Сон временно отступил, внутри обозначился душевный подъем.  Заскочив по пути в свою комнату, сменив рубашку и наспех умывшись, мужчина спустился вниз, выискивая пасынка. Тот в самом деле не спал и уже пристроился возле камина, как всегда напряженный и хмурый. Судя по лицу - спал мало или не спал вовсе; Томас улыбнулся, они были похожи больше, чем кто бы то ни было мог себе представить.
- Утро, - окликнул мальчишку, подходя ближе.
Заметил краем глаза Альфреда - подтянутого, собранного, при полном параде, он вообще спит когда-нибудь? - и понял, что завтрак все же состоится и довольно скоро. Шагнул ближе к огню, пристраиваясь рядом с мальчиком, касаясь растрепанных влажных волос ладонью, на автомате погладив. Он привык так обращаться с собственным сыном и теперь не видел ничего зазорного в том, чтобы делать это со вторым своим сыном.
- Составить тебе компанию за завтраком?
Конечно, он не нуждался в разрешении. Но отчего-то испытывал непреодолимое желание посоветоваться с мальчиком. Может, чтобы показать, что доверяет? Чтобы обозначить, что интересуется его мнением?
Или просто чтобы уточнить, собирался ли Дэмиан вообще завтракать. Может, у него после пробежки сон по расписанию? Томас знал о нем так мало.

Отредактировано Thomas Wayne (18.12.2014 10:43:28)

+2

28

Дэмиану казалось, что потрескивание дров и тепло огня его усыпят. После промозглой улицы и бесонной ночи это было бы вполне оправданно, но он и правда не чувствовал пока усталости. Будущие дела волновали его и невольно вызывали желание представить, пофантазировать и даже уже построить некоторые догадки о том, как все на самом деле происходит. Раньше он особо об этом никогда не задумывался, думал, что время еще есть, что он займется всем, когда окончит школу. Никто и представить не мог, что все так быстро изменится. И оставалось лишь радоваться тому, что Дэмиан получал блестящее образование, и уже сейчас мог бы с легкостью поступить в пару-тройку престижных университетов. Это, несомненно, ему поможет в будущих делах. Дяде не будет с ним тяжело, мальчик постарается ухватить все с лета. Обычно у него это выходило, так что не стоило особо переживать. И все же...
Дэмиан слышит тихие шаги, но не двигается с места. Томас наверняка и так понял, где сидит его племянник, лишь в этой комнате чувствуются признаки жизни. Весь остальной дом словно замер и все еще спит. А то и вовсе погрузился в беспросветную тьму, как комната его кузена. Но Дэми совершенно не хочется думать о депрессивном Брюсе, на это у него есть отец, поэтому он просто отбрасывает эти мысли прочь. Ему необходимо сосредоточиться совершенно на другом.
- Доброе, - рефлекторно откликается Дэмиан, хотя совершенно не уверен, что это утро и правда можно назвать добрым. Что теперь любое утро вообще когда-нибудь таким будет. Но, впрочем, это тоже неважно. Он просто не видит резона в том, чтобы из подобных мелочей делать драму. Именно с них и стоит начинать новую жизнь. Сначала делать вид, что ты не замечаешь их издевки. А после и вовсе так и правда будет казаться.
- Ты рано, - Дэмиан говорит очевидную вещь, но между строк читается совсем другое. Мальчик тоже обратил внимание, что мужчина явно после бесонной ночи. Они смотрят друг на друга одинаковыми взглядами, на лицах залегли пока еще едва заметные тени. - Думаю, завтрак будет полезен нам обоим.
Он замирает на долю мгновения под теплой рукой. Все еще сложно отказать себе в том, чтобы отпрянуть от мимолетной отцовской нежности. Он понимает головой, что это не ладонь отца. Что, возможно, его даже пытаются пожалеть, но вот прямо сейчас злиться не получается. Он только вскидывает голову и смотрит долгим внимательным взглядом. То ли пытается найти схожие черты дяди и отца, то ли просто пытается что-то понять для самого себя. Но пока еще рано. Пока еще не выходит. И ему остается подняться с насиженного места, чтобы отправиться с Томасом в столовую, где он зачем-то занимает место по правую руку от него, вместо того, чтобы сесть на другой конец стола. Так они были бы дальше, так бы он казался взрослее, так было бы лучше вести разговор о делах. Но он не успевает этого обдумать, когда опускается рядом со своим дядей, поудобнее устраиваясь на мягком стуле.
Перед Дэмианом опускается стакан с теплым какао, и он сразу же отпивает почти половину. В этих маленьких мелочах еще видно, что он ребенок, но сам он этого не замечает. И потому с самым взрослым и деловым видом берется за вилку с ножом, чтобы справиться с утренним омлетом со шпинатом.
- Я бы хотел после завтрака присоединиться к работе, - напоминает Дэмиан, сразу же ловя взгляд дяди, стараясь понять, готов ли тот принимать его равным себе действительно. На самом деле он не ждет отказа и даже не верит в него. Но внутри почему-то на долю секунды все замирает. Пожалуй, Дэмиан даже себе не мог до этого момента признать, насколько это действительно важно для него. И для его будущего в целом.

+3

29

Дэмиан смотрит долго и пронзительно, но Томаса не пугает этот взгляд. Он видит в глазах напротив фамильное сходство, он видит в этом мальчике самого себя - и лишь легко улыбается.
Альфред в самом деле не спит и уже накрывает на стол. Дэми садится совсем рядом, они почти касаются локтями; за огромным обеденным столов это почти роскошь. Томас на удивление ощущает себя уютно, почти комфортно. Впервые за долгое время с момента потери жены ему так спокойно.
- Приятного аппетита, - негромко напутствует мальчонку и себя заодно.
Еще слишком рано, чтобы требовать Брюса спуститься к завтраку, поэтому им остается довольствоваться обществом друг друга. Вопреки прошлому мнению, что им будет тяжело находить общий язык, Томас вдруг ощущает, что ему даже молчать с мальчиком удобно. Еще одна маленькая, редкая - и такая важная деталь.
- Хорошо, давай приступим после завтрака, - ловя вопросительный взгляд мальчика, Том легко кивает. Он не собирается вставлять мальчишке палки в колеса. К тому же, возможно, ему в самом деле нужен свежий взгляд. А, возможно, Марте бы хотелось, чтобы этим занимался и Дэмиан тоже. В конце концов, в них всех одна кровь..

- Жена хотела открыть здесь детский приют, - покуда методично поглощает пищу, делится мужчина.
Он не видит ничего зазорного в том, чтобы начать вводить мальчишку в курс дела уже сейчас, прямо за завтраком. Если малец хочет изучать фамильные дела, то должен привыкать, что в собственном бизнесе не бывает перерывов на сон и еду; иногда придется решать проблемы с чашкой чая в руках, допивая на ходу, или посреди ночи лететь на другой конец земли, забыв обо сне.
- С этим возникли некоторые проблемы.. Земля не до конца оформлена. Завезены материалы и даже отрыт котлован, но стройка не начата. Также нет согласования местных властей, что может существенно замедлить ход дела.
Томас кивнул Альфреду, показывая, что закончил. Получил чашку свежезаваренного кофе и, с удовольствием потянув носом, продолжил:
- Видишь ли, стройка такого объекта - дело не одного года. Старый приют находится в удручающем состоянии, Марта боялась, что еще одну зиму здание не протянет и хотела завершить все до наступления холодов. К несчастью, ни одна бригада не берется за возведение проекта в столь короткие сроки. К тому же, некоторые чертежи были утеряны в процессе суеты и неразберихи, у меня есть лишь куски чертежей того приюта, что проектировала Марта. Мне сложно собрать все воедино, поэтому..

Все казалось не так сложно. На первый взгляд.
Однако это было последним делом, о котором радела жена, и Томасу было важно, чтобы все получилось идеально. Он не хотел вносить отсебятины. Не хотел нанимать дизайнеров и проектировщиков. Он сутками сидел над чертежами, что были сделаны ее рукой, и думал о ней, угадывал, что бы она хотела видеть здесь или там.

Сиротки, несомненно, будут рады любому приюту, но для Уэйна это было делом чести. Ему было жизненно необходимо сделать все так, как завещала жена.

- Это целый комплекс, - поднимаясь из-за стола, когда мальчик тоже закончил с едой, Томас повел его за собой прямиком к кабинету, - там более четырех жилых здания, каждый по несколько отсеков, сад и школа, чтобы дети могли учиться и получать достойное образование. Марта планировала уместить туда травмпункт или даже небольшой больничный отдел, однако не успела..
Томас отставил чашку и заложил руки за спину, вставая перед огромной доской, увешанной листками, зарисовками, чертежами. Пока все это было сложно для него, но со временем он планировал все упорядочить.
На время затихая, мужчина погрузился в очередные размышления. Рассматривал линии, пытался совместить все это вместе, закончить макет. К тому же, Дэмиану будет полезно тоже посмотреть и понять общий смысл, поразмыслить над тем, во что собирался вляпаться; если у него возникнут вопросы, он наверняка спросит и сам.

+2

30

Если быть честным, Дэмиан еще ожидал, что дядя будет противиться. Что сможет увести разговор с этого вопроса, что попытается отвлечь внимание племянника. Никому не хочется, чтобы его делам мешали. Особенно, еще слишком юные наследники, в чьи руки пока не перешли положенные акции в виду возраста. Но Дэмиан давно решил для себя, что это никогда не будет для него помехой. Что никто не сможет назвать его ребенком, что он сделает все, чтобы стать настоящим Уэйном как можно раньше. У него впереди важные дела, он не может позволить, чтобы кто-то придавал слишком большое значение его годам. Но, кажется, ему повезло. Дядя не собирался излишне нянчится со своим племянником. И если он даже просто собирался проверить, насколько хватит Дэмиана, тот собирался его удивить. Настолько - насколько потребуется. Другого ответа просто не могло быть.
Мальчик слушает очень внимательно. Детские приюты и прочая ерунда всегда были для него чем-то слишком далеким и не особо интересным. Он знал, что семья Уэйнов активно занимается благотворительностью, но для него все это ограничивалось особо нудными и долгими вечерами среди напыщенной публики. И сейчас  он был совершенно не против заглянуть, так сказать, за кулисы всего этого. Когда на самом деле решались важные дела, а не пускалась пыль в глаза для того, чтобы толстые кошельки оставили побольше деньжат. И вот это было куда как более интересно. Здесь все было... конкретнее.
Дэмиан то и дело цепко смотрит на дядю. Он не особо разбирается, какие могут быть проблемы с оформлением земли, но делает себе мысленную пометку, что сегодня же вечером займется изучением этого вопроса. Конечно, у Уэйнов работают лучшие адвокаты, и скоро все нужные разрешения будут получены, но Дэми хочет знать, что может приостановить даже такую семью, как у них. Однажды ему это вполне может пригодится.
- Наши юристы уже знают точную дату, когда у них на руках будут все разрешения? - мальчик не задается вопросом, сколько они собираются судиться. Он считает, что те должны были дать точное число, к которому все решится, иначе это может тянуться годами. Лучше уж обозначивать последнюю границу для всех работников - так и сам будешь знать, как выстроить свой рабочий процесс. Разве нет?
Отставив недоеденный завтрак в сторону, Дэмиан потянулся за своим стаканом, вот теперь полностью сосредоточившись на словах своего дяди. Он не видел особой проблемы на счет рабочей бригады, уверенный в том, что в крайнем случае может заключить договор с несколькими компаниями, которые будут работать сообща. А вот на счет чертежей не имел никакого понятия, что делать. Если что-то было утеряно, то нельзя было с точностью сказать, что так могло находиться, ведь так? И все равно придется додумывать, представлять, и все равно ошибиться. Так почему бы просто не отдать все это дизайнерам? Пусть доделают? Но нет, для Томаса было важно все это завершить самому... И если первые пару минут Дэмиан искренне старался понять, зачем создавать лишние трудности, то вскоре все понял. Потому что это было делом его жены. Последним делом. И дяде хотелось, чтобы все было идеально. Пожалуй, Дэми мог это понять. Если бы его отец занимался чем-то подобным, мальчик бы тоже никого не допустил до этого, желая сделать все сам. И так, как бы это хотел видеть отец, и никак иначе. Это было иррациональным, но вполне понятным желанием.

- Она хотела, чтобы это был полностью автономный приют, - задумчиво заключил Дэмиан, поднимаясь следом за дядей в его кабинет, а после останавливаясь напротив чертежей и листовок, что занимали большую доску. Что-то было написано знакомым витиеватым почерком тети, что-то уже добавлено острым и красивым почерком Томаса. Было видно, что проведена немалая работа. И что осталось сделать не меньше...
Дэми какое-то время тоже молчал, прохаживаясь вдоль доски. Его никак не отпускали слова по поводу собственной больницы. Марта хотела замкнуть приют на самом себе, чтобы в случае чего его воспитанники ни в чем не нуждались? Это был грандиозный проект! Единственный в своем роде, наверняка. Очень дорогой, но полезный, если его возьмут на вооружение и другие подобные заведения.
- Если тетя хотела сделать здесь небольшую больницу, значит, должен быть отдел для грудничков, - резонно предположил, останавливаясь возле пока еще схематичного больничного крыла. Дэмиан логично подумал о том, то от детей любого возраста отказываются. Даже от тех, кто только вчера появился на свет... - А здесь...
Дэми отошел к другому краю, где планировались детский сад и начальная школа. Он почти не учился в частной школе, предпочитая занятия дома, но точно помнил, как там все было устроено.
- Почему на чертежах нет столовой для младших классов? Они не будут ходить есть в садик. Это нарушит привычное расписание каждого из заведений, - наверное, он говорил те вещи, что уже приходили Томасу на ум. Но это было его первое дело, поэтому он просто делился тем, что приходило ему на ум. Например, что больницу стоило разделить по возрастным секторам, а еще чтобы обязательно была зона карантина для эпидемий гриппа или простуды. Или что старшие классы должны учиться в отдельном здании, где могли бы сразу получать и средне-специальное образование навроде автослесарей. Но, что сразу мог заметить ребенок, он обратил внимание на общую игровую зону. А вот это было действительно так себе. То ли план не додумали, то ли как раз эта часть потерялась. Но Дэмиан сразу же заметил, что только в утопии дети разных возрастов будут делить без скандалов свое пространство. Он говорил и по себе - он вообще ни с кем бы не делил свое пространство, но тем детям выбирать не приходилось. Так почему бы им не сделать место проживания хоть немного комфортнее?
- Здесь еще много всего, - в итоге констатировал, поворачиваясь к дяде. - Я хочу этим заниматься тоже.
Если дядя и хотел его напугать размахом работы, то ничего не вышло. Удивительно, но у Дэмиана даже блестели глаза. Ему нравилось быть при деле. Ему нравилось заниматься делом семьи. Так он становился на шаг ближе к собственной цели.

+3


Вы здесь » Marvel & DC: School's Out » Дела минувших дней » [Май 2016] Time to say goodbye


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC